Смерть на Темзе - Роберт Торогуд

– О нет, что вы.

– Но вы ведь замужем?

– Что?

– Извините, если кажусь вам бестактной. Я заметила у вас на пальце обручальное кольцо. – Женщина смутилась.

– Вы наблюдательны.

– Привычка, извините. Жена священника не может не замечать такие вещи, как обручальное кольцо.

– Мой муж умер.

– Ах, вот как…

– Да, мой милый Филиппос меня покинул. Он был греком. Филиппос Деметриу. Я влюбилась в это имя еще до того, как познакомилась с будущим супругом. Он погиб в море близ Корфу.

– Очень вам сочувствую. Когда это случилось?

– Мне было двадцать семь. Постойте, кажется, я нашла кое-что интересное. – Джудит хотела поскорее закрыть болезненную для нее тему.

– Минутку, вы стали вдовой в двадцать семь? И больше ни с кем не встречались?

– Разве это обязательно? К тому же непросто найти мужчину, которому можно доверять, не так ли?

– Я с вами согласна.

Джудит показалось, что тихий голос принадлежал Сьюзи, но она быстро осознала, что все это время женщина молчала. Хозяйка дома повернулась к Бекс и увидела, как та подняла стакан перед тем, как осушить его одним махом.

– Какой крепкий напиток, – поморщилась Бекс.

– Ваша правда, – кивнула Джудит и взяла графин, чтобы наполнить опустевший стакан.

– А что вы нашли в Сети? – вмешалась Сьюзи.

– Ах, это… Вероятно, ничего особенного. Я просматривала сайт Аукционного дома Марлоу, ведь именно там Стефан приобрел ту картину. Так вот, на сайте есть история компании. Аукционный дом был основан отцом Элиота – Дадли Говардом. В 1985 году он вышел на пенсию, передав дела сыну. Но вот что я заметила: в 1988 году руководителем компании стал человек по имени Фред Смит.

– Фред Смит? Хотите сказать, Элиот вовсе не глава аукционного дома? – поразилась Сьюзи.

– Послушайте. Фред Смит занимал пост главы компании тринадцать лет, до 2001 года. Потом должность вновь вернулась к Элиоту Говарду.

– Ничего не понимаю. Чем же Элиот занимался все эти годы? И почему вновь занял покинутый пост?

– Это хорошие вопросы. Однако мое внимание привлекло кое-что другое. Взгляните, в первый раз Элиот возглавлял компанию до 1988 года. Эта же дата стоит на обороте картины, которую Стефан купил в аукционном доме.

– Возможно, это совпадение.

Женщины хотели бы трезво оценить важность полученной информации, но проблема была в том, что все они пребывали на разных стадиях опьянения.

– Но разве это не странно? – не сдавалась Джудит. – Предположим, человеком, которого я сегодня застала в доме Стефана, был Элиот, что кажется мне наиболее правдоподобным вариантом. Однако это означало бы, что он украл раму с картины, которую сам продал Стефану в 1988 году, незадолго до того, как покинул пост главы аукционного дома.

– Я с вами согласна, – живо поддакнула Бекс. – Это действительно странно.

– Полагаю, прежде всего нам нужно выяснить, почему Элиот решил оставить бизнес на тринадцать лет.

– Здравая мысль, – кивнула Бекс.

– И я уже знаю, как мы это сделаем, – заявила Сьюзи.

– Правда?

– Мы просто переговорим с человеком, который заменял Элиота. С Фредом Смитом.

– Разумеется! Но как мы найдем его?

– Не думаю, что это будет сложно, – улыбнулась Сьюзи. – Я вижусь с ним каждое утро в одиннадцать часов.

– Что вы говорите?

– Если я не ошибаюсь, Фред Смит – мой почтальон.

Сьюзи жила в восточной части города, между комплексом промышленных предприятий, где рядами стояли офисные здания из красного кирпича, и многополосной дорогой А404 с ее беспрерывным транспортным потоком.

Джудит не смущали ни грохот транспорта с одной стороны, ни пыльные окна, мимо которых сновали измученные клерки, с другой. Около одиннадцати утра следующего дня она ехала к дому Сьюзи и с любопытством оглядывалась по сторонам. Район казался ей симпатичным. Когда Джудит остановилась у дома, номер которого сообщила Сьюзи, она изумленно приподняла брови. У дома не было фасада.

Джудит несколько раз моргнула, пытаясь понять, не подводит ли ее зрение. Она с недоверием осматривала строительные леса, местами порванную синюю пленку, голые балки и стропила, поддерживающие крышу.

Женщина была поражена. Да, многое Джудит пускала на самотек, предпочитая лишний раз не вмешиваться в ход вещей, но даже она едва ли смогла бы смириться с отсутствием стены в собственном доме. Поразмыслив, Джудит решила, что Сьюзи, вероятно, затеяла перепланировку и теперь кирпичные стены бывшего фасада скрываются где-то за пленкой.

Сьюзи появилась, едва Джудит успела прислонить велосипед к старой бетономешалке.

– Извините, мне следовало предупредить вас о том, что здесь идут строительные работы.

– О, не стоит волноваться. Решили что-то переделать?

– Хочу немного расшириться.

– Уверена, будет очень красиво, когда все закончится.

– Обязательно. По крайней мере, я на это надеюсь.

– Как долго продлятся работы?

– Еще пару месяцев, по словам мастера. Может, чуть меньше, если погода не подведет.

– Замечательно! Похоже, конец совсем близок.

– Ах, нет, подождите-ка. Кажется, он сказал это три года назад, перед тем как скрыться с моими деньгами.

– О чем вы?

– Ну да, уже три года никаких подвижек. Вот так я и живу все это время.

Джудит лишилась дара речи.

– О! – наконец выдала она.

– Но что поделаешь, такова жизнь, верно? – Сьюзи пожала плечами так беззаботно, словно все это ее не касалось. – Люди уходят. Уходят мужья, дети, мастера… Не стойте на пороге, изнутри дом выглядит лучше. И не волнуйтесь, псы вас не побеспокоят, здесь только я и Эмма.

Джудит вошла в дом. Внутри пахло собаками и сигаретным дымом, пол застилал плотный линолеум. Между коридором и гостиной не было двери. А еще здесь не было мебели. Ни шкафов, ни даже стульев. По углам лежали только потрепанные собачьи подстилки и старые одеяла.

Из кухни вышла Эмма. Она ткнулась носом в ладонь Джудит, обращая на себя внимание.

– Вы ей понравились, – улыбнулась Сьюзи.

– И она мне нравится. – Джудит наклонилась и потрепала собаку за ухом. – Какая у тебя шелковистая шерстка, – сказала она.

– Пойдемте наверх, я живу там. Собаки здесь, я там. Пойдемте.

Сьюзи открыла барьер-калитку, сказала Эмме оставаться на месте и зашагала по лестнице.

Джудит последовала за хозяйкой дома. Пол второго этажа был покрыт пушистым ковром. На тумбе в углу стояла ваза с искусственными цветами, а стены были увешаны картинами и самодельными украшениями. Хотя разлитый в воздухе запах освежителя, призванный, по всей видимости, уничтожить следы сигаретного дыма, был слишком резким, жилище Сьюзи показалось Джудит вполне уютным. Женщины прошли в гостиную.