В погоне за удачей - Майкл Коннелли

Упоминание о практической значимости молекулярных наночипов не на шутку разгорячило Пирса. Он положил карточку обратно в бумажник и сунул его в карман. Все это время Пирс не спускал глаз со своей секретарши, понимая, что она еще не созрела окончательно. Однако все-таки решил закруглить свою короткую лекцию и перейти к главному.

— Моника, все дело в том, что мы не одни в этой области. У нас множество конкурентов. В том числе и частных компаний типа нашей «Амедео текнолоджиз». Некоторые крупнее и богаче нас. А ведь еще есть университеты, АППНИР и...

— АППНИР? Что это такое?

— Агентство по поддержке перспективных научно-исследовательских работ при министерстве обороны. Его сотрудники отслеживают все важные технологические разработки. Оборонщики поддерживают сразу несколько проектов в нашей области. Я сознательно с самого начала отказался от патронажа со стороны правительственных организаций. А вот большинство наших конкурентов не брезгуют жирными подачками от властей, хотя и в ущерб собственной свободе. Поэтому, чтобы не проиграть эту гонку и остаться на плаву, нам нужна постоянная и мощная финансовая подпитка. И если эти вливания прекратятся, мы тут же пойдем ко дну, и об «Амедео текнолоджиз» все забудут.

— Понятно, Генри.

— Одно дело, если бы мы занимались производством автомобилей или чего-то в этом роде. Но мне представляется, что своей работой мы способны перевернуть весь мир. Невозможно представить команду лучше той, которую мне удалось собрать в этой лаборатории. И нам надо...

— Я поняла, Генри. Но если все это действительно так важно, то, наверное, и тебе самому надо с большей ответственностью относиться к тому, что ты делаешь. Утром я уже говорила тебе об этом. А вместо этого ты едешь к ней домой и занимаешься каким-то тайным расследованием.

Пирса захлестнула злость, и он выждал пару секунд, чтобы успокоиться.

— Послушай, меня просто заинтересовала эта история, и я хотел убедиться, что с женщиной все в порядке. Если ты считаешь, что я занимался тайной операцией, пусть так и будет. Но на данный момент с этим покончено. Я хочу, чтобы в ближайший понедельник ты позаботилась о смене моего телефона, и надеюсь, на этом все прекратится.

— Вот и хорошо. Ну теперь-то я могу уйти?

Пирс кивнул. Он сдался.

— Да. Спасибо, что дождалась грузчиков с мебелью. Желаю хорошо провести выходные, хотя бы их остаток. Увидимся в понедельник.

Последние слова Пирс произносил, уже не глядя на Монику. Она встала и вышла молча, что еще больше его разозлило. Он тут же решил, что в ближайшее время подберет нового личного секретаря, а Монику вернет в общую канцелярию.

Пирс сидел на диване, обдумывая ситуацию и дальнейшие планы, но от этих мыслей его оторвал очередной телефонный звонок. Еще один любитель «клубнички» жаждал встретиться с Лилли.

— Вы опоздали, любезный, — ответил Пирс. — Она завязала с этим делом и поступила в университет. — И положил трубку.

Немного погодя он снова придвинул к себе телефон и набрал номер Джеймса Уэйнрайта в Венисе. Мужчина ответил уже после второго гудка. Пирс подошел с трубкой к окну.

— Мне нужен владелец дома, который сейчас снимает Лилли Куинлан, — начал Пирс. — Того, что на Алтаир-авеню в Венисе.

— Да, это я.

— Меня зовут Пирс. Я пытаюсь разыскать Лилли и хочу узнать, не встречались ли вы с ней в течение последнего месяца или около того.

— Ну во-первых, не уверен, что знаком с вами, господин Пирс. А во-вторых, не имею привычки отвечать на вопросы незнакомцев по поводу своих жильцов. Для начала вам следует объяснить причину своего любопытства и убедить меня, что я могу быть с вами откровенен.

— Справедливо, мистер Уэйнрайт. И буду рад лично встретиться с вами, если вы на этом настаиваете. Я друг их семьи. Мать Лилли, Вивьен, очень беспокоится за судьбу дочери, от которой уже около полутора месяцев не получала вестей. И она попросила меня выяснить, в чем дело. Могу дать вам ее телефон во Флориде, если хотите позвонить и проверить мои слова.

Пирс определенно рисковал, но решил, что это поможет быстрее вызвать Уэйнрайта на разговор. А кроме того, это было не так уж далеко от истины. Все та же социальная инженерия — повернуть правду немного другой стороной и в результате извлечь из этого пользу.

— У меня есть телефон ее матери в анкете. Но мне ни к чему звонить, поскольку не располагаю ничем, что могло бы вам пригодиться. Лилли Куинлан заплатила до конца месяца. И у меня нет поводов встречаться или говорить с ней, по крайней мере в ближайшие пару месяцев.

— До конца месяца? Вы уверены?

Пирс понимал, что это никак не стыковалось с тем чеком на имя Уэйнрайта, который он нашел в доме Лилли на Алтаир-авеню и внимательно изучил.

— Именно так, как я сказал.

— А как она внесла последнюю плату — чеком или наличными?

— Это не ваше дело.

— Нет, мистер Уэйнрайт, это мое дело. Лилли исчезла, и ее мать поручила мне ее разыскать.

— Это вы так говорите.

— Позвоните ей.

— У меня нет времени ей звонить. У меня тридцать два дома и квартиры. Вы думаете, мне...

— Послушайте, а кто следит за территорией вокруг дома? С ним я могу побеседовать?

— Именно с ним вы сейчас и разговариваете.

— А вы видели ее, когда бывали там?

— Я помню, что она часто выходила из дома и здоровалась со мной, когда я подстригал лужайку или налаживал разбрызгиватели. Иногда она выносила мне пепси или лимонад. А один раз даже угостила холодным пивом. Но вот в последнее время я ее не замечал. И машины тоже не было на месте. Но мне в голову ничего особенного не пришло. Мало ли какие дела у людей.

— Какая у нее машина?

— Золотистый «лексус». Не знаю точно, какая модель, знаю только, что «лексус». Классная тачка. И она за ней хорошо следит.

Пирс не знал, что бы еще спросить. От этого Уэйнрайта было не слишком много толку.

— Мистер Уэйнрайт, так вы заглянете в ее анкету и позвоните матери? Хотелось бы, чтобы вы перезвонили мне по этому поводу.

— Здесь уже полиция завязана? И составлен протокол об исчезновении?

— Ее мать обращалась в полицию, однако не слишком рассчитывает на их активность, поэтому она и попросила меня помочь. У вас есть чем записать?

— Найдется.

Пирс на секунду заколебался, вспомнив, что его домашний номер совпадал с бывшим номером Лилли и Уэйнрайт мог это заметить. Поэтому он дал прямой рабочий телефон в свой офис и, поблагодарив, положил трубку.

Он сидел, уставившись в пол и прикидывая, что же ему удалось узнать. Всякий раз напрашивались одни и те же выводы. Уэйнрайт вел себя очень уклончиво. Он явно либо знал что-то, либо хотел скрыть. А вероятнее всего, и то и другое.