Тень Ирода - Чингиз Абдуллаев

Вернулся директор с документами.

— Вот договор. Вот их подписи. Варнаков и Семенов. Вот,видите. У нас все документировано. Они приехали как консультанты в областибезопасности. Посмотрите, вот их заключение.

Славин обратил внимание, что договор был заключен за день доосмотра специалистами хранилища. Получалось, что на следующий день послезаключения договора специалисты приехали осматривать хранилище и поэтомувывезли все деньги. «Что-то слишком оперативно», — подумал Славин, ноничего не сказал.

Внимательно просмотрев все документы, он поднялся. Пришлосьво второй раз пожимать руку полковнику Леонову.

— Спасибо, — поблагодарил Славин скорееполковника, чем директора банка.

Внизу, у машины, его уже ждали Агаев и Светлова. Агаев селза руль. Славин пропустил Светлову вперед и сам сел на заднее сиденье.

— Как у вас дела? — спросил он.

— Они вывезли все деньги за день до взрыва. Одинсотрудник даже вспомнил, что не было машин и пришлось делать несколько рейсоводним и тем же автомобилем. Причем директор сам торопил, приказывал все вывезтиименно в этот день.

— На следующий день был взрыв, — вслух сказалподполковник. — Директор, конечно, ничего не знал о взрыве. Но о нем,кажется, действительно знал его негласный покровитель. Я обратил внимание на ихдоговор. Он был заключен за день до осмотра помещения специалистами Госбанка.Вы представляете, какая оперативность? Все сделали в один день. Гамза, давайсразу поедем в Госбанк.

— За нами, кажется, следят, — сказал Агаев,посмотрев в зеркало заднего обзора.

— Ну и черт с ними, — махнул рукойподполковник. — Нужно все равно делать свое дело. Едем в Госбанк.

Через полчаса они были в Госбанке. Еще через двадцать минутСлавин нашел Семенова. В результате разговора выяснилось, что сами банкиры из«ОСТ-БАНКА» настаивали на немедленной ревизии хранилища и просили осмотреть егоименно в тот день. Обоих специалистов банка удивила такая настойчивостьчастного коммерческого банка, обычно неохотно пускающего к себе специалистов изГосбанка России.

К себе на работу они возвращались во втором часу дня. Славинпосмотрел на часы. Он чуть не забыл о звонке Дронго. «Нужно будет забежать к этойтетке», — с неудовольствием подумал он. Расчет строился на том, чтоследившие за ним люди не успеют за несколько минут подключиться к телефонуквартиры, в которую он войдет.

Он попросил Агаева остановиться у одной из станций метро икупил небольшой букетик цветов. Затем они свернули на Садово-Кудринскую иостановились у многоэтажного красивого дома. Подполковник посмотрел на часы.Было без пяти два.

«Надеюсь, она будет дома», — подумал он, вбегая вподъезд. Он так быстро исчез, что следовавший за ним «наблюдатель» вынужден былпочти бегом догонять его и с плохо скрываемой миной на лице смотреть, как онподнимается наверх. На какой именно этаж поднялся Славин, он уже, конечно,увидеть не мог.

«Придется им проверять все квартиры подряд», — подумалс удовольствием подполковник, нажимая звонок. Дверь открылась, и тетушка егожены радостно заохала, увидев знакомое лицо. Он вручил цветы, галантнопоклонился и быстро закрыл за собой дверь. В квартире находились в это время ивнуки старушки, которые смотрели на него с интересом. Детям было по пять-шестьлет.

Ровно в два часа зазвонил телефон, и Славин услышал, кактетушка зовет его к телефону.

— Они просят вас, — испуганно сказала она, до сихпор боявшаяся КГБ и немножко мужа своей племянницы. В ее представлении КГБ,даже переименованное в ФСБ, все равно было страшной организацией, которая зналавсе о каждом человеке. Она даже не удивилась, что позвонили именно в ееквартиру, посчитав, что это в порядке вещей.

Славин подошел к телефону.

— Как дела? — услышал он знакомый голос Дронго.

— Кажется, ничего. Наш ушедший знакомый знал о том, чтодолжно было случиться в ту ночь, — сказал подполковник. — Он вывезвсе деньги из своего банка, боялся, что тот может быть разрушен слишком сильнойвзрывной волной.

— Мы сумели проверить абсолютно точно. Машины, которыеездили на вокзал, принадлежат вашим коллегам, — сказал Дронго. — Уних, правда, несколько специфический профиль.

— Особая инспекция, — понял Славин,мрачнея. — Ясно, — сказал он, — что-нибудь еще?

— Ваши компьютеры тоже под наблюдением. И самое главное— о вашем знакомом они тоже знали.

— Это точно? — немного понизил голос подполковник.Он смотрел на часы. Говорить больше минуты было нельзя в любом случае. Моглизасечь говорившего с другой стороны.

— Думаю, да. Будьте осторожны, — еще раз попросилДронго. — До свидания. Поговорим завтра. На этот раз позвоните вы. Я будупо следующему телефону: от вчерашнего времени, когда мы встретились, отнимитецифры… — он начал диктовать…

— До свидания, я завтра позвоню вам днем. — Славинположил трубку.

И, войдя в комнату, сказал изумленной тетушке:

— К сожалению, мне пора. Вы же видели, меня вызывают.Они даже здесь меня нашли.

Тетушка глубокомысленно кивнула. Конечно, она понималаважность работы своего родственника.

Тепло попрощавшись с ней и ее внуками, Славин вышел изквартиры и застал на лестнице двух мрачных типов, очевидно, старающихсяуловить, в какой именно квартире он находится. Спустившись вниз на лифте, онбыстро прошел к своей машине и сел рядом с Агаевым.

В этот момент оставшийся в подъезде незнакомец сказал своемунапарнику:

— Он нас дурачит. Нужно доложить полковнику, что он всеуже знает.

Сидя в машине, Славин молчал. Он боялся рассказывать своимсотрудникам о разговоре, понимая, что «жучки» могли быть установлены и вавтомобиле Агае-ва. Лишь когда они вышли из машины, он сказал:

— Я поговорил с нашим другом. За нами следят офицеры изособой инспекции. Ему кажется, что они знали и о нашем разговоре с чеченцами.

Светлова прикусила губу, а Агаев молча покачал головой. Вотделе их ждал мрачный Орловский. Он протянул подполковнику сообщение МУРа,едва тот вошел в кабинет.

«Сегодня ночью при попытке ареста оказал сопротивление и былубит известный рецидивист, один из руководителей чеченской группировки в МосквеХаджи Абдулла. В перестрелке пострадало еще несколько человек».

— Черт возьми! — громко сказал Славин. — Этобыл наш последний свидетель.