Алмазы Карибского моря - Михаил Шторм

— Я не стану посвящать тебя в детали, —  закончила успевшая запыхаться Джейн. — Они лишние и их чересчур много.

— Я примерно представляю, что ты имеешь в виду, —  пробормотал удрученный Быков.

— Мне очень жаль, Дима. Но я ничего не могу поделать. Это не изменить, не исправить. Я преступница. — Некоторое время Джейн плыла вперед молча, потом сплюнула воду и сказала: — Начиная, я думала, что брошу, когда заработаю себе на учебу. Не получилось. Майкл не позволил.

— Так брось его! — почти крикнул Быков.

— Теперь можно. При жизни не получалось. Мертвая я ему буду не нужна.

— Прекрати! Что это еще за похоронные настроения!

— Мы никогда никуда не доплывем, —  произнесла Джейн безжизненным голосом. — Ты сам это прекрасно понимаешь. Поэтому я и осмелилась рассказать тебе правду.

— Здесь проходит морской путь, — соврал Быков. — Если не опускать руки, то нас обязательно заметят с проходящего мимо корабля и спасут. Нельзя отчаиваться. Ни в коем случае.

— Не знаю. Может, так даже лучше. Чтобы избавиться от Майкла и всего, что с ним связано.

— Он удерживает тебя силой?

— Ага, — невесело усмехнулась запыхавшаяся Джейн. — Силой убеждения.

— Как это? — не понял Быков.

— Если бы я ушла, он бы сообщил обо мне в полицию, а сам вышел сухим из воды. У него есть адвокаты и связи. А у меня нет ничего, кроме криминального прошлого.

— Ты тоже можешь его разоблачить.

— Допустим. И что из того? Даже если его посадили бы за решетку, то разве мне от этого стало легче? Сесть в тюрьму на много лет и провести там всю молодость? Ни за что.

— Нельзя уступать шантажистам, — произнес Быков сердито. — Это я точно знаю. Когда идешь у них на поводу, они только наглеют и становятся все более требовательными.

— Не горячись ты так, Дима, — невесело усмехнулась Джейн. —  Все это в прошлом. Теперь это не имеет никакого значения. Скажи мне, ты веришь в перерождение душ?

Океан беззвучно вздыхал, качая их на своей необъятной груди. Небосвод над головами был неправдоподобно синим, а по краям окаймлен облачными завесами. Очень хотелось поверить в свое бессмертие и вечную жизнь, но не получалось.

— В свое время я много думал об этом, — признался Быков. — И меня всегда смущал один вопрос. Вернее, два. Зачем нужно перерождение и кому? Что такого ценного в людях, чтобы без конца продлевать их существование?

— Спасибо, — вздохнула Джейн. — Утешил.

Вода искажала очертания ее тела, придавая ему бледный карикатурный вид, но смешно Быкову не было. Совсем.

— Ты не поняла, — заторопился он. — Я задавал себе эти вопросы и, кажется, нашел на них ответ. Возможно, бог с нашей помощью играет в очень увлекательную и рискованную игру. Представь, он все создал, а потом самоустранился, рассыпавшись на тысячи осколков. Ну, превратился в искры, которые, может быть, опять превратятся в пламя… а может и нет, если души не сольются воедино.

— Красивая метафора, — сказала Джейн.

— Это не метафора, — возразил Быков. — Это бог. Иначе в творении нет никакого смысла. Во всяком случае, я его не вижу.

— Тогда, может быть, помолимся?

— Давай.

В других обстоятельствах он отказался бы, чтобы не предстать перед Джейн в глупом и смешном свете. Но здесь, посреди океана, под пустым небом, слишком величественным, чтобы придавать значение двум тонущим мошкам, молитва была занятием правильным и достойным.

— Спаси нас, господи, — пробормотал Быков, по традиции поднимая взгляд. — Или хотя бы ее. Пожалуйста.

После этого он плыл и думал, что ничего не изменилось. Это было не так.

— Лодка, — сказала Джейн. — Они возвращаются.

— Что? Где?!

— Смотри правее. Этот подонок решил припугнуть нас как следует.

— Да я его!.. — воскликнул Быков, высовываясь из воды, чтобы лучше видеть приближающуюся чайку.

— Нет, Дима, — решительно произнесла Джейн. — Не смей! Если ты хоть немного меня любишь, не выясняй с Майклом отношения и забудь все, что я тебе рассказала. Пообещай мне, Дима! Прямо сейчас!

— По-твоему, мы должны оставить это без последствий? А если бы у кого-нибудь судорога случилась? Если бы на нас акула напала? Если бы мы утонули?

— Этого не случилось. Забудь. И дай слово, что будешь молчать, что ничего не предпримешь. Дима! Слышишь меня?

«Редкая птица» находилась уже в ста метрах от них. Быков вспомнил, что на ее борту находится не только Майкл, но и целая куча его приспешников. У него не было ни малейших шансов расправиться со всеми и защитить Джейн. Своей строптивостью он бы только погубил себя и Джейн. Нужно было проглотить горькую пилюлю, притвориться смирившимся и ждать своего часа.

— Слышу, — сказал Быков. — Не тревожься, Джейн. Я тебя не подведу.