Я подарю тебе все... - Марина Серова

– Это просто ты хорошей музыки не слышала! – убежденно проговорил водитель, останавливая наконец свой выбор на какой-то композиции. – Меня Костя зовут!

Уж не знаю, что он подразумевал под хорошей музыкой, но на меня это не произвело никакого впечатления. В динамиках что-то отчаянно орало, хрипело и сипело. Через некоторое время, поняв, что я остаюсь равнодушной, он убавил звук и улыбнулся чуть виновато.

Костя оказался веселым и очень болтливым парнем. Я даже удивилась, что Озеров держит у себя на службе такой экземпляр. Хотя, если Константин специалист, работающий в той же сфере, что и полковник, то, скорее всего, язык за зубами он держать умеет. А болтовня ни о чем – это просто особенности характера.

Машину же он вел умело, я отметила это несколько раз, когда он, вроде бы увлеченный разговором, вовремя среагировал и произвел правильные маневры.

Когда мы переезжали через Волжский мост, я все-таки поинтересовалась:

– А где у Владимира Георгиевича дача?

– В Гуселке, – ответил Костя, открывая банку кока-колы и протягивая мне: – Будешь?

Я отказалась, достав из своей сумки бутылку с минеральной водой. По моему опыту, она утоляет жажду гораздо лучше, чем сладкие шипучки.

Дальнейший путь занял совсем немного времени – буквально через минут семь машина въехала в поселок Гуселка и остановилась возле уютного домика из белого кирпича, одноэтажного, но с мансардой. Он, к счастью, не был огромной махиной, как многие отгроханные на волжских берегах громадины, больше походившие на загородные резиденции, чем на дачи, непонятно для чего выстроенные с таким размахом – разве что пустить кому-то пыль в глаза.

Костя открыл металлические решетчатые ворота и провел меня во двор, где слышалась музыка, довольно мелодичная. Доносилась она из выставленного на столе приемника, возле которого в шезлонге восседал сам Владимир Георгиевич. Неподалеку тлели угли, и на мангале на восьми шампурах жарились крупные куски свинины. Возле мангала стоял ничем не примечательный мужчина средних лет, он периодически сбрызгивал угли из пластиковой бутылки и переворачивал шампуры. При моем появлении он бросил на меня короткий взгляд и приветственно кивнул. Но я отметила, что за этот миг он успел увидеть во мне все, что его интересовало.

– Привет, Женя, привет! – увидев меня, воскликнул Озеров, вставая и выключая приемник.

Полковник слегка располнел за то время, что мы с ним не виделись, да и седины в волосах его прибавилось. Вообще-то он всегда был склонен к полноте и сильно переживал из-за этого, хотя и тщательно скрывал свои эмоции. В свое время он перепробовал, кажется, все диеты, какие только возможны. Но максимум, что ему удавалось, – сбросить пару килограммов. Сам Озеров утверждал, что это все гены, доставшиеся ему как от матери, так и от отца, вместе взятых. У меня же было другое мнение, совпадавшее с мнением мудрого Кролика из мультика про Вини Пуха – просто кто-то слишком много ест!

Озеров усадил меня в такой же, как у него, шезлонг, следом появилось блюдо с только что снятым с шампуров мясом, украшенным кольцами лука, и миска салата из свежих помидоров.

– Угощайся, Женя, – пригласил Владимир Георгиевич.

Я не стала скромничать, поскольку запах от угощения исходил прямо-таки изумительный, и принялась за еду. Озеров от меня не отставал, мужчина, возившийся у костра, тоже подошел и присел за стол. Правда, сидел он недолго – пошел переворачивать очередную порцию шашлыка.

– Я знаю, что ты на днях в Голландии побывала? Как, понравилось? – самым будничным тоном полюбопытствовал Озеров, обсасывая косточку.

– Вы, Владимир Георгиевич, ясновидящим заделались? – засмеялась я. – Тогда могу познакомить вас со своей тетушкой – вам будет о чем поговорить!

– К тетушке твоей, при всем уважении, интереса не имею! Ты бы лучше с подружкой пообещала познакомить, а то – с тетушкой! – шутливо произнес полковник.

– Владимир Георгиевич, если уж вы так осведомлены о подробностях моей жизни, то должны знать, что у меня нет подружек, – улыбнулась я.

– Нет, – согласился полковник. – Потому я так и сказал. Ты же понимаешь, что я шучу. Какие уж у меня-то подружки? Одна служба на уме! И вот служба эта и понуждает меня поговорить с тобой кое о чем…

– Говорите, Владимир Георгиевич. Я так понимаю, вам нужно знать, чем я в Голландии занималась?

– Чем ты занималась в Голландии, я и так знаю! – махнул рукой Озеров. – Мне важно, чем ты будешь заниматься здесь.

– И чем же? – поинтересовалась я.

– Фирмой «Поволжск-фарм», – сообщил полковник. – Меня очень волнуют образцы, которые вы получили в Голландии.

– А вам-то они зачем? С каких пор вас интересуют лекарства? Или это и не лекарство вовсе? – в упор посмотрела на него я. – А наркотики? Или какой-то яд?

– А это с какой стороны посмотреть, Женя. – Полковник наклонил голову и хитро прищурился. – Знаешь, как сказал знаменитый врач Парацельс? «Все в мире – яд, вопрос лишь в дозе»! Может, конечно, он этого и не говорил, но фраза не лишена смысла.

– То есть если превысить дозу, эти хваленые образцы становятся смертельно опасными? – предположила я.

– Опять же не совсем так, но мыслишь в правильном направлении. Дело тут не в дозе, а в способе обработки, – поведал полковник. – Проще говоря, образцы эти – сырец. Основа, так сказать… Из него можно много всяких вещей приготовить – при умелом подходе. Например, можно изготовить лекарство. Хорошее лекарство, даже отличное, помогающее при многих тяжелых заболеваниях. Для диабетиков, например, это просто бесценный клад. А можно сотворить из сырца и кое-что другое…

Полковник многозначительно посмотрел на меня.

– Ну вы уже говорите до конца, не тяните кота за хвост! – не выдержала я.

– Есть информация, что эти многоликие образцы могут легким движением руки химика-фармаколога превратиться в мощное бактериологическое оружие.

– И как же оно действует? – Мне стало интересно.

– А вот добавишь такую штуку, например, в водопроводную воду – и привет! Весь город отравится.

– Ого! – высказалась я. – То есть готовится террористический акт? И кто же его задумал? Мирошников? Или Ковалев? Или они действуют сообща?

Полковник покачал головой:

– Женя, для меня не так важно, кто его готовит. Мне важно знать где. Где находится лаборатория, в которой этот невинный препарат превратится в угрозу для нашего скромного городка? А лаборатория такая есть, это проверенный факт. А вот выяснить ее точное местоположение предстоит тебе…

И он снова выразительно посмотрел на меня.

– А почему вы так уверены, что я вообще этим займусь? – спросила я.

– Потому что я знаю, что ты – патриот своей страны и города, – спокойно сказал полковник.

– Мой родной город – Владивосток, – осторожно напомнила я ему.