За дверью - тайна... - Екатерина Вильмонт

– Девчонкам, что ли?

– И девчонкам, и мальчишкам.

– Неохота с Зориком общаться? – хмыкнул Леха.

– При чем тут Зорик? Просто, когда мы собираемся,начинается говорильня, а толку чуть. Вот мы с тобой ночью туда мотанули впрошлый раз и как много всего узнали, и на Умарова вышли, и вообще…

– Кстати, надо посмотреть, поменяли эти сволочи замки?Если нет, я дам Умарову их ключики, авось сгодятся…

После уроков они разбежались по домам, быстренько поели, переоделисьи встретились по дороге к метро.

– Там тачки умаровской нету, шатается небось где-то,вместо того чтобы делом заниматься, – констатировал Леха, внимательнооглядев двор. – Пошли, на замочки глянем и вообще… Хотя нет, ты тут лучшепобудь, а я на замочки сам взгляну, мне спокойнее будет, что ты тут на стреместоишь. А если вдруг пропаду…

– То есть как?

– Ну мало ли… Тогда давай сразу в ментовку беги, онатут рядышком.

Гошка не стал возражать. Леха скрылся в подъезде. Гошканервно вышагивал по двору, но так, чтобы его было не видно из окон тети-Машинойквартиры. Прошло минут пять, и Леха как ни в чем не бывало появился перед ним.

– Ну что? – выдохнул Гошка.

– Порядок. Замки все те же. Видать, они не заметили,что ключи пропали.

– Что ж они, совсем лохи?

– Да не без того. Следить за нами каких-то хмырейнаняли, те вмиг прокололись, да и вообще…

– Может, конечно, они в чем-то и лохи, но уж больноопасные.

– Это точно. Не подарок.

– А тети-Люсина дверь в порядке?

– С виду да. Там все тихо. Похоже, вообще никого доманет.

И тут они увидели, что во двор въезжает машина Умарова.

– Вот он, голубчик! – прошептал Леха.

– Подойдем?

– А то!

Умаров в крайней задумчивости вылез из машины. То, какповела себя девушка, повергло его в замешательство. С одной стороны, это похожена бред, а с другой… Чего только в наше время не бывает… Только вот с соседямипо площадке это, похоже, никак не связано.

– Алексей Михалыч! – услышал он негромкий голос иобернулся.

Перед ним стояли Гошка и Леха.

– Здрасте, я ваша тетя! Вы что тут делаете? –рассердился Умаров.

– Да дело одно есть, – смущенно проговорилЛеха. – Побазарить бы надо.

– Ох, морока мне с вами. Ну что еще?

– А вам ключики от соседской квартирки не нужны?

– Что?

– Ключики, говорю, не прохиляют у вас?

– Откуда у тебя ключи? – нахмурился Умаров иподумал: «От этой ребятни можно чего угодно ожидать».

– Долго рассказывать. Если нужны, возьмите.

– Ну давай на всякий случай… Вот что, братва, садитесьв машину.

– Зачем?

– Как ты выражаешься, побазарить надо!

Они уселись на заднее сиденье.

– Вы не голодные?

– Нет, мы после школы поели, – ответил Гошка.

– Это хорошо, а то я только что пообедал. – Онзавел мотор и выехал со двора.

– Куда мы едем? – спросил Леха.

– Увидишь.

– А базар о чем будет?

– О вас, братва, о вас.

Мальчики недоуменно переглянулись. Попетляв по улицам иубедившись, что «хвоста» за ним нет, Умаров остановил машину и повернулся кребятам.

– Вот что, братва, расскажите-ка мне во всех самыхмельчайших подробностях, что вы видели и слышали, когда первый раз пришли вЛюсину квартиру.

– Когда первый раз пришли, вроде ничего особенного,только телефон звонил, а когда мы снимали трубку, то там молчали, ничего неговорили. А вот когда второй раз мы вдвоем с Гошкой туда подвалили… Там простовоняло преступлением.

– Воняло, говоришь? И в чем эта вонь выражалась?

– Понимаете, там явно кто-то побывал, подушка диваннаялежала неправильно…

– Ты уверен?

– На все сто! И еще веник мокрый был.

– Веник?

– Ага, веник.

– Веник, значит, мокрый и диванная подушка не на месте… –задумчиво повторил Умаров.

Мальчики опять недоуменно переглянулись. Что бы все этозначило?

– Вот что, братва, дело, кажется, куда серьезнее, чемвы предполагали. И опаснее. Если бы я знал, ни за что бы не стал ввязываться,но теперь уж, как говорится, взялся за гуж…

– А что там такое?

– Много будешь знать, скоро состаришься. Кстати, насчеттети Маши, похоже, вы зря опасались, вроде бы и вправду она в деревню уехала.

– Откуда вы знаете? – спросил Гошка.

– Оперативные данные, – улыбнулся Умаров. – Япрошу вас: сидите тихо, бросайте расследования всякие, это добром не кончится.Обещаю, что буду держать вас в курсе дела, а сейчас лучше не лезьте сюда.

– Ну вот, как чего-то у нас узнать, так пожалуйста, акак…

– Как что, Леха? – потрепал его по белобрысомучубу Умаров. – А как под пули подставляться, так мы не нужны. Ты что-то вэтом роде хотел сморозить?

– Ну в общем…

– В общем и целом я вам вот что скажу: в интересахследствия сидите тихо. И не мешайте мне. Договорились?

– А вы уверены, что мы вам не понадобимся? –поинтересовался Гошка.

– Нет, не уверен. Но постараюсь обойтись. Если мнепридется думать еще о вашей безопасности, я могу запросто упустить все ниточки,которые у меня в руках собираются.

Мальчики промолчали.

– Ну я вас убедил?

– Вроде бы… – неуверенно отозвался Леха.

– Нет, так не годится. Пообещайте мне…

– Ладно, обещаем, – сказал Гошка. – Мы же невраги сами себе.

– Вот, я слышу речь не мальчика, но мужа! –процитировал классика Умаров. – А я со своей стороны обещаю все-все вамрассказать. Ну так и быть, подброшу вас до дому.

И он действительно отвез их в Гошкин двор. А сам сразу жеуехал. Не успели они в довольно мрачном настроении подойти к подъезду, как ихокликнули:

– Гошка, Леха!

К ним подбежала Маня. Гошка сразу понял: она что-топронюхала. У нее был такой боевой вид – волосы растрепаны, глаза сверкают.

– Привет, Маняшка, ты откуда?

– Ой, Гошка, я столько узнала! Столько узнала!

– Что ты узнала, Маня?