Цветы пустыни - Влада Ольховская

Ее усилия оказались не напрасны. У нее уже кружилась голова от постоянных вспышек неона и мельтешения на экране, когда в толпе наконец мелькнуло знакомое лицо. Не Сергей, нет, о нем Таиса в последнее время думала так много, что наверняка заметила бы сразу, а этого чуть не проглядела. Зато после того, как она пересмотрела ролик несколько раз, она не сомневалась: в толпе мелькнул Степан Иванцов.

Он был одним из одноклассников и друзей Сергея, Таиса уже беседовала с ним. Степан оказался среди тех, кто подозревал влюбленность Сергея в «старшую женщину», однако ничего толкового добавить к этому не смог. Про клуб он не упоминал… Да и понятно, почему! Хотя подросткам и исполнилось восемнадцать, вряд ли родители так уж часто отпускали их веселиться в клубах глубокой ночью. Может, они и вовсе соврали семьям, что ночуют у кого-нибудь в гостях. А может, просто не решились рассказать про трагедию, хотели уберечь близких от беспокойства. Между событиями в «Небуле» и смертью Сергея прошло несколько месяцев, понятно, почему Степан промолчал!

Но Таиса не собиралась позволять ему молчать и дальше. Возможно, лучше было бы встретиться с ним лично, однако для этого пришлось бы дождаться возвращения в Москву. Таиса не хотела терять времени, она не представляла, на сколько задержится в поселке. Поэтому номер Степана она набрала сразу же, как только отыскала таксиста, согласившегося отвезти ее на внушительное расстояние от аэропорта.

Степан ее номер, конечно же, не узнал, поэтому ответил настороженно:

– Алло?

– Степа, это Таиса Скворцова. Ты почему соврал мне?

На каждого, с кем она беседовала, Таиса составляла хотя бы условный психологический профиль. Форсов говорил, что лишним это не будет, да и ей так было проще. Именно поэтому она знала, что добиться честности и откровенности от Иванцова можно лишь одним способом: шокировать сразу, а не давать ему время на подготовку наводящими вопросами.

– Кто?.. Чего?! – поразился Степан. – Я вам не врал!

– Ты сказал, что перед смертью Сергей не сталкивался ни с какими крупными потрясениями.

– Ну!

– А как же случай в «Индиго Небуле» в марте?

Вот теперь он с ответом не спешил, да и раздражения у него явно поубавилось. Степан возмущенно пыхтел в трубку, и Таиса не сомневалась: он сейчас раздумывает, не покончить ли со всем блокировкой ее номера. Профайлера такой вариант не устраивал.

– Степа, я знаю, что вы там были. Вы оба засветились на видео из клуба.

Это была ложь – причем рискованная. Еще оставалась вероятность, что в тот вечер Иванцов заявился в клуб без Сергея. Но в это Таиса по-настоящему не верила: если бы не было никакой связи с Сергеем, Степан продолжил бы отвечать быстро.

– Я не хочу об этом говорить, – наконец сказал он.

– А придется.

– Вы что, заставите меня? – с типично подростковой насмешливостью поинтересовался он.

Таиса не смутилась, она ответила спокойно:

– Да. Заставлю. Но я уважаю тебя и надеюсь, что заставлять не придется, ты сам предпочтешь поступить правильно.

– Что? Как вы можете меня заставить?

– Это место преступления, Степа, и ты там был. Лично я за тобой гоняться не буду. Я просто передам видео знакомому следователю, дам твои координаты, а уже он пусть разбирается и с тобой, и с твоими родителями.

Упоминание родителей Степана окончательно добило. Похоже, Таиса оказалась права в своих догадках: старшее поколение действительно не знало, куда направились школьники. Родители Сергея, скорее всего, тоже не знали… Так что эту версию Федор по своим каналам наверняка не проверял.

– Я могу поговорить об этом, – согласился Степан. – А толку? Это вообще про другое!

– С этим я разберусь сама. Твоя задача – рассказать мне, что там случилось.

– Ничего!

– Пять трупов, Степа, это не «ничего».

– Я не то хотел сказать… – еще больше смутился парень. – Конечно, мне их жалко! Но к нам это не имеет никакого отношения, мы их просто видели, да и то мельком…

В тот вечер они пришли в клуб большой компанией – одиннадцать человек, все из разных классов, но из одной школы. И в этой школе ночное шатание по клубам никогда не поощрялось, поэтому и свою вылазку подростки надеялись сохранить в тайне. Они такое уже проделывали, так что особо не переживали. А даже если бы кто-то узнал об их похождениях, ничего страшного не случилось бы: закон они не нарушали, восемнадцать действительно исполнилось всем. Им просто не хотелось лишних объяснений с родителями и учителями.

Однако вместо приятного приключения они погрузились в ночной кошмар. Когда зазвучали первые крики, музыка еще продолжала реветь, и никто толком не понял, что происходит. Потом толпа рванулась в разные стороны, стали видны пострадавшие, уже корчившиеся на полу. Ни Степан, ни Сергей к ним не подходили, но разглядели достаточно.

Они сбежали из клуба при первой же возможности. Эту историю друзья обсуждали лишь раз – договариваясь больше никогда ее не вспоминать. Они все равно не смогли бы ничем помочь, не было смысла навлекать на себя неприятности.

– Поэтому я ничего не сказал, – завершил свой рассказ Степан. – Мы этих, которые умерли… Мы даже не знали их!

– В вашей компании кто-нибудь заказывал шоты?

– Не то чтобы заказывали… Пара человек их пили, когда официантки подносили… Думаю, больше никогда не будут – потом же все в интернете прочитали, из-за чего люди умерли!

– А Сергей? Он пил?

– Вообще ничего. В смысле, ничего алкогольного, Серега против такого… был. Его батя не поощрял это, да он и сам не хотел.

Судя по тону, Степан уже считал разговор завершенным. Но Таисе нужны были дополнительные подробности:

– Хоть кто-то в вашей компании знал погибших? Любого из них?

– Нет, никого… Там, вроде, какие-то студенты умерли… Откуда мы их могли знать?

– Могли познакомиться на той же вечеринке.

– Не было такого. Зачем нам знакомиться? Нам своей компании хватало!

– Понятно. Как отреагировал на случившееся Сергей?

– Да нормально… Как все…

Ответ предсказуемый, а вот интонация интересная. Похоже, Степан действительно задумался, он и сам не был уверен, что Сергей не сделал ничего особенного. Таиса прекрасно помнила про его домыслы о влюбленности друга, понимала, что любой вывод Иванцова может оказаться неточным, однако ей все равно любопытно было послушать.

– Точно как все?

– Может, чуть эмоциональней, – признал Степан. – Дергался даже больше, чем я… Хотя оно и понятно: когда он бежал, его оттолкнули, он упал, оказался рядом с одной из тех девушек… Это кого хочешь приложило бы!

– И что он сделал?

– Ничего… Застыл, смотрел на нее, по-моему,