Резидент на поводке - Наталья Александрова

– Исследование данного окурка методом компьютернойхромолитографии показало, что имеющийся на нем след от прикуса характерен длялиц, страдающих врожденным дефектом верхней челюсти. В базе данных нашейлаборатории имелся аналогичный окурок, полученный при обследовании местапреступления в две тысячи четвертом году, по результатам следственныхмероприятий данный окурок принадлежал Хрюшинскому Андрею Витальевичу...сравнение окурков показало полную идентичность...

– Так это, выходит, Хрюн с дружками магазин взял! –обрадовался Ананасов. – Как раз он два года по тому делу отсидел и вышел!И почерк определенно его! Ну, Ленка, ты молоток! Дай я тебя поцелую!

– Не надо. – Леночка испуганно шарахнулась откапитана. – Мне сегодня еще работать... а вот ты мне лучше подари Пятачка,если не жалко...

– Какого еще Пятачка? – удивленно переспросил капитан. –В каком смысле Пятачка?

– Ну вот же у тебя Пятачок! – И Леночка показала наигрушечного поросенка, которого машинально сжимал в руке Ананасов.

– Пятачок? Почему Пятачок?

Леночка рассказала удивленному капитану, что неделю назадводила своего шестилетнего племянника Лешу на детский утренник – спектакль«Винни-Пух и все-все-все». Так вот, по окончании спектакля всем маленькимзрителям выдавали игрушечных героев пьесы – кому Винни Пуха, кому Тигру, комуКрошку Ру... Леше достался ослик Иа-Иа, а он хотел как раз Пятачка, так вотесли Ананасов действительно хочет сделать Леночке приятное...

– Стой! – выпалил капитан. – Извини, пока не могу,это вещдок! А где, ты говоришь, был этот утренник?

– В Доме культуры работников писчебумажнойпромышленности, – сообщила Леночка, с грустью следя за симпатичнымигрушечным поросенком, который явно ускользал от ее племянника.

В кабинете директора Дома культуры было накурено.

Сам директор был неопрятный лысеющий брюнет в обсыпанномпеплом мятом костюме. Он сидел за столом, на котором стояли недопитая чашкакофе и полная окурков пепельница. В руке он держал очередную сигарету.

Увидев Ананасова, он стряхнул пепел в чашку и закричал:

– Мы уже взяли, взяли! Анна, сколько можно повторять... коготы пускаешь? Мы же уже взяли!

– Кого вы взяли? – заинтересовался Ананасов.

– Электрика! Взяли уже электрика...

– А я при чем?

– Так вы не электрик? – Директор потянулся к чашке, нозаметил в ней пепел и отставил. – Так вы сантехник? Слава Богу! Тогданемедленно приступайте!

– Капитан милиции Ананасов! – представился Ананасов ипротянул директору свое удостоверение.

Тот удивленно захлопал глазами, снова стряхнул пепел в чашкуи уставился на удостоверение.

– Кто бы мог подумать... – проговорил он наконец,возвращая Ананасову документ. – И что же вы от меня хотите?

– Ваше? – Капитан положил на стол перед директоромигрушечного поросенка.

– Конкретно не мое, – моментально открестилсядиректор. – Игрушка «Пятачок мягкий малый», пошита цехом реквизита ибутафории для детского утренника... а что?

– И сколько таких Пятачков изготовил этот ваш цех? –продолжал расспрашивать настойчивый Ананасов.

– Одну минутку. – Директор приподнялся и крикнул вприемную: – Анна! Позови Анжелику Дмитриевну, пусть срочно ко мнеподойдет! – Усевшись обратно, он пригладил волосы и проговорил: –Переговорник не работает... приходится с секретаршей так вот перекрикиваться...

– С Москвой вы тоже так... перекрикиваетесь? –поинтересовался Ананасов.

Директор не успел ничего ответить, потому что в кабинетвошла дама средних лет.

Точнее было бы сказать, что она не вошла, а вплыла, потомучто все движения этой дамы были на удивление неспешными и плавными, и сама онабыла вся какая-то округлая. Круглые глаза на круглом лице, круглые локти,плавные закругленные жесты. Оставалось удивляться, как при такой плавностидвижений она смогла так быстро явиться на зов директора.

– Звали, Валентин Борисович? – спросила она, красивоокруглив рот.

– Да, Анжелика Дмитриевна... Анжелика Дмитриевна – начальникнашего цеха и бутафории, – пояснил директор для Ананасова и сноваповернулся к округлой даме: – Вот товарищ из милиции интересуется, сколько выпошили Пятачков мягких малых... – И он показал на игрушечного поросенка.

– А что, – Анжелика Дмитриевна повернулась к Ананасовуи улыбнулась, при этом на ее круглых щеках появились ямочки, – один изнаших поросят что-нибудь натворил? Перешел улицу в недозволенном месте?

– Нет. – Ананасов попытался добавить в свой голосметалла, но это у него не получилось. – Нет, этот поросенок – вещественноедоказательство по делу об убийстве...

Улыбка тут же исчезла с лица Анжелики Дмитриевны, онапосерьезнела и наморщила лоб:

– Таких Пятачков мы пошили всего одиннадцать. Десять мыраздали детям...

– Имена, фамилии? – Капитан вытащил блокнот иприготовился записывать.

– Ну откуда же я знаю? – недоуменно протянула АнжеликаДмитриевна. – Билеты на детские утренники в отличие от железнодорожных иавиабилетов пока продаются без предъявления паспорта...

– Жаль... – огорчился Ананасов.

Последняя ниточка на глазах обрывалась.

– Постойте... – вдруг спохватился он. – Высказали, что раздали детям десять поросят... но пошили-то вы одиннадцать?

– Ну да, – кивнула Анжелика Дмитриевна. – По однойигрушке мы вручили актерам. Каждому исполнителю мы выдали, так сказать,изображение его персонажа... Кто играл Винни Пуха – тому соответственномедвежонка, кто играл Иа-Иа – тому ослика, кто играл Тигру...

– Понятно, понятно! – перебил ее Ананасов, испугавшись,что сейчас ему перечислят всех персонажей пьесы. – Короче, кому подарилиэтого поросенка?

– Тому, кто играл Пятачка, – невозмутимо отозваласьАнжелика Дмитриевна.

– И кто же его играл? – Капитан потерял терпение.

– А это уже не ко мне... это вам скорее сам ВалентинБорисович скажет...

Ананасов перевел взгляд на директора.

Валентин Борисович стряхнул пепел прямо на стол и потерпальцами переносицу.

– Где же мне всех упомнить... – задумчиво проговорилон. – Пятачка, говорите?..

– Именно! – Капитан сунул прямо под нос задумавшемусядиректору игрушечного поросенка, видимо, надеясь таким способом освежить егопамять. Как ни странно, это подействовало. Лицо директора вдруг озарилосьвнутренним светом, он приподнялся из-за стола и показал на что-то находящеесяза спиной Ананасова:

– Да вот же она!