Мадам Белая Поганка - Дарья Донцова

– Где мы? – раздался в темноте голос Никиты.

– Надо найти выключатель, – посоветовала я, – скорей всего, он на стене у подъемника.

Никита пошарил рукой в указанном месте.

– Тут такой же крючок, как и наверху, – сообщил он.

Вспыхнул свет.

– Таня права, – сказал Кит, – выключатель около лифта.

– Турагентство «Маяк любви», – прочитал Димон, приехавший к нам на помощь, – новобрачным скидки, для семейных пар эксклюзивные условия. Медовый месяц в любой стране мира.

– Коробок, можешь узнать, кто арендует этот офис? – спросила я.

– Без проблем, – ответил Димон и поставил на стол ноутбук, с которым не расстается.

– Сережа, Леня, начинайте искать, – велела я.

– Что? – спросил Капин.

– Все, – ответил Никита, – любую странность показывайте.

– Деньги – это не странность, – вздохнул Васкин, – лады, мы поняли.

– Не удивлюсь, если выяснится, что и этот офис занимала Вероника Матвеевна, – пробормотала Дюдюня. – Где тут дверь? Хочу выйти посмотреть, что на окна наклеено. Какая-нибудь реклама или плакаты.

– Дверь справа, – подсказала я.

– Вижу, спасибо, – поблагодарила Ада и вышла в коридор, но почти сразу вернулась. – На левом стекле, как я и предполагала, реклама, текст тот же, что и внутри висит. На правом то же самое.

– Ага, – пробормотал Коробков, – нашел.

– Съемщик Вероника, – скорей утвердительно, чем вопросительно осведомилась Дюдюня.

Димон покачал головой:

– Гортензия Вениаминовна Миронова, москвичка, прописана в Корсаковом переулке. Он находится в самом центре города, недалеко от храма Христа Спасителя. Дом шесть, квартира восемь.

– Это кто такая? – удивилась я. – Имя как цветок, редкое. Не его ли имела в виду Леся, рассказывая, как побывала на дне рождения Зельды?

– Торговый центр… – начал Димон и замолчал, потом сказал: – Интересно.

– Что? – насторожилась я.

– Магазин построен давно, он один из первых в Москве, – продолжил Коробков. – Им нынче владеют три человека. Нина Сергеевна Панина, известная нам как Зельда, Вероника Матвеевна Фомина и Гортензия Миронова. Здание они получили в наследство от Локтевой Авдотьи Филипповны. Гортензия ее единственная дочь от Вениамина Локтева. Фамилия Миронова у нее от мужа.

– Хозяйки молла сами у себя снимают торговую площадь? – фыркнула Дюдюня.

– Подозреваю, что они не платили аренду, – хмыкнул Никита.

– Дорогой, любимой маме Авдотье Филипповне от Гортензии и Зельды в день рождения, – произнес Сергей.

Мы все разом повернулись к парню.

– Что ты сказал? Повтори, – попросила я.

Сергей показал нам альбом для фотографий.

– Вот, открыл его, а внутри надпись.

Димон подошел к Капину.

– Еще число стоит: тринадцатое апреля… секундочку!

Коробков посмотрел в свой ноутбук.

– Локтева умерла десятого апреля, в год, который указан на обложке альбома. Подарок не дошел до адресата. Интересно, почему его тут хранили? Не выкинули?

С этими словами Коробков начал перелистывать страницы, я встала справа от него.

– Тут же старые снимки, черно-белые и цветные.

– Выбросить их нельзя, – сказала Ада, приблизившись к Коробкову слева. – Может, негативов давно нет.

– Когда чьи-то старые снимки в мусор отправляешь, возникает чувство, что человека в помойку бросил, – высказался Леня.

Я стала внимательно рассматривать содержимое альбома. Кто-то очень постарался, составляя фоторассказ.