Наследники - Олег Юрьевич Рой

– Пал Шайдарович, я все понимаю, кроме одного, – здесь, в кабинете, ее почему-то уже не качало. И стул, на который она плюхнулась квашня квашней, прочно упирался в пол всеми своими четырьмя блестящими ножками.

– Одного? – чуть не удивленно уточнил Пахомов.

– Почему ее прямо в СИЗО не убили?

Он улыбнулся:

– Хотели бы убить, не стали бы дело забирать.

– Тогда почему сразу не забрали? Чего дожидались?

– Пока информация дошла до нужных людей, она уже в беспамятстве лежала.

– То есть драка случилась… случайно? – она помотала головой, словно укладывая рассыпающиеся мысли в хоть некое подобие порядка.

– Или по стороннему заказу, – подсказал Пахомов.

– Да, пожалуй… – Арина еще немного подумала. – То есть пока федералы поняли, что из Адрианы можно много полезного вытрясти, она была уже… как бы это помягче… не годна к даче показаний. Случайная драка или нет, непонятно, но в итоге… да, пожалуй, так. А потом они просто выжидали. И как только получили… сигнал… ну, что ей гораздо лучше – а ей реально лучше, я вчера сама видела – решили изъять из моих ручонок от греха подальше. Вдруг бы она начала мне исповедаться.

– Ты сама-то в это веришь? – голос звучал не столько насмешливо, сколько сочувственно.

Она пожала плечами:

– Не очень. Но я надеялась…

Полковничий взгляд тоже лучился сочувствием:

– Арин, ну что мы можем сделать? Ты ж и сама все знаешь. Ее сейчас по всем направлениям колоть будут. Ты ж понимаешь, какие там могут заказчики нарисоваться? Так что не по нашим зубам этот орешек.

Мог бы рыкнуть «иди работай», а он – утешает. Арина вздохнула:

– Ну… так-то да. Только обидно.

– Кто самого неуловимого киллера вычислил? И поймал! Вершина Арина Марковна. Ты победила. А хвосты вытягивать – не жалей. Хочешь отгул?

– Не хочу.

– Тогда иди работай. Пока еще кого-нибудь не убили.

– Типун вам на язык!

Надо же, как Пахомов разговорился. То слова лишнего не проронит, а тут прямо Цицерон. Не по нашим, видите ли, зубам орешек! Какой-то сумасшедший дом вокруг творится… Кстати, о сумасшедших. Надо бы выяснить у городских специалистов, что за тетка к Майке приставала. Наверняка же на учете состоит. Хотя при нынешней «сокращенной» психиатрии, может, и нет.

Впрочем, это можно и попозже. Велено же работать? А то не успеешь опомниться – налетят упыри с камерами и микрофонами: ах, великий актер, ах, святотатство, ах, посягательство на устои, ах, прокомментируйте! Арина им, конечно, так и так ничего не сказала бы. Но одно дело – отделываться универсальным «без комментариев», когда у тебя в голове и в сейфе что-то есть, и совсем другое – когда ты сама ни сном ни духом.

* * *

Могилу Шумилина уже закопали. Лишь обильно присыпанная подсохшей землей трава возле вернувшейся на свое место плиты напоминала о скандальной эксгумации.

– Знаешь, Игорь, чего я не понимаю?

Стрелецкий повернул голову, глядя из-под козырька серой бейсболки хмуро и, как показалось Арине, недовольно:

– Лучше Ким, – и опять замолчал.

Сегодня он почему-то особенно напоминал типичного персонажа вестерна: жилистый, угрюмый, поверх заправленной в потертые джинсы клетчатой рубахи – бледно-коричневая, тоже сильно потертая кожаная жилетка, ладно хоть без бахромы. Сменить бейсболку на стетсон, а кроссовки на «казаки» – и готов завсегдатай салуна. Арина с куда большим удовольствием взяла бы в сопровождающие балагура Мишкина или вдумчивого Молодцова. Да хоть молоденького восторженного Клюшкина. Но и Стас, и Иван Сергеич были заняты, Клюшкин же и вовсе официально числился за одним из «нижних» участков, и тащить его на чужую, по сути, «землю» было неудобно. Пришлось брать Стрелецкого, к которому она до сих пор не привыкла. Казалось бы, пришли они в район почти одновременно: этот… ковбой перевелся из области на месяц-полтора позже, чем Арина вернулась домой из Питера. Но и с Мишкиным, и с Молодцовым, и с другими прочими отношения наладились сразу, а с этим – никак. Почему Ким, если он Игорь? И не спросишь у такого буки. Вроде прошлой осенью он как-то повеселее смотрел. Или это ей казалось? Сыч угрюмый. Другой бы реплику заинтересованную подал, а этот молча ждет: давай, мол, излагай.

Она поворошила кроссовкой траву.

– Когда я сюда подобралась, эксгумация уже полным ходом развернулась, плита в стороне, экскаватор чуть не вплотную к обелиску яму копает, народ вокруг ждет. То есть самого начала я не видела. Но когда они все только-только собрались, как можно было не заметить, что могилу недавно вскрывали? Неужели никаких следов не осталось? Свежая земля на окрестной траве должна была просто бросаться в глаза. Вот как сейчас. Почему никто ничего не заметил?

– Аккуратно сработали, – согласился опер.

– Но – как? После пятницы гляди сколько следов осталось. А от предыдущих раскопок ничего. Траву подметали? Пылесосом крошки земляные собирали?

– Зачем пылесосом? – он усмехнулся. – Перед тем, как могилу вскрывать, расстелили пластиковое полотнище. Плиту в сторону, землю выкопанную – на подготовленное полотно. А после все так же назад и ссыпали и плитой прикрыли. И какие следы? Трава примятая?

– Черт! А ведь верно! Как я не сообразила? Ну ты голова!

На похвалу он только плечом повел:

– Что искать-то будем?

– Да леший его знает. Была мысль походить с георадаром. Кладбище-то богатое, вдруг это все-таки мародеры поработали. Может, и в других могилах такая же петрушка. Может, пустоты неправильные обнаружатся или что еще. Только я подумала, что сперва надо поискать каких-то внешних следов их деятельности, не по всему же кладбищу шарашиться. Но если модус операнди как ты описал, следов не будет, – Арина вздохнула. – Так что даже и не знаю, что искать. Ну хоть, раз мы уже здесь, просто осмотримся. Может, встретим кого-то, расспросим. Вдруг кто-то что-то видел. Все-таки гроб из могилы украсть – это не кошелек из кармана вытащить. Давай просто погуляем. Как пойдет, в общем.

Ей почему-то было неловко. Опера – люди занятые, а она отвлекла человека и ради чего?

Стрелецкий пожал плечом:

– Погуляем, значит, погуляем. Хотя насчет мародеров я сомневаюсь. Тут куда богаче могилы есть. А Шумилин…

– Вот именно. С вдовой я поговорить не успела, но миллионов у покойного точно не имелось, так откуда бы в могиле особым ценностям взяться. Получается, не за сокровищами лезли, а именно сюда.

– Похоже на то, – Стрелецкий слегка прищурился и стал совсем уж похож на Клинта Иствуда, или кто там еще в вестернах блистал. – И