Смерть и дева. Эхо незнакомцев - Глэдис Митчелл

Миссис Брэдли, совершенно не расстроившись при мысли о более оживленной компании для Конни и уж точно обрадовавшись предстоящей встрече с Лорой и Китти, отправила ответ на телеграмму Лоры, приглашая их тотчас ехать в Уинчестер.

Они прибыли перед чаем, покинув Ливерпуль рано утром и совершив стремительное путешествие, после которого Лора выглядела полной сил, а Китти — словно провела весь день в своей комнате, делая макияж и прическу. Усталость и трудности пути никак не отразились на внешности и настроении молодых женщин.

Миссис Брэдли специально их не встречала. Было договорено, что они ухитрятся познакомиться с Конни, а через нее — с мисс Кармоди и Тидсонами. Китти иногда посещали идеи настолько блестящие в своей простоте, что Лоре оставалось только смотреть, разинув рот в полнейшем изумлении. В этот раз Китти предложила пойти в то место, где нашли тело, и провести независимое расследование среди друзей погибшего мальчика.

— Дети охотно со мной разговаривают, — заявила она с уверенностью, на которую, как доподлинно знала Лора, имела право. — Они, вероятно, с визгом убегут от миссис Крок, но я, похоже, всегда кажусь им безобидной.

Хотя данное утверждение было и несправедливо по отношению к миссис Брэдли, на что не замедлила указать Лора, но предложение Китти казалось заманчивым. Однако его осуществление пришлось отложить до следующего дня, а пока они выпили чаю в «Домусе», заселились на две недели, совершили краткую прогулку, поужинали, а потом вышли с кофе на застекленную террасу, чтобы, как заметила Лора, «посмотреть на Тидсонов и остальных подопечных миссис Крок и понять, откуда дует ветер».

В начале девятого миссис Брэдли вышла на застекленную террасу с мисс Кармоди и ее домочадцами. Китти и Лора, сидевшие за столиком, скромно расположенным в глубине террасы между фиговым деревом и чашей пятнадцатого века для святой воды — реликвия первого, мужского, а не женского монастыря, который существовал здесь до отеля, — получили, как сказала Китти, шанс «лицезреть» Эдриса и Крит Тидсонов, Конни и мисс Кармоди. Затем Лора неторопливо подошла к миссис Брэдли.

— Мы ведь знакомы, не так ли? Если нет, значит, я видела вашу фотографию в газетах. Если я не ошибаюсь, вы — миссис Лестрейндж Брэдли из колледжа Картарета?

— Конечно, ты не ошибаешься, Ищейка, — поддержала ее Китти. — Более того, я совершенно уверена, что миссис Брэдли помнит, что мы учились в Ательстан-Холле.

— Ну конечно! — воскликнула миссис Брэдли. — Картарет? Вы, должно быть, мисс Мензис. А вы?..

— Тревельян. Я была старостой. — Китти нахально припомнила звание, которое миссис Брэдли, начальница общежития, навязала ей в колледже.

— Да, да, конечно! Как я могла забыть, — проговорила миссис Брэдли. — Мисс Кармоди, позвольте представить двух моих бывших студенток. Вы остановились в Уинчестере? — продолжала она, когда знакомство состоялось: осторожное с Конни, с энтузиазмом с мистером Тидсоном, апатичное с Крит, сентиментальное с мисс Кармоди.

— О, сегодня — здесь, завтра — там, как-то так, ну вы понимаете, — ответила Лора. — Подумали, что надо бы пройтись до собора и все такое прочее. Никогда не были в Уинчестере и подумали, что надо, наверное, съездить. Увидеть Неаполь и умереть, — туманно добавила она.

— Великолепная мысль, — сказал мистер Тидсон, разглядывая пухленькую Китти почти с таким же одобрением, как если бы она была его нимфой.

Китти ослепительно ему улыбнулась, а когда они удалились с застекленной террасы, сказала Лоре, что он показался ей жутким стариканом и человеком, вполне способным на убийство.

— Ты так думаешь? — спросила Лора. — Здесь налево, насколько я помню. Не могу сказать, что разделяю твое мнение. Я бы скорее подумала, что он ребячится и сильно избалован.

— Ну я это и имела в виду. Это одно и то же. Знаешь, безответственный, румяный и немного облысевший.

— Хватит болтать, — оборвала ее подруга. — Так, а теперь — где же наш номер? Можно подумать, что наши предки произошли от кроликов, понастроив таких запутанных обиталищ!

— Как мы поступим с осмотром достопримечательностей? — требовательно спросила Китти. — Нам действительно придется посетить собор?

— Само собой, — ответила Лора. — Я тебе все покажу.

Следующее утро они провели, с восторгом изучая собор. От их зачарованных взглядов ничто не ускользнуло, а Китти получила больше удовольствия, чем ожидала. Девушки оживлено разговаривали, хотя беседовать приходилось вполголоса.

— Посмотри, Ищейка! Занятно, когда твой скелет помещают в мемориал!

— Это называется саркофаг. В путеводителе говорится, что они «причудливые». В конце концов, нет ничего лучше преуменьшения.

— Ограда алтаря здесь очень красивая. Тебе не кажется?

— Конец семнадцатого века. Да, а как тебе места для хора? А настенная роспись в капелле Гроба Господня?

— Дело в том, что люди не могли так выглядеть. Давай пойдем посмотрим, не откроет ли служитель крипту. Потом, наверное, можно подняться на башню и полюбоваться видом. От соборов у меня болит голова.

Примерно через час после этих хождений Лора повела подругу на ланч и по дороге объявила, что нашла место, где утонул мальчишка Грир, и они пойдут туда на поиски информации сразу после еды.

Так что они пообедали, а потом дошли по Хай-стрит к мосту и мельнице. После пяти минут ходьбы Лора вдруг заметила:

— Мне говорили, что где-то здесь есть молодежный хостел. Ты его не видишь?

— Мы его прошли. А это старая мельница. Разуй глаза, Ищейка, — сказала Китти с торжеством вечно притесняемого человека.

— Я разувала… на расположение местности. Ой, ладно, если мы прошли хостел, мы на правильном пути, а это уже кое-что. Вот это, наверное, те дома.

Скоро им повстречались дети. По правде говоря, их было очень много.

— Нам нужны мальчики, — пробормотала Китти, — а не девочки. Мальчики должны знать, что привело бедного ребенка на реку так поздно вечером. Девочки о таком не знают.

— Поздно вечером? Боже, ты и это помнишь?!

— Ты не единственная особа, проявляющая интерес, Ищейка, — самодовольно ответила Китти. — Погоди, пока кто-нибудь спросит у нас, который час, и мы получим свою добычу. Дети всегда спрашивают время у незнакомых людей. Я считаю, что это скрытая форма дерзости.

Когда они подошли к мосту, их остановили трое маленьких мальчиков, которые играли с оранжевой коробкой, поставленной на колеса от детской коляски.

— Пожалуйста, не могли бы вы сказать точное время, миссис? — спросил предводитель.

Китти глянула на свои часы. Они были совсем крохотными и вызвали немедленный интерес.

— Точное время? — прищурилась, глядя на них, Китти. — Ох, я должна надеть очки.

Очков она не носила. Зрение у нее было отменное.

— Я скажу, сколько, миссис! Дайте мне посмотреть! — тут же настойчиво попросил один из детей.