Аманда - Кей Хупер

Банди постоял около него, разрешил почесать за ушами, потом отбежал на несколько ярдов и снова остановился, виляя коротким обрубком хвоста.

— Ну хорошо, хорошо, я иду за тобой.

Поднявшись на возвышение и взглянув вниз, Уокер увидел то, что и ожидал увидеть, сам того, впрочем, не сознавая: Аманду с другой собакой.

Поколебавшись несколько секунд, он начал спускаться к ней. Она его не видела. Уперев руки в бока, она вглядывалась вдаль, слегка нахмурив брови в недоумении.

— Это называется плешь, — произнес Уокер.

Аманда подскочила и обернулась. Сверкнула на него глазами.

— Черт побери, Уокер! Нельзя так пугать людей. Подкрадываетесь, как…

В первый раз за время их знакомства она, казалось, забыла об осторожности. Уокер поразился тому, как изменилось ее лицо. Она выглядела более… живой. А может быть, это благодаря джинсам и яркому шарфу, которым она обвязала волосы.

— Я не подкрадывался. Вы просто не слышали, как я подошел.

— В следующий раз носите с собой колокольчик.

Он не обратил внимания на эти слова.

— Такие прогалины называются плешами.

— Я вижу вторую такую за сегодняшний день. Их кто-нибудь специально вырубает?

— Нет. Просто деревья в этих местах не растут. И никто не знает почему. Плеши раскиданы по всем горам. Такие, как эта, поросшие травой и дикими цветами, называют травяными плешами. Есть вересковые плеши, на которых, бывает, растут кусты. Но деревьев нет ни на одной.

— Странно…

Уокер пожал плечами.

— Суеверные люди считают, что плеши появились, когда дьявол шагал по горам. От каждого его шага якобы появлялась новая плешь. И уж конечно, там, где ступала нога дьявола, ничего расти не может.

— Загадочная история. — Аманда оглядела живописный пейзаж вокруг. — Но почему-то в нее хочется верить.

— Наверное, потому, что горы очень древние. Они стояли здесь, когда земля была еще совсем молодой. Тогда могло происходить все что угодно. И гиганты могли бродить по земле. Динозавры, например.

Аманда чуть заметно улыбнулась:

— Значит, говорите, динозавры?

— Ну да, они же были повсюду.

Она рассмеялась и покачала головой.

— А что вы здесь делаете? — Аманда оглядалась. — Я все еще на территории Далтонов?

— Да, это земля Далтонов. По субботам я иногда здесь гуляю. Люблю ходить пешком. Как я понимаю, вы тоже? Иногда я езжу верхом, но несколько дней назад моя лошадь потеряла подкову, так что…

При этих словах в глазах Аманды вновь появилась осторожность. Улыбка снова утратила живость. Oна сунула руки в карманы джинсов.

— Просто не представляла себе вас верхом на лошади. Хотя здесь, кажется, ездят все без исключения. Вы участвуете в скачках?

— Нет, я воскресный наездник, — ответил Уокер, неожиданно для самого себя почувствовав сожаление. — Просто умею держаться в седле и делаю это только для собственного удовольствия. У меня бывший скаковой конь, который больше не участвует в скачках. Mы с ним иногда выезжаем на прогулки, но в последнее время это случается все реже и реже. Наверное, мне давно следовало бы его продать, но он пасется вместе с племенными кобылами, так что у него есть и компания, и физические упражнения, даже если я не вывожу его по нескольку месяцев.

— С племенными кобылами?

— Из «Славы». Беременным кобылам нужна спокойная обстановка, а вокруг конюшен и загонов всегда слишком много шума и суеты. Поэтому Джесс заключил договор с моим отцом, давным-давно, еще до моего рождения. Джесс дал деньги на перестройку и содержание старых конюшен у «Козырного короля» и построил новый забор. Взамен он получил право пользования конюшнями и пастбищами, а я — приятный ландшафт и не менее приятное присутствие лошадей на своей территории без всяких затрат и обязанностей. Вдобавок мои пастбища содержатся в прекрасном состоянии.

— А у лошадей есть спокойное место для того, чтобы жеребиться.

— Совершенно верно. Регулярно приезжает ветеринар, конюхи поддерживают порядок и присматривают за кобылами, а через день приезжает кто-нибудь из людей Джесса, проверяет, все ли в порядке.

— Виктор?

— Иногда. Так вы, значит, с ним познакомились?

— Да, — односложно ответила Аманда.

Уокер задумчиво взглянул на нее.

— Виктор идеально ведет себя с лошадьми. С людьми он несколько грубоват.

Аманда понимающе кивнула, и в глазах ее появилась настороженность.

Уокер не успел еще что-то сказать, как обе собаки протяжно заскулили, требуя внимания. Аманда взглянула на часы.

— Оказывается, сейчас позже, чем я думала. И пора ужинать. Пошли домой, ребята.

Она взглянула на Уокера, но не сказала «до свидания», и он пошел следом за ней.

— Джесс сделал мне копию карты.

— Правда?

— Да. Так что я смогу сама найти дорогу домой, если вас это беспокоит.

— Да нет.

Уокер не стал объяснять, почему он провожает ее. Он просто не знал, как это объяснить. Она бросила на него быстрый взгляд:

— Мэгги меня постоянно предупреждает, что надо остерегаться змей, но я еще ни одной не видела.

Почему она выбрала именно эту тему для разговора, подумал Уокер, но спрашивать не стал.

— Медянки смертельно опасны, но в основном здесь встречаются ужи, они безвредны. Просто смотрите, куда вы ступаете. В эту пору, когда все вокруг зеленеет, медянку легко различить по красноватым полоскам.

Аманда мрачно кивнула:

— Спасибо за информацию. Наверное, надо надевать туристские ботинки, когда отправляешься в дальние прогулки.

Уокер взглянул на ее кеды.

— Да, это безопаснее и, кстати, удобнее. Кеды предназначены для ровных дорог.

Несколько минут они шли молча. Тропинка петляла между высокими деревьями, полого спускаясь по холму.

— Я знаю, что Джесс болен раком, — неожиданно произнесла Аманда.

Уокера не слишком удивили ни ее слова, ни тон, по которому невозможно было угадать, что она чувствует и чувствует ли что-нибудь вообще.

— Мэгги вам сказала?

— Салли.

— Ну конечно, кто-то из них должен был сказать. Я так и думал, что сам Джесс не скажет.

— Почему?

— Ему не нужна жалость. Особенно ваша.

Несколько секунд она молчала, обдумывая услышанное.

— Салли сказал, он не продержится дольше Рождества.

— Да, так говорят врачи.

— Мэгги это знает?