Дурная кровь - Роберт Гэлбрейт

Любовь… Кроме того, данная карта соответствует Венере в Раке. Она символизирует гармонию мужского и женского начал, понимаемую в самом широком смысле. Это идеальная и безмятежная гармония…

Робин глубоко вздохнула, вернула карты в колоду и убрала в тумбочку. Когда она встала и взяла пальто, надувной ослик слегка качнулся на своей привязи.

Шагая в сторону подземки, Робин кожей ощущала новый опал в ложбинке у шеи, а поскольку она в кои-то веки от души выспалась, с утра вымыла голову и прониклась ощущением легкости, которым поделился с нею извлеченный из коробки надувной ослик, на улице и в поезде к ней была прикована не одна пара мужских глаз. Но Робин не обращала на них внимания; она поднялась по ступеням на «Оксфорд-стрит», прошла по Риджент-стрит и наконец оказалась у «Головы Шекспира», где поджидал одетый в костюм Страйк.

– С днем рождения, – сказал он и, после секундного колебания наклонившись, поцеловал ее в щеку.

Робин отметила, что от него на удивление веет не только табаком, но и тонким ароматом лавандового лосьона.

– Спасибо… заходим в паб?

– Э-э… нет, – ответил Страйк. – Я хочу тебе купить новые духи. – Он указал на задний вход в универмаг «Либерти» буквально в десяти ярдах. – Это будет тебе подарок на день рождения… хотя, возможно, духи ты уже купила. Или нет? – добавил он.

На самом деле он надеялся, что не купила. Просто ему не приходило в голову, что еще можно выбрать без риска возвращения в зону неловкости и возможного непонимания.

– Я… нет, – сказала Робин. – Как ты узнал, что у меня…

– В прошлое Рождество позвонил Илсе.

Придерживая для нее открытую стеклянную дверь, ведущую в отдел шоколада, нынче заставленный сластями к Хеллоуину, Страйк объяснил, как он в минувшем декабре хотел, да не смог купить для нее духи.

– Решил посоветоваться с продавцом, так он все норовил всучить мне коробки с названиями типа… ну, не знаю… «Вожделенная ты»…

Робин, не удержавшись, расхохоталась – так звонко, что на нее стали оглядываться. Они со Страйком прошли мимо столов, груженных дорогими трюфелями.

– …и я запаниковал, – признался Страйк, – а в итоге тебе досталась коробка шоколада. Но как бы то ни было, – подытожил он на пороге парфюмерного отдела, под куполом, расписанным луной и звездами, – ты выберешь на свой вкус, а я оплачу.

– Страйк, это… это разумно, – признала Робин.

– Ну да, как-то так. – Ее партнер пожал плечами. – Если человек мотивирован, его поведение может измениться. Как сказал психиатр из Бродмура. Я постою здесь. – И указал куда-то в угол, где, как он надеялся, его габариты никому не будут мешать. – А ты не торопись.

Так что Робин в высшей степени приятно провела четверть часа, бродя среди флаконов и прыская из тестеров на бумажные полоски; она с удовольствием, но коротко проконсультировалась со знающим продавцом и наконец остановилась на двух наименованиях. Теперь у нее возникли сомнения: нормально ли будет сделать то, что хочется… но раз они лучшие друзья, то, наверное, можно?