Ф.М. Том 1 - Борис Акунин

Поделившись со спутницей своей догадкой, Ника попробовалосторожно выведать, что же стряслось в больнице с Морозовым-старшим? Что загоре такое, по сравнению с которым меркнет даже пропажа заветной рукописи?

— Не хочу про это. Не могу, — отрезала Саша снеожиданной твердостью. — Так мне и надо. Бог за грехи наказал.

— Да за что Богу вас наказывать? — не выдержалФандорин. — По-моему, вас хоть сейчас можно в рай запускать. Переодетьтолько и цепочку с щиколотки снять.

Она посмотрела на него с укором:

— Нельзя так про рай говорить. Нехорошо. А про меня выничего не знаете, я ужасная грешница, самая скверная, какие только бывают.

Насупилась, замолчала.

Ну и он к ней больше не приставал. Дальше ехали молча.

Валя добралась до места раньше, поджидала у подворотни всвоем розовом «альфа-ромео».

Знакомясь, оглядела Сашу с подозрением. Та же смотрела нагламурную девицу во все глаза, с восхищением. Шепнула Нике: «Как из журнала!»

Валя, извращенное создание, прошипела в другое ухо:

— На малолетку запали?

На такую глупость Николас и отвечать не стал. Вместо этогосказал:

— Что будем делать, если никого нет дома? Или если неоткроют?

Открыли. Правда, не сразу — пришлось раза три жать накнопку, но в конце концов в коридоре послышались нетвердые шаги, и створкараспахнулась.

Пожилая тетка в нечистом халате, с прилипшей к губесигаретой. Взгляд мутен и нетрезв.

— Нам нужен Рулет, — громко сказал Николас, неуверенный, что его поймут.

— А вы ему кто? — икнув, поинтересовалась тетка.

Валя отодвинула шефа в сторону.

— Родственники.

— Из Рязани? — снова икнула. — Деньги закомнату привезли? Давайте.

— Деньги потом. Рулет дома? Войти-то можно? —Секретарша без церемоний задвинула пьянчужку вглубь коридора. — НиколайАлександрович, прошу.

— Нету его. Вчера вечером был. И ночью был, бормоталчего-то сам с собой. А утром захожу, он мне двадцать рублей обещал, а его нету.Удрал, гад. И двадцатку не оставил.

По-хозяйски пройдясь по голому коридорчику, Валя кивнула надверь, украшенную изображением черепа и костей:

— Его контора?

Квартирная хозяйка подумала, похлопала глазами.

— Его.

— Мы зайдем? Нате пока, сходите в аптеку, поправьтездоровье.

Валя не глядя сунула тетке сотенную бумажку. И хозяйку какветром сдуло, даже тапки не переобула.

— Ну что, поищем? — потерла ладони ушлаяВалентина, входя в комнату.

Поискали. Хорошо поискали. Николас сначала переживал: кактак, произвол, несанкционированное вторжение в чужое жилище, но когда девушкиничего похожего на рукопись не нашли, присоединился к поискам.

По правде сказать, спрятать стопку бумаги в этой комнатебыло особенно негде. Кровать отсутствовала, ее заменял полосатый замызганныйматрас (его, конечно, прощупали в первую очередь). Ну, стол, рассохшийся стул.Несколько предметов одежды, беспорядочно сваленных в углу. Старые кроссовки.Пустой шприц. Всё.

Ника простукал паркетины, стены, подергал плинтусы. Ничего.

Единственная странность — на подоконнике едва заметный следподметки (судя по рельефному рисунку, спортивная обувь), будто кто-то стоял наокне, причем лицом в комнату. Однако Рулет — парень высокий, у него и кроссовкисорок четвертого размера, а след, как прикинул Николас, был максимум тридцатьвосьмого. Очевидно, женский.

Не зная, куда еще заглянуть, Фандорин даже перегнулся черезподоконник, вспомнил, что герои романа «Белая гвардия» устроили тайник заокошком.

Но и там ничего не было, только какие-то странные пятна наштукатурке. Они вели снизу вверх и чуть пониже окна обрывались. Николаспотрогал пятно — что-то липкое. Брезгливо вытер палец платком.

В общем, визит к Рулету ничего не дал.

— Ну, шеф? — спросила Валя. — Где будем рытьэтого торчка? То есть, я хотела сказать: где нам искать этого наркомана?

— Милиция нашла бы его в два счета. И найдет, если самне объявится. — Ника взглянул на Сашу, увидел, как у той задрожали губы, ибыстро добавил. — Но не будем торопиться. Навестим Рулета снова. И, можетбыть, даже не раз. Рано или поздно застанем. Так или иначе, у кого искатьпервую половину рукописи, мы знаем. Проблема — вторая половина. Вы говорили,отец ее куда-то спрятал? Но если он пришел в себя, то значит, может рассказать.Он в состоянии говорить?

Девочка опустила глаза, кивнула.

— В чем же дело?

Молчание.

— Послушайте… — Фандорин начинал сердиться. —Если вы хотите, чтобы я вам помог, не играйте со мной в молчанку!

Саша обреченно вздохнула.

— Едемте в больницу. Сами увидите. Пускай МаркДонатович, я так не объясню… И не поверите вы… Поедете?

Почему я должен ехать в какую-то больницу, к какому-тотравмированному достоевсковеду, да еще какой-то Донатович на мою голову, задалсебе резонный вопрос Ника, уже предчувствуя, что судьба затаскивает его вочередную мутную историю. Это ведь даже не работа с клиентом, просто попросиластранноватая девчонка, с явными психическими отклонениями!

Живешь себе в разумном, реальном мире, день да ночь — суткипрочь, живешь так месяц, год и начисто забываешь, что совсем рядом, нарасстоянии одного удара сердца, существует другой мир — непредсказуемый,опасный, фантастичный. Ведь не раз уже попадал в его цепкие лапы. В них толькоугоди — не выберешься. А если и выберешься, то весь исцарапанный, едва живой.

Чего я переполошился, попробовал успокоить себя Фандорин.Подумаешь — навестить в больнице раненого, помочь советом бедной девочке, датакой славной, несовременной. Ангелы вон ей являются.

Но интуицию не обманешь. Знал Николас, уже тогда, в пустойкомнате пропавшего Рулета, когда ничего страшного еще не произошло, знал: одиншаг — и выпадешь из белого мира в черный, где придется существовать по совсеминым законам. Так что винить магистру истории было некого.

Но и давать задний ход было поздно.

Границу, отделяющую реальный мир от фантастического, он ужепересек, сам того не поняв и не заметив. Произошло это не сейчас, а в тусекунду, когда под колеса его метрокэба упала худенькая девочка.