Родная кровь - Anne Dar

Она с лёгкостью говорила о тех вещах, о которых иным женщинам зачастую бывает сложно размышлять вслух откровенно. Тереза Холт не боялась признаться в своей слабости – она видела в ней силу. Значит, она боец.

– Простите, я понимаю, что это не имеет никакого отношения к нашему делу, но… – мой тон практически выдавал во мне тонкого психолога, который жил глубоко внутри меня, но услугами которого я крайне редко пользовалась. – Что случилось с вашей подругой?

– Рину пристрелили. В этом городе. В марте этого года было ровно пять лет со дня её смерти. Полиция так и не нашла убийцу.

От услышанного я почувствовала, как каждая мышца моего тела напряглась и вытянулась в струну.

– Вы говорите о деле Рины Шейн? – кажется, я не верила своим ушам. – Она была Вашей лучшей подругой?

– Да. Была… – в красивых синих глазах Терезы заплескались всё ещё хорошо сдерживаемые слёзы. – Простите… У вас ещё будут ко мне вопросы? Не хочу оставлять Берека надолго одного.

Слёзы так и не сорвались с её глаз. Эта молодая мать-одиночка определённо точно входила в лигу сильных персонажей.

– Нет, больше вопросов сегодня не будет, – отведя взгляд от бледного лица своей собеседницы, я увидела, как Арнольд закрывает свой блокнот и вставляет в его карман шариковую ручку. – Приносим извинения за беспокойство.

– Всё в порядке, – уже поднимаясь с кресла, Тереза пожала мою руку, но её рукопожатие оказалось слабее моего, даже несмотря на то, что перед этим я успела определить её как сильную личность. – Если я смогу ещё чем-нибудь помочь вам, обязательно сообщите мне – буду рада оказать следствию любую посильную помощь, – продолжала говорить она, провожая нас в прихожую.

Уже надевая свою обувь при помощи высокой обувной лопатки, я как бы отстранённо коснулась бежевого плаща, висящего на вешалке, на стене напротив меня.

– Красивая вещь, – заметила я. – Стильная. Приобрела бы себе что-нибудь похожее.

– Я купила его на распродаже в “Тюльрули” пару недель назад. Недорогая, но очень качественная и красивая вещь. Может быть там ещё остались такие модели, – отстранённо ответила Тереза, при этом слегка пожав плечами.

***

– Кажется, мы только что нашли серьёзную зацепку, – быстрым шагом направляясь по мокрому асфальту в сторону оставленных нами через дорогу автомобилей, возбуждённо говорила я. – Тереза Холт знала, причём близко знала, не только Ванду Фокскасл, но и Рину Шейн. То есть она имеет прямую связь с двумя жертвами Больничного Стрелка. Это определённо точно не может быть случайным совпадением. А значит, нам необходимо выяснить, не знала ли она ещё трёх жертв.

– Ты гений, Пейтон, но ты увлеклась, – остановившись напротив своего автомобиля, Арнольд спрятал руки в карманы куртки. – Тереза Холт не могла знать трех первых жертв Стрелка. Я навёл справки по ней, прежде чем выезжать на этот допрос – ей только двадцать семь лет. Случаю же с Больничным Стрелком уже тридцать два года.

– То есть Больничный Стрелок объявился за пять лет до рождения Терезы. Снова пять…

– Что?

– Между двумя жертвами – Риной Шейн и Вандой Фокскасл – разница в пять лет. Больничный Стрелок впервые начал действовать за пять лет до рождения Терезы…

– А ты не слишком закручиваешь?

– Возможно. Но мне необходимо, чтобы ты уточнил для меня все цифры.

– Понял.

– Как-то она могла быть связана с первыми тремя жертвами, если она связана с последними двумя… – задумчиво продолжала я. – Может быть, через родителей? Связь между семьями? – Арнольд внимательно смотрел на меня.

– Думаешь, Тереза Холт приведёт нас к Больничному Стрелку?

– Я почти уверена в том, что она приведёт нас к разгадке. Она уже ведёт. Ты видел её плащ?

– Точь-в-точь такой же, какой был на жертве, – утвердительно кивнул напарник. – Я посмотрел ярлык – одна модель, только на жертве плащ был на размер меньше.

Я задумалась, пытаясь вспомнить ещё что-нибудь, но больше ничего не приходило.

– Тебе что-нибудь ещё бросилось в глаза? – наконец решила начать смотреть на общую обстановку глазами напарника я. Этот манёвр ещё ни разу меня не подводил.

– Да, бросилось, – уверенно произнёс Арнольд, чем сразу же приковал мой взгляд к себе. – Меня удивило то, как вы похожи внешне.

– О чём ты? – решила уточнить я, хотя прекрасно понимала, о чём он говорит – я сама заметила сильное внешнее сходство.

– Да вы как две капли воды, только она выше на пару сантиметров, и у тебя глаза карие, а у неё голубые.

– Бывают схожести на свете, – прикусив нижнюю губу изнутри, заметила я. – Её волосы длиннее моих, но они не намного длиннее волос Ванды Фокскасл. И Рина Шейн, – образ этой жертвы стоял у меня перед глазами, потому как последние пять лет я практически не выпускала его из поля своего зрения.

– Нет, Рина Шейн не похожа, – озвучил мои сомнения Рид. – Цвет её кожи был смуглым.

– Дело не в цвете кожи… Все убийства были совершены ночью, Шейн же была убита в собственной машине, которая была заблокирована: Стрелок произвёл выстрел снаружи – через закрытое окно он мог и не рассмотреть смуглого цвета кожи. Ванда, Рина и Тереза приблизительно одного роста, с одинаковой длиной волос, все трое брюнетки… Кстати, женщины, убитые тридцать два года назад в больнице, тоже были брюнетками.

– Да, но длина их волос явно была гораздо более короткой.

– И всё же…

– Пока что, считаю, связь Терезы очевидна только с Вандой Фокскасл и Риной Шейн. С первыми жертвами у неё очевидной связи нет – только с последними.

Подобные слова меня расстраивали, но я ничего не могла им противопоставить.

– Если поставить Ванду, Рину и Терезу в один ряд при плохом ночном освещении, чтобы их лица невозможно было рассмотреть, их вполне можно перепутать, – я наконец оформила логический вывод, к которому меня подталкивала не только логика, но и Арнольд. – Все трое брюнетки с приблизительно похожей длиной волос и схожим ростом.

– Ну что, пора?

– Да, вернись за тем плащом и обрати внимание, не попыталась ли она сделать с ним что-нибудь за то время, что мы отсутствовали, и ещё отметь её реакцию на то, что ты его изымаешь. Дальше раздобудь полный список семей, которые Ванда