Конец света - Сидни Шелдон

Внезапно Роберт почувствовал приступ ярости. Этот сукин сын Трейнор предал его. Ничего себе друг называется.

– Это была моя личная просьба, сэр, и…

– Компьютеры ФБР не предназначены для использования в личных целях, чтобы причинять неприятности гражданам. Вы меня поняли?

– Вполне.

– Тогда у меня все.

Роберт вернулся в свой кабинет и дрожащими пальцами набрал номер 202-324-3000.

– ФБР слушает, – раздался голос в трубке.

– Попросите Эла Трейнора.

– Подождите, пожалуйста.

Через некоторое время в трубке раздался мужской голос:

– Здравствуйте, чем могу помочь?

– Я хотел бы поговорить с Элом Трейнором.

– Сожалею, но агент Трейнор здесь больше не работает.

Роберта буквально потряс этот ответ.

– Что?

– Агента Трейнора перевели в другое место.

– Перевели?

– Да.

– А куда?

– В Бойсе. Но его еще долго не будет там, боюсь, что очень долго.

– Что вы имеете в виду?

– Прошлым вечером, когда он бегал трусцой в парке Рок-Крик, его сбила машина. Представляете? Водитель, наверное, совсем допился до безумия, потому что выехал прямо на беговую дорожку. Тело Трейнора отбросило более чем на сорок футов. Он может и не выжить.

Роберт положил трубку, в голове лихорадочно крутились мысли. Черт побери, что же происходит? Монте Бэнкса, этого типичного голубоглазого американца, тщательно охраняют. Но от чего? И от кого? «Боже, во что же влипла Сюзан?»

Она жила в новой, двухэтажной квартире на М-стрит. Роберт подумал, что за эту квартиру платит, наверное, денежный мешок. Он уже несколько недель не виделся с Сюзан, и сейчас при виде ее у него перехватило дыхание.

– Извини, что беспокою тебя, я ведь обещал не делать этого.

– Ты же сказал, что дело серьезное.

– Да, серьезное. – Теперь, когда он увидел ее, он не знал, с чего начать разговор. Сказать ей: «Сюзан, я пришел, чтобы спасти тебя»? Да она рассмеется ему в лицо.

– Что случилось? – спросила Сюзан.

– Это касается Монте.

Она нахмурилась.

– А что такое?

Перед Робертом стояла трудная задача. Как он мог объяснить ей то, чего сам толком не знал? Ему было только ясно, что здесь что-то нечисто. В компьютере ФБР имелись данные на Монте Бэнкса, но с пометкой: «Информация предоставляется только по специальному разрешению». А о его запросе сразу сообщили в Управление военно-морской разведки. Почему?

– Я думаю, что он… что он не тот человек, кем кажется.

– Я тебя не понимаю.

– Сюзан… откуда у него деньги?

Было видно, что ее удивил этот вопрос.

– У Монте удачный бизнес в области экспорта и импорта.

«Самое старое в мире прикрытие».

Да, ему надо было сначала все тщательно выяснить, прежде чем приходить сюда со своими ничем не подкрепленными предположениями. Роберт чувствовал себя дураком. Сюзан ждала ответа, а у него этого ответа не было.

– А почему ты спрашиваешь?

– Я… я просто хотел убедиться, что с тобой все в порядке, – запинаясь ответил Роберт.

– Ох, Роберт. – В голосе Сюзан звучало разочарование.

– Наверное, мне не следовало приходить сюда. Извини.

Сюзан подошла к нему и обняла.

– Я понимаю, – мягко сказала она.

Но она не понимала. Она не понимала, что обычный запрос относительно Монте Бэнкса наткнулся на глухую стену и о нем было сообщено в Управление военно-морской разведки, а человека, который пытался получить информацию, перевели на работу в захолустье.

У Роберта были и другие возможности получить информацию, поэтому он позвонил приятелю, который работал в журнале «Форбес».

– Роберт! Давно не встречались, что могу сделать для тебя?

Роберт объяснил, что ему требуется.

– Монте Бэнкс? Странно, что и ты им заинтересовался. Он должен состоять в нашем списке четырехсот самых состоятельных людей, однако мы не смогли найти о нем никакой информации. Ты можешь нам что-нибудь подбросить?

И здесь неудача.

Роберт пошел в публичную библиотеку и попытался отыскать Монте в сборнике «Кто есть кто», однако не нашел там его имени.

Пройдя в зал микрофишей, Роберт просмотрел все выпуски «Вашингтон пост» за тот период, когда самолет Монте потерпел катастрофу, но нашел лишь небольшую заметку о катастрофе, в которой Бэнкс был назван предпринимателем.

Все выглядело довольно невинно, и Роберт решил, что он, возможно, ошибается. «Ведь не стало бы наше правительство защищать его, если бы он был шпион, преступник или занимался наркотиками… Все дело в том, что я все еще пытаюсь удержать Сюзан».

Роберт снова стал холостяком, жизнь его вылилась в пустоту и одиночество, занятые работой дни и бессонные ночи. Его охватывали приступы отчаяния, во время которых он плакал, оплакивая себя, Сюзан, все, что они потеряли. Сюзан продолжала присутствовать в его жизни, вся квартира была наполнена воспоминаниями о ней, каждая комната хранила ее голос, смех, ее тепло. Он вспоминал каждую черточку ее тела, когда она лежала в кровати обнаженная и ждала его, и от этих воспоминаний его охватывала невыносимая боль.

Друзья старались утешить его.

– Ты не должен оставаться один, Роберт.

– У меня есть девочка для тебя!

Девушки были высокие и красивые, маленькие и сексуальные. Это были манекенщицы, секретарши, девушки из рекламных агентств, незамужние и разведенные. Но ни у одной из них не было ничего общего с Сюзан, а общение с женщинами, ничуть его не интересующими, только усугубляло его одиночество. У Роберта не было желания переспать ни с одной из них, он все время хотел остаться один. Он желал прокрутить весь фильм их жизни с Сюзан назад, переписать сценарий. Со стороны легко было разглядеть собственные ошибки и представить себе, как следовало бы вести себя во время разговора с адмиралом Уиттакером.

«В ЦРУ проник агент по кличке Лиса, заместитель директора просит, чтобы ты отыскал его».

«Нет, адмирал, извините. У нас с женой второй медовый месяц».

Роберту хотелось начать жизнь заново, чтобы у нее был счастливый конец. Но было слишком поздно, судьба не предоставляла ему второго шанса. Он был одинок.

Он сам ходил в магазин, готовил себе еду, раз в неделю, когда бывал дома, ходил в прачечную.

Это был ужасный период его жизни, но впереди его ждали более серьезные неприятности. Красивая художница, с которой он познакомился в Вашингтоне, несколько раз звонила ему и приглашала на обед. Роберт пытался отказываться, но художница была очень настойчива. Она устроила прекрасный обед при свечах.