Судить будет полночь - Алексей Макеев

– Как думаешь, Лев, он мог убить Веронику?

– Не похож он на убийцу. И ведет себя уверенно… Нет, не он.

– Куда едем, Лев Иванович? – спросил Кирилл.

– На вокзал, Стаса провожать.

– Как провожать? У меня же с собой никаких вещей нет! – возмутился Крячко.

– Да зачем тебе вещи? Всего-то три дня командировки! – Лев незаметно подмигнул Кириллу.

– Это уже не смешно, Лев.

– Давай, Кирилл, на вокзал, – приказал Гуров. – Да не дрейфь ты, Стас. Мы только за билетами заедем. Но сначала заедем в офис к этому рейдеру, чтобы убедиться, действительно ли Соколов уехал в Нижний Новгород или же это просто отговорка, чтобы не встречаться с нами, – подкорректировал маршрут Лев.

– Так билеты можно заказать по телефону! – обрадованно сообщил Кирилл. – На вокзал ехать необязательно! Можно позвонить диспетчеру через Интернет и заказать себе билет.

– Я, Кирилл, привык с людьми общаться вживую, а не через Интернет. Так что на вокзал мы все-таки поедем.

– Как скажете, Лев Иванович.

«Резиденция» Соколова находилась в одном из центральных районов Санкт-Петербурга. Его офис был расположен в современном здании из стекла и бетона. Поднявшись на нужный этаж, сыщики оказались перед дверями с табличкой «Недвижимость от Соколова», перед которыми стоял охранник.

– Вы к кому, господа? – преграждая путь, спросил мужчина в пятнистой форме.

– Нам надо встретиться с господином Соколовым. – Гуров не спешил доставать свое удостоверение.

– Его нет, он в командировке. – Охранник продолжал загораживать своим телом дверь.

– Значит, мы поговорим с его заместителем. – Стас попытался отодвинуть наглого охранника.

– Кроме секретаря, здесь никого нет.

– Значит, поговорим с секретарем, – вмешался Лев, пытаясь разрешить дело мирным путем.

– Вам кого нужно? – Охранник выставил вперед короткую дубинку, недвусмысленно давая понять о своих дальнейших намерениях.

– Спокойно, здесь все свои. – Гуров показал ему свое удостоверение.

Внимательно изучив «корочку», охранник опустил свою дубинку.

– А что сразу не сказали? – отходя в сторону, спросил он.

– Начальник на месте? – снова спросил Лев Иванович.

– Нет. Только что уехал, – задумчиво ответил охранник, но тут же спохватился, поняв, что сболтнул лишнего. – В смысле, уехал в командировку только что, – начал было выкручиваться он, но было уже поздно – сыщики все поняли.

– Мы его здесь подождем, – открывая дверь в кабинет, сказал Лев.

Охранник затоптался на месте, не зная, как ему быть дальше.

– Да ты не дергайся! Все нормально! – хлопнул его по плечу Стас. – Да, вот еще что, – он остановился в дверях, – не стоит звонить своему шефу и сообщать, что мы его ждем. Понял?

Охранник кивнул в ответ.

Войдя в помещение, сыщики оказались не в самом кабинете, а в предбаннике, где за высокой стойкой сидела молодая женщина в очках.

– Если вы к Андрею Ивановичу, то его нет, – сразу сообщила секретарша, едва сыщики закрыли за собою дверь.

– А мы знаем, – весело сказал Стас. – Но ведь он же ненадолго? Поэтому мы его здесь подождем. – И он уселся на мягкий диван.

Секретарша недоуменно смотрела на Стаса, который взял в руки журнал и стал его листать, не обращая на нее внимания.

– Не переживайте. У нас с Андреем Ивановичем назначена встреча, – соврал Гуров, чтобы успокоить женщину.

Положив перед собой журнал записей, секретарша стала просматривать записи.

– Мы по телефону договорились о встрече, – остановил ее сыщик.

Было заметно, как секретарша не находила себе места, не зная, что же ей делать в подобной ситуации.

– Вы нам сделаете кофе? – попросил Стас, оторвавшись от журнала.

– Только мне, пожалуйста, без сахара, – поддержал друга Лев.

Сейчас надо было переключить внимание секретарши на что-то другое и сделать так, чтобы она не натворила каких-нибудь глупостей.

– Да, конечно, сейчас сделаю, – засуетилась женщина.

Не успела она налить кофе, как в приемной зазвонил телефон.

– Да, Андрей Иванович! – громко сказала секретарша.

После нескольких минут кивания она посмотрела на сыщиков.

– Вас здесь дожидаются товарищи из милиции. Да, сейчас передам… – Она протянула трубку Гурову, который сидел ближе, чем Стас.

Лев взял трубку, подождал несколько секунд и ответил:

– Полковник Московского уголовного розыска слушает!

– Здравствуйте, полковник! Вы хотели со мной встретиться?

– Если вы Владимир Соколов, то хотел.

– Я сейчас срочно улетаю в Нижний Новгород по делам, так что, если хотите, мы могли бы поговорить по телефону, – предложил Соколов.

– Назовите, пожалуйста, точный адрес, куда вы направляетесь.

– Точный адрес? – удивился рейдер.

– Да. Возможно, нам придется встретиться с вами именно там.

– А что за срочность такая, полковник? – Голос Самарского выдал его волнение.

– У нас есть к вам несколько вопросов, которые не терпят отлагательств.

– Вы можете найти меня на заводе «Сельмаш».

– Хорошо, Владимир, встретимся с вами там.

Стас внимательно следил за Гуровым, не перебивая его и ни о чем не спрашивая. И только после того, как тот встал с места, он спросил:

– Едем?

Лев посмотрел еще раз на секретаршу, которая делала вид, что совсем не слушает их разговор.

– Да, поехали.

– До свидания, – сказали они в один голос, уже закрывая за собою дверь.

– Счастливо. – Секретарша подняла на них глаза, провожая сыщиков задумчивым взглядом.

* * *

Профессионализм, как и все на свете, имеет свою оборотную сторону. Следователь, получая дело, сначала узнает, какое зло совершил преступник (вернее, в чем его обвиняют), а уже потом ему открывается, что за человек этот самый преступник. Это рождает предвзятость.

Гуров же, наоборот, никогда не терзал себя мыслями по поводу мотивов, обстоятельств и причин преступления. Он искал одно – след. След человека, который совершил то или иное преступление, в частности убийство Вероники Пахомовой. Но этого следа пока не было…

Почти у каждого преступления есть свидетели. И какой бы тайной ни было окутано злодеяние, как бы хитроумно его ни скрывали – оно все равно происходило на чьих-то глазах. В абсолютной пустоте ничего не происходит. Другое дело, что могло не быть живых свидетелей. Но ведь показания – причем объективные, неопровержимые – способны дать все те предметы материального мира, на глазах которых произошло что-то, что составляет предмет расследования. Люди, расследующие преступления, очень долго не могли найти способа общения с вещественными доказательствами – этими бесценнейшими свидетелями…