Пансион благородных убийц - Мередит Митчел

– Миссис Даррем тоже говорила, что впереди нас ждет ненастье, – отозвалась леди Гренвилл. – Надеюсь, в день венчания Кэролайн буря и град не испортят ей настроение!

– Свадьба – это всего лишь один день, за которым последует целая жизнь с ее избранником, – улыбнулась миссис Рэйвенси. – И пусть лучше гром будет грохотать в небе, а не в их доме!

– Я думаю, они не смогут избежать ссор, но они любят друг друга, а перенесенные испытания научили их не придавать значения мелким неприятностям.

С помощью подруги Эмили поднялась со скамьи, и обе дамы неторопливо пошли к дому, стараясь не наступать на немногочисленные пока желтые листья.

Вечером миссис Даррем неожиданно попросила леди Гренвилл уделить ей несколько минут. Эмили уже переоделась в светло-серый пеньюар с вишневыми лентами, и Хетти распустила ее волосы – в такое время визит экономки не предвещал ничего хорошего, и молодая женщина отпустила горничную с чувством тревоги.

– Я вижу, что вы ожидаете от меня дурных известий, – начала миссис Даррем. – И я покривила бы душой, если б сказала, что не принесла их.

– Что ж, я готова услышать все, что вы сочтете нужным мне сообщить, – со вздохом ответила Эмили. – Что бы это ни было, это ведь не еще одна смерть, не так ли?

– Упаси боже, миледи! – Пожилая экономка покачала головой. – По сравнению с тем, что вы сказали, неприятность, о которой я хочу сообщить вам, может показаться сущей мелочью, но я считаю своим долгом рассказывать вам о том, что выбивается из привычного хода вещей.

– Вы поступаете совершенно верно! Прошу вас, расскажите все, что хотели, любая мелочь впоследствии может оказаться чем-то очень значимым. – К беспокойству леди Гренвилл все сильнее примешивалось любопытство.

– Я говорила вам о пропавшей пастушке, фарфоровой статуэтке из комнаты мисс Флинн… – Миссис Даррем не была уверена, что ее молодая госпожа помнит о том разговоре, но не потому, что сомневалась в памяти леди Гренвилл, а потому, что у нее было в последние дни много других забот.

– Позвольте, я угадаю – вы обнаружили осколки пастушки или же пропало что-то еще?

– Увы, верно второе предположение. Сегодня утром одна из служанок сказала, что исчезла позолоченная коробочка для драже, которая стояла на столике в музыкальном салоне. После этого я сочла своим долгом пройтись по комнатам со своей книгой и проверить, на месте ли все те маленькие милые вещицы, которые служат украшением этого дома, но которые со временем перестаешь замечать.

– Я понимаю, о чем вы говорите. – Эмили привыкла ко всем этим статуэткам, вазочкам, шкатулочкам и навряд ли сразу смогла бы вспомнить, сколько их расставлено на столиках, каминных полках и в стеклянных горках по всему дому. – И вы недосчитались еще каких-то безделушек?

Миссис Даррем извлекла из кармана небольшой листочек.

– Мои обязанности и присутствие гостей в доме не позволили мне закончить осмотр сегодня, но я продолжу его в последующие два или три дня. Однако же список пропавших предметов уже состоит из полудюжины названий, и все они достаточно малы для того, чтобы их исчезновение бросалось в глаза.

– Сперва убийство, потом кражи… – Действительно, новость миссис Даррем никак нельзя было назвать хорошей. – Вы думаете, эти преступления могут быть связаны?

Если экономка и удивилась такому вопросу, то не подала вида:

– Нет, я так не думаю. Но, рискуя оскорбить ваших гостей, все же выскажу предположение: одна из юных леди, что живут здесь, – воровка.

– Мне придется согласиться с вами. – Эмили поежилась, мысль была противной, но отмахнуться от нее не было никакой возможности. – Я не могу и не стану подозревать слуг. Тем более что в последние недели мы не наняли ни одного нового человека. Если только кто-то из посыльных или торговцев сумел проникнуть в комнаты, оставшись незамеченным…

– Это совершенно невозможно, – решительно возразила миссис Даррем. – Я прекрасно осознаю, сколько людей влечет в Гренвилл-парк нездоровое любопытство, и слежу за тем, чтобы никто из них не заходил дальше кухни и черной лестницы.

– Тогда мы должны признать – это кто-то из девочек. Бедность порой толкает на отвратительные поступки…

– Я знаю, что все они происходят из семей, которые едва сводят концы с концами, но это не оправдывает воровства в доме, где их приняли как желанных гостей! – Экономка наконец выказала гнев, который ей приходилось сдерживать целый день.

– И снова я соглашусь с вами, миссис Даррем. А еще скажу, что нам придется смириться с утратой этих безделушек – не обыскивать же нам вещи девушек! Виновна лишь одна, но мы оскорбим всех. Через несколько дней миссис Рэйвенси и ее ученицы уедут, и кражи прекратятся.

Пожилая женщина явно была недовольна решением леди Гренвилл закрыть глаза на воровство, но не стала спорить, понимая, что подобное расследование бросит еще одно пятно на пансион миссис Рэйвенси и разрушит дружбу между Эмили и Агнесс.

– А если мне удастся узнать, кто это сделал? – осторожно спросила она. – Пока вы в отъезде, я буду наблюдать за всеми молодыми леди, насколько это позволят мои обязанности…

– Думаю, для всех нас было бы большим облегчением установить истину. Я открыла бы ее миссис Рэйвенси, и девушку под каким-либо предлогом отослали бы домой. Кражи могут продолжиться и в пансионе, и тогда среди учениц начнутся ссоры, школа не сможет стать для них уютным домом…

– Так оно и есть, миледи! Дурная слава и без того укрепилась за пансионом миссис Рэйвенси из-за этих жутких деяний, разговоры о воровстве и вовсе погубят его репутацию.

Леди Гренвилл лишь кивнула. Она слышала, что говорят дамы из попечительского комитета, некоторые уже жалели о том, что приняли такое деятельное участие в устройстве школы.

– Что ж, если вам нечего мне сообщить… – Эмили хотелось поскорее закончить вечерний туалет и лечь в постель, новость миссис Даррем словно увеличила груз усталости, лежавший на ее плечах.

– По правде говоря, это не все. – Экономка не могла не замечать состояние своей госпожи, но считала необходимым выговориться до конца. – Я не случайно пришла к вам в неурочный час. Ваши юные гостьи уже разошлись по своим комнатам и не узнают о нашем разговоре…

– Вы хотите ошеломить меня еще одним неприятным известием? – Леди Гренвилл обреченно отложила щетку для волос, которую уже было взяла в руки.

– Я не знаю, насколько то, что я услышала сегодня, важно для расследования преступления, которое ведет суперинтендент Миллз, может, он и посмеялся бы надо мной, но я знаю, что вы выслушаете меня и сможете решить, стоит ли говорить ему…

– Если это касается убийства мисс Флинн, я незамедлительно выслушаю вас! – Неужели она сейчас услышит долгожданную подсказку? После бесконечной череды пересудов и нелепых домыслов Эмили боялась верить в это.

– Сегодня утром я проходила через оранжерею, посмотреть, нельзя ли сорвать несколько апельсинов для крема, и услышала, как три юные леди ссорятся. Вы ведь не станете думать обо мне дурно, если я скажу, что остановилась и немного послушала их разговор. – Миссис Даррем не спрашивала, она была уверена, что леди Гренвилл не осудит ее.