Львиная доля серой мышки - Дарья Донцова

— Совсем чуть-чуть, — заорала я, хватаясь за жесткую мочалку.

Жаль, конечно, но красивые, удобные, нежные на ощупь чулки придется разорвать. Я начала энергично тереть ноги. Вы не поверите, чулки даже не ойкнули.

Нет, я, конечно, не ожидала, что они начнут издавать звуки, слава богу, предметы туалета не способны говорить. И это очень радует. Представляете ужас? Вы пришли домой и слышите вопль из комода: «Эй! Почему утром нас неаккуратно в ящик запихнула? Из-за этого мы, твои колготки, впали в депрессию».

Я остановилась и перевела дух. Испытывать депрессию нынче очень модно, прямо как в начале двадцатого века. Только в прежние времена сия напасть именовалась сплин — тоска, и страдали ею по большей части представители творческой интеллигенции: поэты, писатели, художники… У остальных слоев населения времени на то, чтобы капать слезами в кофе с коньяком, не было. После переворота в тысяча девятьсот семнадцатом году черной меланхолией стали страдать совсем уж редкие особы, основной массе советского народа было не до горестных мыслей о собственном несчастном бытии, приходилось выживать, чтобы прокормить детей. Голод, разруха, гражданская война, репрессии тридцатых, война, восстановление страны, застой, перестройка, перестрелка никак не способствовали меланхолии. Но сейчас депрессия снова в моде, а значит, не все у нас так уж плохо. Лить слезы человек начинает, когда у него появляется избыток свободного времени.

Кстати, депрессия — это серьезное заболевание, которое лечат психиатры, и оно встречается не так уж часто. Если вам по утрам неохота вставать на работу и вы несетесь жаловаться психологу на свое состояние, а он нежно говорит: «Милочка, мы справимся с вашей депрессией, вам надо ходить ко мне на сеансы. Оплатите десять приемов вперед, вот счет…» — то знайте, это вовсе не депрессия, а жадный психолог и ваша лень. Недуг, охвативший вас, лечится просто: поменяйте работу, найдите себе интересное дело, обучитесь другой профессии и тогда помчитесь в офис совершенно счастливой. Есть отличный способ определить, страдает ли дама на самом деле от уныния. Надо дать той, кому вроде бы белый свет не мил и она, вся больная да несчастная, не может встать с дивана, конверт с большой суммой денег и сказать: «Купи себе что хочешь, но времени у тебя на приобретение шмоток только один день». Готова спорить на что угодно: большинство тяжелобольных мигом полетят по лавкам.

Я посмотрела на свои ноги и увидела: чулки не снимаются!

Я вылезла из-под душа, попыталась как следует вытереть ноги, но чулки, купленные в лавке креативных товаров, все равно остались влажными. Мне придется лечь в них спать. И как отреагирует муж, увидев, что я заползаю под одеяло в столь странном виде? Сказать Ивану правду? Да он потом всю оставшуюся жизнь будет надо мной потешаться! Что же делать?

Взгляд упал на комод с бельем, и я обрадовалась. Все просто! Натяну пижаму с длинными штанишками — есть у меня такая, — а завтра зайду к Любе в лабораторию и попрошу ее стянуть с меня «вторую кожу». Буль на все способна, и она никому не расскажет, какая прикольная история приключилась с начальницей.

Накинув халат, я пошла в столовую и в коридоре столкнулась с Иваном, который спешил в холл.

— Ты куда? — удивилась я.

— Форс-мажор у Никитина, — пояснил муж, — надо с ним срочно встретиться. Вернусь очень поздно. Не волнуйся, все живы. Документы пропали, у Андрея портфель украли.

Я никогда не вмешиваюсь в дела других бригад, поэтому не стала расспрашивать Ивана, просто проводила его до двери. А потом, решив сегодня не ужинать, легла в кровать, тихо радуясь, что муж сегодня точно не узнает, что я сплю в чулках.