Древнее хобби - Марина Серова

– Да, это я.

Он говорил коротко, отрывисто и очень недовольным тоном. Но я его вполне понимала. Представляю, каково ему сейчас. Узнал, что жена ему изменяет, причем увидел это во всех подробностях – это раз. Деньги требуют за неразглашение – это два. Любому в такой ситуации пришлось бы несладко. А я чего ожидала? Что Епифанцев с криком «ура» кинется к своему сейфу за деньгами? Хорошо, если меня не схватят его люди там же на месте и… Нет, об этом думать не будем. Сделаем так: сама за деньгами я не пойду. Это очень опасно. Кто знает, что от этого злодея можно ожидать? Пожалуй, надо сделать так, чтобы деньги забрал кто-то другой. Не я. И не дед. Неужели снова придется обращаться к Васе с Люсей?

– Вы деньги приготовили?

– Да!

– Сюрпризов не будет?

– С моей стороны – нет.

– Городской парк, аллея каштанов. Девятнадцать ноль-ноль.

Я отключилась. В пятьдесят девятый раз задала себе вопрос: все ли я предусмотрела, все ли взвесила, правильно ли наметила план отступления?

А теперь – в парк. Вот сейчас и посмотрим, все ли я просчитала правильно.

* * *

По городскому парку шел человек с пакетом в руке. Он шел неторопливо, часто оглядывался по сторонам. Одет он был в хороший летний костюм и кожаные сандалии. Мужчина дошел до аллеи каштанов, зашагал по ней, продолжая оглядываться. Вокруг были люди, много людей. Все они гуляли по парку с детьми или парами. Некоторые сидели на лавочках в тени деревьев, ели мороженое, пили холодные напитки.

Мужчина продолжал идти и оглядываться, но ничего подозрительного вокруг не было.

Вдруг откуда ни возьмись – мальчик-подросток лет двенадцати на велосипеде. Он ехал по аллее каштанов и выделывал всякие трюки: то отпускал руль и катался «без рук», то пролетал мимо прохожих на невозможно близком расстоянии, демонстрируя высший пилотаж и мастерство.

Проезжая мимо человека в хорошем летнем костюме, подросток внезапно нагнулся, выхватил пакет из рук мужчины и, быстро закрутив педалями, в мгновение ока скрылся за кустами и деревьями парка. Мужчина побежал было за ним, но вскоре понял, что это бесполезно и остановился, в сердцах топнув ногой и грязно выругавшись…

Я наблюдала за этим из другой аллеи, идущей параллельно. Потом свернула на боковую дорожку и быстро пошла на другой конец парка к киоску с мороженым. Там меня уже ждал мальчик на велосипеде с пакетом под мышкой.

– Молодец! Давай, – я протянула руку.

– А деньги? Тетенька, вы сначала деньги дайте, вы обещали!..

Я достала из кармана две сотки и протянула пацану. Тот взял деньги и встал в очередь к киоску, должно быть, намереваясь побаловать себя мороженым, а я положила пакет в свою сумку и быстро пошла к северному выходу из парка, где на стоянке меня ждал мой верный друг «Мини Купер».

Только отъехав пару кварталов от парка, я остановилась у обочины, огляделась по сторонам и, не заметив ничего подозрительного, достала из сумочки пакет. В нем был газетный сверток. Я развернула его. Деньги. Пачки, перевязанные канцелярскими разноцветными резинками. Я взяла одну банкноту и посмотрела на свет. Хм, настоящая! Прикинула количество… Вроде бы столько, сколько я требовала. Неужели получилось?! Тогда – быстрее к Ремезовым.

Гульнара открыла мне и отступила в прихожую:

– Здравствуйте! Проходите, Полина. Только Игната пока дома нет. Он еще на работе.

Мы сели в комнате на диван.

– Как он?

– Ищет новый объект… Хорошо, что он – в делах, хоть отвлекается…

– Гульнара, я принесла вам деньги.

– Что? Какие деньги?

Девушка смотрела на меня удивленно. Я положила на журнальный столик пакет. В это время раздался звонок в дверь.

– Это Игнат!.. Я сейчас…

Она убежала открывать вернувшемуся с работы мужу.

– Игнат, у нас Полина, она принесла какие-то деньги… – услышала я ее удивленный шепот.

Ремезов зашел в комнату и поздоровался со мной.

– Что это за деньги, Полина?

– Это вам от Епифанцева. Здесь пятьсот тысяч. Я понимаю, это, конечно, только четверть того, что он вам должен, но я постараюсь вытянуть с него и остальные.

Игнат с Гульнарой смотрели на меня удивленно.

– От Епифанцева? Вы хотите сказать, что он сам отдал вам эти деньги?

– Можно сказать и так.

– Только не говорите мне, что в нем проснулась совесть, не поверю.

– Правильно сделаете. Совесть господина Епифанцева, если таковая вообще имеется, спит мертвым сном. Пришлось применить хитрость.

Я коротко рассказала Ремезовым о том, как выманивала деньги у их врага. Они слушали меня, буквально открыв рты. Вдруг до Игната дошло… Он вскочил и взволнованно заговорил, шагая по комнате:

– Так ведь это… Я же могу начать… Гуля, я могу купить… Я могу оплатить аренду, снова позвать ребят… А еще мне предлагают новый изоляционный материал! Я могу взять немного на пробу…

– Игнат, Игнат, тише, пожалуйста, не волнуйся так! Тебе нельзя… На, выпей валерьянки…

Гульнара взяла пузырек, стоящий на столике рядом с другими лекарствами, начала отмерять в рюмочку капли. Ее супруг взволнованно потирал руки.

– Я позову Серегу и Вадика, а еще Михалыча. Мы снова будем дружной командой!

– А они пойдут к вам? – спросила я. – У них наверняка уже другая работа.

– Ко мне – пойдут! Они всегда говорили: «Игнат, ты только держись на плову, мы с тобой работать будем с радостью! Ты не жлобишь, платишь честно. Такие начальники – просто клад!»

– Да, Полина, он такой! – поддакнула супруга. – Ребята у него хорошие, и ради них он готов пахать день и ночь. Они ведь долго ждали, пока он судился, все надеялись, что дело выгорит, и они опять будут работать все вместе, как прежде.

– Полина, – вдруг спохватился Игнат, – а сколько мы вам должны из этих денег?

– Я покупала камеру, «прослушку», тратилась на бензин, запись дисков, помощникам пришлось кое-что подкинуть… В общем, десяти тысяч будет вполне достаточно да еще останется на продолжение моего плана по выкачиванию денег с Епифанцева.

– Как?! Всего десять? Я думал вы попросите… ну, хотя бы тысяч пятьдесят…

– Нет, пока я укладываюсь в эту сумму. Потом, когда он вернет еще…

– Вы что же, хотите вытащить с него еще денег? Думаете, заплатит?

– Во всяком случае, я постараюсь.

Игнат удивленно вскинул брови, но ничего мне не сказал. Он пожал плечами и быстро отсчитал мне десять тысяч.

– Ну, раз такое дело… Полина, оставайтесь с нами на ужин!

– Да, Полина, вы не представляете, что вы для нас сделали! Поэтому просим хотя бы отужинать с нами…