Босиком по снегу - Мария Брикер

– Пошли вон, – злобно фыркнула Вероника Ивановна, и дети безропотно подчинились, гуськом вышли из комнаты, засуетились в прихожей и выскочили во двор. – Ну? Что вам надо? – надменно спросила она, тяжело усаживаясь на стул. – Я же забрала заявление. Не виноват он ни в чем. Подумаешь, треснул меня по морде глушителем от «Запорожца». Случайно он!

– Я по другому поводу, – объяснил следователь.

– По какому же? – удивилась Вероника.

– У вас была дочь, Лариса, – сказал следователь и мгновенно уловил в лице женщины сильное напряжение.

– Ну, была, – кивнула головой Вероника Ивановна, – была, да сплыла.

– Откуда вы знаете, что Лариса умерла? Кто вам сказал? – насторожился Анин.

– Умерла все-таки – вот суки! – воскликнула Кочкина, заламывая руки. – Я так и думала, а они мне лапшу на уши вешали! В покое меня никак оставить не могли. Но меня не проведешь. Явилась – сатанинское отродье! Мама, мамочка, мамуля – я быстренько ее взашей выкинула.

– Кто? – растерялся Анин.

– Дед Пихто, в поношенном пальто! – крикнула Вероника Ивановна и вскочила со стула. – Подставу организовали – суки! Ты иди, начальник, разберись во всем. Отмсти за дочь мою! О, горе-то какое! Произвол и беспредел! Чужое пытались навязать – сподручники дьявола. Думали, породу свою не узрю и нечисть их на своих плечах взращивать буду. Рыжие мы все! Рыжие! А-а-а!!! – завыла Вероника Ивановна, легла на пол, сложила руки на груди и затихла.

Продолжать разговор, если это вообще можно было назвать разговором, не имело никакого смысла, и Сергей Петрович пулей вылетел из помещения на воздух. Он шел к станции и не мог избавиться от ощущения тревоги. Что-то липкое и неприятное поселилось в груди и мешало дышать. Выяснился вопрос, почему мать Ларисы отказалась забрать ребенка. Если отбросить в сторону бред сдвинутого сознания женщины, то получалось, что Вероника Кочкина искренне считала, что ей пытались навязать чужого ребенка вместо родного. Но это же было бессмысленно! «Допустим, – рассуждал Сергей Петрович, – ребенка действительно подменили, но с какой целью? Если бы матери Ларисы пытались подсунуть больного ребенка вместо здорового, а здорового за определенную плату удочерила какая-нибудь крутая семейка, это еще можно было бы понять. Но здоровье у Ларисы Головиной, по словам патологоанатома, было отменным, в детстве она ничем не болела, да и внешностью ее бог не обидел. Здоровая, красивая девочка. Вот только не рыжеволосая, как мать. Неужели в этом было все дело, и сумасшедшая баба не признала своего ребенка из-за цвета волос? Идиотизм! Дети растут и меняются на глазах, а Вероника Ивановна не видела свою дочь три года, за это время девочка могла измениться до неузнаваемости. Шизофреничка она, а я анализирую ее неврастенический бред! Зачем? Затем, что все-таки что-то тут не так. Опять же непонятные родственники, проявляющие интерес к девушке незадолго до ее смерти. А вдруг действительно Лариса Головина – совсем не Лариса Головина? Но кто же тогда жил и умер вместо нее и куда делась настоящая Лариса?»

В прокуратуре Сергея Петровича ждал Олейников.

– Что случилось? – устало вздохнул следователь, заметив в лице оперативника странное возбуждение.

– Два дня назад в Москве-реке случайно нашли труп какого-то забулдыги. Огнестрел в голову. Думали, бомж. Алкоголя в крови немерено. Но огнестрел ведь был, поэтому дело на особый контроль взяли, – задыхаясь, сообщил Кирилл. – Так вот, Сергей Петрович, товарищу этому башку из того же самого пистолета пробили, что и Ларисе Головиной! Сегодня эксперты сообщили.

– Кто он такой?

– Документов при трупе не было никаких, но в кармане штанов обнаружен чек из продуктового магазина. Магазин установили. Я подумал, раз он алкаш был законченный, можно бы…

– Так действуй, Кирилл. Опроси местное население…

– Уже…

– Что – уже?! – разозлился Анин.

– Алкаши по описанию указали на Комарова Константина Ивановича, продавщица в магазине тоже склоняется к тому, что это он. Говорит, давно не заходил. Я выяснил, что он пенсионер и нигде не работал. Живет в коммуналке. Но дома – никого. Соседка по лестничной клетке сообщила, что Комаров в новогоднюю ночь уехал в Саратов со своим троюродным братом. Брата она видела в первый раз и раньше о нем ничего не слышала. Мне бы квартирку осмотреть, чтоб достоверно убедиться…

– А где его соседи по квартире?

– Девчонка с ним живет, сирота, ей в этой квартире комнату выделили.

– Сирота? – заинтересованно спросил Анин.

– Да, бывшая детдомовка. 19 лет. Зовут ее Александра Демидова, по нашей картотеке не проходит. Соседка сказала, что пару дней назад она заходила ночью, и девушка сказала, что временно будет жить по другому адресу, у своего парня. Адреса не оставила. Что делать будем?

– Олейников, пулей на квартиру. Ты хоть понимаешь, что происходит?

– Не совсем, Сергей Петрович, – растерялся оперативник.

– Вот и я не понимаю, – недовольно пробурчал Анин. – Ладно, поехали, проверим, действительно ли это Комаров или нет.

С помощью слесаря местного домоуправления им удалось открыть дверь нужной квартиры. В помещении стоял удушливый, приторно-сладкий запах разложившейся органики, и Анин расстроился, предположив, что они нарвались по дурости на очередной труп. К счастью, мрачное предположение не подтвердилось: зловоние испускали протухшие недоеденные консервы с тушенкой и рыбой, брошенные на столе в одной из комнат. Другая комнатка разительно отличалась от соседней, но тоже выглядела запущенной и брошенной. Небольшое темное пятнышко на полу привлекло внимание следователя, он присел на корточки, поскреб ногтем по полу и повернулся к Олейникову.

– Комарова грохнули в комнате у девушки, потом наскоро вымыли пол и избавились от трупа. Вот что, Олейников. Очень хочется мне с этой девочкой познакомиться поближе. Что-то мне подсказывает, что она имеет непосредственное отношение к смерти Ларисы Головиной. В квартире она не появлялась несколько дней. Очевидно, Александра Демидова ударилась в бега и прячется у друга. Вот и узнай, кто этот друг и где он живет. Попробуй для начала пообщаться с местной шпаной, скорее всего, это именно ее круг общения. Детдомовские детки, как правило, далеко от народа не уходят. Действуй, Кирилл, а я, как человек пожилой, пока группу вызову, ну, и с соседкой еще раз по душам побеседую.

Олейников умчался во двор, отлавливать местных хулиганов, а майор Анин позвонил в дверь соседней квартиры и, приторно улыбаясь, напросился на чаек.

Владимир, конец октября 1987 года

Нина набросила плащ, подхватила легкую дорожную сумку, взяла Юлю за руку и вышла из вагона электрички. Она сделала пару шагов, остановилась, затравленно огляделась и торопливо надвинула на голову капюшон. Ей казалось, что все вокруг смотрят на нее с осуждением, презрением и даже ненавистью. Несколько секунд она стояла и с ужасом вглядывалась в лица людей. Вокзал тонул в дымке раннего субботнего утра, перрон казался скользким, пахло прелой листвой и дождем, все спешили по своим делам, и никто не обращал на нее внимания.