Незапертая дверь - Александра Маринина

Сергей Зарубин делал вид, что внимательно слушает, но Настя,случайно перехватив его взгляд, устремившийся куда-то в сторону окна, поняла,что думает он о чем-то своем.

- Алё, крошка Доррит, - сердито сказала она, - я тутдля кого воздух сотрясаю? Мы с Коротковым всю эту информацию уже наизустьвыучили, нам повторять не нужно.

- Почему это Доррит? - обиделся Зарубин. - Чего тыпо-заграничному обзываешься?

- Потому что крошка, - насмешливо ответила Настя,намекая на маленький рост сыщика. - Классику читать надо.

- Когда мне книжки-то читать? - возмущенно откликнулсяСергей. - И так работаю без продыху.

- Сейчас, конечно, некогда, - миролюбиво согласиласьНастя. - Это надо было в детстве делать, пока в школе учился. Так мы работаемили ты будешь мечтать о кренделях небесных?

- Буду мечтать, - мстительно ответил Сергей. - Знаешь очем? Вот рисуется мне такая картина: ты, Пална, умничаешь, нацепив очки на носи тыкая карандашиком в свои схемы, Юрик строит из себя крутого шефа и снадменным видом наблюдает за твоими потугами, а тут вдруг раздается телефонныйзвоночек, и нам сообщают, что Яна Нильская сама нашлась, цела и невредима,сидит рядом со своим мужем и мирно попивает кофеек. Вы с Коротковым смотрите наменя, как на мага и волшебника, разинув от изумления рты. У тебя, Пална, может,даже очки с носа свалятся, если мне сильно повезет. А я, молодой и красивый,хотя и маленького роста, немедленно мчусь на адрес, беру вернувшуюся дамочку воборот и к утру приношу вам на блюдечке всю картину убийства водителя, вкоторой Яне Нильской отводится немаловажная роль подводчицы. И завтра, в первыймой рабочий день в "убойном" отделе, ваш начальник публично поздравитменя с победой и скажет... Ну, примерно так: вот, мол, как работать надо,учитесь, пришел новый человек, с ходу глянул свежим глазом, придумалоригинальную версию и тут же ее результативно отработал. И выпишет мне премию вразмере оклада. Нет, лучше двух.

- Лучше, конечно, трех, - философски заметил Короткое.- Аська права, ты большой оптимист, Серега. Спору нет, версию ты придумалоригинальную, нам с Аськой она и в голову не пришла. А все остальное в твоейкартинке - полная утопия. Так не будет. Никогда.

Настя собралась было добавить, что, пожалуй, кое-что изобрисованного Зарубиным все-таки может сбыться, например, очки запросто могутсвалиться с ее носа, потому что оправу она подобрала неудачно, и онидействительно все время норовят соскользнуть... Но не успела, потому чтозазвонил телефон.

- Вот! - встрепенулся Зарубин. - Я же говорил: зазвониттелефончик...

- Успокойся, - Настя бросила взгляд на часы, - этоЧистяков. Как раз его время, он каждый день в одиннадцать звонит.

Но это оказался вовсе не Чистяков, а Настина мама НадеждаРостиславовна, которая после дежурных вопросов о самочувствии и питаниипоинтересовалась, посетила ли ее дочь парикмахерскую.

- Ты сильно обросла, Настюша, сходи постригись.

- Не хочу, мне так нравится, - упрямилась Настя.

- Доченька, у тебя была такая чудная головка, когда тыв первый раз сделала стрижку! Ну почему ты не хочешь снова постричься? Ходишьлохматая, как я не знаю что!

- Мама, женщина на пятом десятке имеет право самарешать, какую прическу ей носить.

Этот разговор повторялся с пугающей регулярностью вот уженесколько месяцев. Мать настаивала на возвращении на голову дочери стильнойкороткой стрижки, Насте же быстро надоел ее новый облик, и она снова решилаотращивать волосы, а пока закалывала невразумительной длины пряди во что-тонепонятное на затылке. Выдержав очередной "причесочный" натиск, она соблегчением положила трубку, но не успела и двух слов сказать, как сновараздалось треньканье.

Коротков метнул на Зарубина взгляд, полный яда, и возвестил:

- А это уж точно профессор? Это действительно былЧистяков.

- Чем занимаешься?

- Провожу время в обществе молодых мужчин, - пошутилаНастя. - Один из них уйдет домой, а второй останется. Или, может, обоихоставить?

- Валяй, - согласился муж. - Только не запутайся в них,а то я тебя знаю, ты же до единицы считаешь без ошибок, а когда два и больше -начинаешь путаться.

- Я калькулятор возьму, - засмеялась она. Настяразговаривала с Лешей и краем уха слышала перешептывание Зарубина с ЮройКоротковым.

- Слышь, Юрок, а у тебя правда с Палной... ну, всмысле... ничего такого?

- Во-первых, правда, а во-вторых, твое какое дело?

- Да я подумал, поздно уже, а мне на другой конецМосквы пилить... Может, она меня тоже оставит? А завтра вместе на работу бы...А, Юрок? Но если у вас что-то такое, так я мешать не буду, ты только скажи.

- Балда ты, Серега, и бить тебя некому.

- Почему это некому? - вступила Настя, закончивобщаться с Чистяковым. Ты, Коротков, теперь Сережин начальник, имеешь полноеморальное право дать ему в нос. Или в лоб. Свободное спальное место есть толькона кухне, вот на этом диванчике. Устраивает?

Зарубин радостно оглядел диванчик, сопоставляя его длину сосвоим ростом.

- Вот оно, преимущество быть маленьким, - гордо объявилон, вполне удовлетворенный результатами осмотра. - Никто из вас здесь спать неможет, а я - запросто. Почем берешь за ночлег, Настя Пална?

- Завтраком расплатишься. Встанешь в семь часов иприготовишь еду на троих.

- Ни фига себе! - протянул Сергей. - У тебя же холодильникпустой, из чего готовить-то? Мы все умяли.

- А ты в магазин слетай, - ехидно посоветовал Коротков.- Нынче не советское время, круглосуточные магазины всюду есть.

Настя полезла в сумку за кошельком, достала деньги.

- Правда, Сережа, сбегай быстренько, купи чего-нибудьна завтрак. Вот, возьми деньги. А я пока тебе постелю. Магазин у метро.

- У метро?! - вытаращил глаза Зарубин. - Это мне втакую даль переться? Ну вы садисты!

- Ладно, не ной, - поморщился Юра, - возьми моютаратайку.

Наконец минут через сорок продукты лежали на полке вхолодильнике, а сотрудники второго отдела МУРа - на своих диванах.

Спала Настя в эту ночь странно. Крепкий глубокий сон то идело прерывался, и она чувствовала, как четко и быстро начинал работать мозг.Сережка не так уж не прав, высказав предположение, что Яна Нильская моглаоказаться сообщницей убийцы. Или убийц. Все они - и следователь, и оперативники- попали в плен информации о том, что жена сценариста приехала в Москву впервыеи у нее нет здесь никаких знакомых, кроме тех, с кем она общалась во времясъемок. Но ведь это известно только со слов Руслана Нильского, мужа Яны. Он моглгать. А мог добросовестно заблуждаться.