Когда остановится сердце - Анна Васильевна Дубчак

– А откуда Коху известно было об этом саратовском парне?

– Фехнер ему рассказал, поделился. А еще Гудков накануне убийства заходил в пивную, много выпил, вел себя тихо, как мышь. Перед уходом позвонил кому-то и сказал, что надо встретиться, есть разговор. Говорил тихо, но Кох услышал, что встречу он назначил на нефтебазе.

– Так это у него джип?

– Нет, это машина Изотова-старшего, а его сын Валерка – дружок Гудкова. Кох сказал, что можно даже на экспертизу не тратиться, что если есть в лесу следы протекторов, то принадлежат они именно этому джипу. А это означает, что Валерий Изотов подвез Гудкова на нефтебазу, куда Кристина, по его словам, могла добраться на своем велосипеде. В этом городе вообще все ездят на велосипедах, такой вот уникальный и очень полезный вид транспорта.

– Но зачем Кристине-то было туда ехать?

– Вполне возможно, что она надеялась поговорить со своим парнем по душам, расстаться с ним по-хорошему, может, это было вообще их, как говорится, место. Ясно же, что она не могла предположить, что разговор закончится тем, что Гудков удушит ее.

– Говоришь, на велосипеде? Что-то не очень-то верится мне, что девушки даже в этом прелестном городке рассекают на велосипедах в чулочках… Во-первых, сейчас мало кто носит чулки, все больше предпочитают колготки. Во-вторых, как можно ездить в чулках? Это все равно что кататься без юбки.

– Думаю, что сразу же после этой встречи у нее была назначена встреча со своим саратовским парнем, поэтому-то она так и принарядилась… Да что я хожу вокруг да около, если все было именно так, как я тебе сейчас и сказала?! Я встретилась с этим Гудковым. Сразу после Коха к нему и поехала, мне объяснили, где его найти. Представилась помощником прокурора из Москвы, показала фальшивую ксиву, сказала, что мне все известно о том, что произошло на нефтебазе… И что ему же лучше будет, если он придет с повинной.

– Как он выглядел? Как отреагировал на твои слова?

– Никак. Выглядел он ужасно. Был бледный, когда я пришла, он, вероятно, пытался уснуть. У него сильно болела голова. Дома, кроме него, никого не было. Понимаешь, блефовать и дальше в открытую я не могла, боялась, что он меня разоблачит, что станет звонить кому-нибудь… Словом, я сказала все это ему и ушла. И буквально через час, когда я уже вернулась к Коху, мне позвонил Данила и сказал, что Гудков сам пришел к нему, причем домой, и сказал, что готов давать признательные показания. Так вот о чулках. Именно чулки и стали последней каплей… Она на самом деле приехала на место на велосипеде, а он – на машине друга, потому что его собственная машина сейчас находится в ремонте. Он не собирался ее убивать. Просто хотел поговорить, сказать ей, что он все знает о ее измене. И о турбазе, где она развлекается с городскими парнями… Она ответила, что не жена ему, что это ее личное дело, как проводить свое время и с кем. Она была в чулках, которые подарил ей Гудков. Чулки не простые, с рисунком, и уж в них-то она точно не должна была ездить на велосипеде. Он ей сказал об этом, на что она ответила, что сразу после их разговора у нее назначена встреча и что она уже не успеет переодеться… Тогда он обозвал ее шлюхой, повалил на землю, хотел овладеть ею, она же отбивалась, говорила ему какие-то унизительные слова, оскорбляла, сравнивая его со своим новым приятелем… Он ударил ее по лицу и, пока она приходила в себя, стащил с нее чулок и закрутил вокруг шеи… Вот и удушил. Понятное дело, что он находился в состоянии аффекта. И если бы меня наняли, я бы доказала это. Но у меня была другая задача – освободить Мишу Фехнера. Что я и сделала.

– Ты умница, Лиза, – Глафира смотрела на свою подругу с восхищением. – Но почему ты меня с собой не взяла?

– Чтобы не искушать тебя вкусностями в заведении Коха, – рассмеялась она. – Ты же на диете… А если серьезно, то говорю же, я поехала не по работе, а исключительно из любопытства – еще раз взглянуть на Гражину.

– Ну и что? Взглянула?

– Да. Не удержалась и сказала ей, что она удивительным образом похожа на актрису Людмилу Дунай. На что Гражина довольно спокойно ответила мне, что она похожа не только на эту актрису, но еще и на Келли Резерфорд…

Глафира задумалась. Это имя ей ни о чем не говорило.

– Она играла Эдвину в фильме «Большей любви не бывает». Героиня – на редкость красивая молодая дама, у которой на «Титанике» погибли все близкие… Но это и неважно. Важно другое. С каким достоинством она отвечает, как держит себя. Признаюсь, я не выдержала и уже перед самым отъездом позвонила нашему следователю Даниле и спросила, не может ли он мне оказать одну услугу и взглянуть на паспорт этой Гражины. И знаешь, что он мне ответил? Он расхохотался и сказал, что его жена тоже в свое время просила его об этом. Документы у этой женщины в полном порядке, и по паспорту она Галина Янкевич, недавно получила российское гражданство, а до этого была украинской подданной. Словом, все это мистика какая-то…

– Не мистика, просто тебе очень хочется, чтобы Людмила Дунай была жива, вот ты и придумываешь себе… Тебе кажется подозрительным, что она появилась в Марксе как раз тогда, когда исчезла Дунай, но она появилась там не просто так, а сразу после смерти своей родной сестры Ванды. Не станешь же ты утверждать, что и Ванду толкнули под трамвай в тот же день, в какой было совершено нападение на Дунай?

– Глаша, я все, все понимаю, и то, что она не могла все эти пять лет прожить в этой глуши, не давая о себе знать, и что не могла она также жить без памяти, и что вообще скорее всего это не она, но что-то подсказывает мне, что здесь не все чисто… А теперь, моя дорогая, мы посмотрим с тобой кино!

– Кино?

– Да, у меня была включена скрытая камера все то время, что эта Гражина находилась поблизости… И теперь у нас с тобой будет возможность рассмотреть эту женщину поближе. Еще я купила диск с сериалом «Прокрустово