Правила жаркого секса - Дарья Калинина

Но, к счастью, Майю Захаровну ее ответ вполне удовлетворил.

— Вот оно как, — понимающе кивнула она. — Предчувствовала Светлана, значит.

— Что, простите? — не поняла Кира.

— Конец, говорю, свой предчувствовала, — пояснила ей Майя Захаровна. — Потому и вам позвонила. Ну что же, коли телефон ваш у нее все эти годы был… Значит, могла и сама вас найти. И не так уж вы и виноваты. К тому же приехали все же к ней, хоть теперь, пожалуй, уже и поздно.

И она посмотрела на подруг уже без прежней враждебности.

— Скажите, а как получилось, что Светлана Влад… что бабушка умерла? — набравшись решимости, задала Кира тот вопрос, который больше всего интересовал подруг.

— Да как оно всегда получается? — вздохнула Майя Захаровна. — Каждому человеку бог свой срок от рождения уже отмерил. Значит, кончилось у Светланы ее время. Вот и умерла. Хотя, если так рассуждать, то ничем она особенно не болела. Давление иногда прыгало, так ведь не девочка уже. И после санатория, напротив, хорошо себя чувствовала. Врачи приезжали, диагностировали остановку сердца. Сказали, что в ее возрасте такое неудивительно.

Майя Захаровна замолчала, а подруги переглянулись. Ой, что-то не верилось им в то, что Светлана Владимировна скончалась от возраста. По санаторию она вполне резво бегала. И вообще, все эти смерти выглядят как-то странно. Сначала Кашин, потом она. И, учитывая, что они были знакомы, напрашивается определенный вывод. А именно, что старушке кто-то помог уйти из этой жизни, обставив ее уход, как обычную смерть от старости.

— Скажите, а вчера днем к ней в гости никто не приходил? — спросила у Майи Захаровны Кира. — Может быть, приходил, она разволновалась, и вот такой печальный результат?

— Не знаю, — покачала головой Майя Захаровна. — Если и приходил, то она мне об этом не доложила. И вообще, на самочувствие вчера вечером не жаловалась. Вечером на улицу мы с ней выходили, воздухом подышать. Она была вполне здорова, только задумчива немного. Ну а утром уже была мертва.

Простая констатация факта без слез и причитаний. Не обращая внимания на подруг, Майя Захаровна задумалась, опершись на палку. Плакать она явно не собиралась. Старые люди вообще иначе относятся к переходу в мир иной. Когда твои друзья, с которыми ты вместе ходил в детский садик, школу или учился в институте, потихоньку начинают переселяться на кладбище, то сначала это приводит человека в состояние шока. А потом вселяет в самых сильных какую-то мрачную решимость дойти до финиша последним. Судя по всему, Майя Захаровна была именно таким крепким орешком.

— Скажите, — отвлекла ее от размышлений Кира, — а фамилия Кашин вам ничего не говорит? Не было среди знакомых Светланы Владимировны такого человека?

И она описала приметы погибшего Кашина. Вдруг им повезет и окажется, что Светлана Владимировна и Кашин были знакомы еще до поездки в санаторий. Но чуда не случилось.

— Нет, — решительно покачала головой Майя Захаровна. — Хотя вроде бы знакомая фамилия.

И она задумалась. Подруги тоже молчали, не решаясь перебить ход ее мыслей.

— Ну да, — произнесла она наконец. — Кашин. Был у меня в молодости поклонник с такой фамилией. Только я ему отказала и вышла замуж за отца моего Костика.

— Значит, другого Кашина вы не припоминаете? — разочарованно спросила у старухи Леся.

— Нет, — покачала та головой. — Но молодых людей возле Светланы вообще не было. Одни старики. Родственники ее, как вы сами знаете, не навещали. И вообще, жила она очень уединенно. И об источниках своего благополучия тоже никогда не распространялась.

— Что вы имеете в виду? — удивилась Кира.

— Это уж вам лучше знать! — хмыкнула Майя Захаровна. — Поскольку вы же ее внучки и, следовательно, прямые наследницы. Только, как я погляжу, вы о своей бабке немного знаете. Неужели вам родители ничего не рассказывали о ней?

— Нет, — покачала головой Кира.

Надо же, ей даже не пришлось на этот раз лгать.

— Значит, не простила ваша мать Светлану, — глубокомысленно произнесла Майя Захаровна. — Вот ведь глупость какая! Зачем такую ненависть в сердце хранить? И сама несчастье свое всю жизнь лелеяла, и вам с бабкой общаться не разрешала. А если разобраться, в чем была вина Светланы? В том, что она полюбила настоящего мужчину? Так женщина для того и создана, чтобы любить. И если уж влюбится, то ни муж, ни дети, ни внуки ей не указ.

Подруги во все глаза уставились на Майю Захаровну. Определенно слова старухи открывали для них в жизни Светланы Владимировны новые страницы. А Майя Захаровна распалялась все сильней.

— Да и что такого ужасного она сделала?! — воскликнула она. — Светлана дочь свою не бросала. Ваш дед сам не отдал ей ребенка. И что ей было делать? Разумеется, она пошла дорогой великой любви. И неизвестно, что было бы лучше: останься она с вами и страдай всю жизнь или вот так, как оно и вышло.

— М-да, — пробормотала Кира. — Между людьми — это всегда все очень сложно. Особенно когда между двумя вступает третий. Наверное, Светлана Владимировна была права, когда не стала цепляться за семью, а ушла следом за любимым мужчиной.

На самом деле ее мысли и не думали забираться в такие дебри времен. Киру интересовало, кто сейчас крутился возле Светланы Владимировны. И какого рода отношения связывали старушку и убитого Кашина. Но, судя по всему, в этом Майя Захаровна ничем не могла им помочь. Оставалась одна надежда на бумаги, которые были вложены в плотный конверт желтоватой бумаги.

Такие конверты продаются на почте для желающих отправить не простое, а заказное письмо, к тому же не обычного формата. Например, этот конверт был рассчитан на бумаги формата А4. И подруги с вожделением разглядывали его, хотя совершенно ясно, что его содержимое предназначалось не им, а тем самым внучкам Светланы Владимировны, которых она вроде бы вместе с дочерью, мужем и прочими своими родственниками бросила ради любовника.

— Хотя лично я никогда бы так не поступила! — внезапно произнесла Майя Захаровна. — Но мне повезло. Я вышла замуж за любимого человека. И любила его все эти годы. И наш союз был благословлен ребенком. Мой Костик — чудесный мальчик.

Он просто вылитая копия его отца и отрада мне в старости.

И тут раздался звонок в дверь. Это явился тот самый долгожданный Костик. Он оказался весьма упитанным мужчиной лет пятидесяти, с намечающейся плешью и внушительных размеров животиком, выдававшим в нем любителя вкусно покушать. Ничего чудесного, на взгляд подруг, в нем не было. Но, разумеется, свое мнение они благоразумно удержали при себе.

— Мама, а что у нас можно покушать? — первым делом осведомился Костик, втянув в себя воздух довольно крупным носом. — Никак не пойму, что это так вкусно пахнет. Мои любимые тефтели в винном соусе? Или котлетки с поджаркой из яблок со сладким луком?

Майя Захаровна в ответ лишь загадочно улыбнулась и, представив сыну подруг как внучек их соседки, тут же поспешно отправилась на кухню, чтобы разогревать там обед для своего мальчика. А великовозрастный Костик на некоторое время остался в прихожей с подругами. Он уже знал о случившемся с приятельницей его матери несчастье. И не прочь был поговорить об этом, пока грелся его обед.