Бриллианты вечны - Бретт Холлидей

Не отрывая глаз от трупа, он пробормотал:

— Где-то я его видел. Совсем недавно. Готов поклясться в этом. — Он закрыл глаза и попытался максимально сосредоточиться.

Гентри и Рурк ожидали его в стороне, потихоньку разговаривая между собой. Шейн медленно покачал головой, не открывая глаз, потом проговорил:

— Нет, никак не могу поймать мысль. Ускользает, как ртуть. Отлично знаю, что видел его. Может быть, один раз, не больше. И это не было настоящее знакомство. Но я точно его недавно видел. Я чувствую это подсознательно.

Он вдруг быстро открыл глаза и еще раз пристально посмотрел на бледное лицо мертвеца. Потом снова покачал головой и повернулся, чтобы уйти.

— Нет, лучше не силиться вспоминать, а выбросить из головы. Может быть, оно так быстрее неожиданно всплывет. Я знаю, что видел его, я знаю, что крайне важно вспомнить, чье именно это лицо. Я чувствую, что это чертовски важно и что, как только я его вспомню, мы получим ответ на целый ряд вопросов.

Его спутники уже начали подниматься по лестнице, а дежурный легким толчком задвинул ящик обратно.

Шейн тоже пошел к лестнице, начал подниматься и вдруг резко повернулся на каблуках с выражением явного удовлетворения на лице.

— Вспомнил. Но это посылает ко всем чертям все наши догадки. Этого парня не могли убить в 21.30 в отеле "Эдельвейс", потому что в 10 часов он был жив и здоров и находился в "Сильвер Глэйд".

Он лихорадочно порылся в карманах пиджака и достал оттуда фото, которое ему всучила молодая женщина в вестибюле его отеля, предлагая огромный задаток за то, чтобы он взялся за ее дело.

Он бросил фотографию Уиллу Гентри.

— На, пойди сравни. Ты убедишься, что это один и тот же человек

14.

23 ч 12 мин

По дороге из морга в полицейское управление Майкл Шейн подбросил Тимоти Рурка в редакцию "Ньюс". Репортеру не терпелось поскорее написать первую статью "Труп в заливе", как он мысленно озаглавил ее.

Он обещал Шейну пока не публиковать другие материалы, которые получил от сыщика, упомянув только вскользь, что в одном из отелей (не указывая названия) произошел любопытный случай. Он обещал также ни в коем случае не связывать имя Польсона с выловленным трупом.

Возвратившись в полицейское управление, Шейн застал Уилла Гентри за допросом красивого загорелого мужчины в плавках, которого Гентри представил Шейну как Нормана Рейна.

— Это мистер Рейн выловил труп в заливе, — пояснил он Шейну. — Между прочим, я послал телеграфный запрос в Нью-Йорк и Джексонвилл, а сейчас давай послушаем, что нам скажет мистер Рейн.

— Боюсь, что я смогу вам рассказать очень немного и вряд ли окажу какую-либо помощь, — приятным баритоном сказал Рейн. — Моя яхта стоит на якоре в бухте. Обычно я сплю на борту... один. Но сегодня мне что-то не спалось. — Он в очаровательной улыбке обнажил свои великолепные белые зубы и с благодарностью кивнул, принимая от рыжего детектива сигарету, отвернувшись при этом от черной сигары, которой попыхивал Гентри. Он сделал глубокую затяжку, потом выдохнул дым, удобнее уселся в кресле и продолжал: — Собственно, именно эта причина и привела меня на берег: у меня кончились сигареты, и в половине одиннадцатого я понял, что без сигарет не усну. Поэтому я сел в лодку и начал грести.

— Вы стоите на якоре напротив 10-й улицы?

— Да, как раз напротив. Прилив уже спадал, сзади меня дул легкий бриз, и я довольно быстро продвигался к берегу. Вдруг примерно на полпути от яхты моя лодка на что-то натолкнулась. Я страшно удивился: что бы это могло быть? Вы знаете, я греб, не думая ни о чем, за исключением того, как я сейчас куплю сигареты и с каким наслаждением немедленно же затянусь. И вдруг бац... Бедняга плыл лицом вниз. Я понял, что ему конец. Не без труда удалось мне втащить его в лодку, после чего я начал грести изо всех сил. Добравшись до берега, я привязал лодку и побежал к ближайшему заведению, где оказался свет. Оттуда я позвонил в полицию. Вот абсолютно все, что я знаю и что могу вам рассказать.

— На каком расстоянии от берега стоит ваше судно?

— Приблизительно в полумиле от берега. Это "Мария", вы легко можете сами проверить. 40-футовое одномачтовое судно.

— Значит, вы были на расстоянии примерно четверти мили, когда наткнулись на труп?

— Да, примерно около этого. Но это, конечно, только мои догадки, точно я сказать не могу.

— Есть вопросы, Майкл? — спросил Гентри, вынимая изо рта сигару.

— Не думаю, чтобы мистер Рейн мог нам чем-нибудь помочь, — покачал головой Шейн. — Вы не обыскивали труп?

— Конечно нет, — со справедливым негодованием ответил Рейн. — Я сразу понял, что это убийство, и потому старался не дотрагиваться до него.

Гентри встал, чтобы пожать ему руку.

— Благодарю за содействие, мистер Рейн. Вы еще не скоро отплываете отсюда?

— Нет, по крайней мере дней через 10, не раньше.

— Мой человек отвезет вас на пирс, — сказал ему Гентри. — Попросите его остановиться где-нибудь, чтобы купить сигареты. — Когда за Рейном закрылась дверь, он пожал плечами. — Что ж, не вдаваясь в технические подробности таблицы приливов и отливов, пожалуй, все подходит к тому, что труп был отправлен из "Эдельвейса".

— Да, я знаю, — сердито огрызнулся Шейн. — Но не забывай о девчонке, которая пыталась всучить мне в 10 часов вечера 140 баксов за то, чтобы я накрыл этого парня в "Сильвер Глэйд".

— Я о ней не забываю. Но, может быть, она ошибается. Может быть, она только думала, что он там был в это время. А может быть, она просто врала.

— А зачем?

— Откуда я знаю зачем? Зачем вообще врут женщины?

— Но если бы я взялся за ее дело, я сразу бы установил, что его там нет, — напомнил Шейн.

— Но ты не взялся. Боже праведный, как бы я хотел, чтобы ты взялся.

Тогда бы у нас