С двумя сразу - Владимир Колычев

Возмущаться можно по-разному — с отвращением или с восторгом. У Яны был второй случай, поэтому Семен подумал о лимоне. С оскоминой на лице она выглядела бы убедительней.

— Я ему говорю, не надо нести мою сумку, а он — у вас такие тонкие ручки!.. — рассказывала девица. — Вы такая нежная, хрупкая…

— Ему четырнадцать лет?

— Нет, тридцать.

— Тогда почему он обращался к тебе на «вы»?

— Это элементарная вежливость!

— Вежливый мужчина не стал бы забирать у тебя сумку.

— Ты что, ревнуешь? — с надеждой спросила Яна.

Возможно, она придумала эту историю, чтобы подсолить их ровные, но пресные отношения.

— Да, ревную. — Семен решил не разочаровывать ее.

— Совершенно напрасно! — Яна просияла. — Я сказала этому Паше, что шансов у него нет.

— Он поверил? — осведомился Семен и опять подумал о лимоне.

Пожалуй, он не стал бы плакать, если бы Яна вдруг исчезла из его жизни. Хотя и радости это ему не доставило бы. Семену не нужна была другая девушка, у него не было никакого желания искать замену Яне.

Лена — другое дело, но за ней он к черту на кулички не поедет. Да, обдурил ее Рома, и что? Если он смог это сделать, значит, она сама была рада обманываться. Хотела стать женой человека, который мог дарить ей машины за девять миллионов рублей, сделать ее жизнь красивой и беззаботной. Потому и не цеплялась она за Семена, хотя у нее была возможность помириться с ним. А раз такое дело, то вовсе не обязательно лезть в ее жизнь, вскрывать подлог.

Но без Лены тоска. Такое ощущение, что его существование потеряло смысл.

— Поверил.

— А если нет?

— Значит, я еще раз ему скажу, чтобы он от меня отстал.

В дверь позвонили.

— Это он? — с шутливой тревогой спросил Семен.

— Да что ты!

Яна смахнула улыбку, наползающую на губы, вышла в прихожую. И вывела на экран домофона изображение с лестничной площадки.

— Это он, Паша! — заявила она и приложила ладошку ко рту.

Семен тоже глянул на экран. Парень его не видел, но, казалось, смотрел ему в самую душу через глазок видеокамеры. Рост выше среднего, крепкая шея, плотное телосложение. Узкий лоб, черные с хищным блеском глаза, боксерский нос, тяжелый подбородок.

Пока Семен разглядывал его, Яна открыла дверь.

— Я же сказала, не надо меня преследовать! — сахарно возмутилась она.

— А если меня тянет к тебе так, что сил нет?

Паша нагло шагнул прямо на Яну, и она вынуждена была посторониться. Парень зашел в квартиру и наткнулся на Семена.

— Тебя сюда кто-то приглашал? — осведомился тот.

— Ты кто такой? — спросил Паша.

— Я же тебе говорила, — пискнула Яна из-за спины Семена. — У меня есть муж!

— Да?.. Не помню.

— Вспомнил? — Семен усмехнулся.

— Ну…

— Свободен!

Но нахал и не думал убираться.

— А может, Яна хочет со мной?

— Это моя квартира. Здесь можно хотеть только со мной.

— Я могу подогнать тебе чувачка. Он тебя захочет.

Семен поднял руку, в которой держал брелок с тревожной кнопкой, и заявил:

— Вневедомственная охрана будет здесь через три минуты.

— Ментами меня пугаешь?

— Уходи.

— А без них выгнать слабо? Яна, ты не можешь любить это трухло! Пошли со мной, я тебе настоящего мужика покажу!

Семен нажал на кнопку.

— Время пошло!

— Чмо! — Паша презрительно скривился.

Семен приготовился к броску, но нахал почувствовал это и не стал сплевывать ему под ноги. Иначе мог бы и схлопотать.

Паша ушел, и Семен с чувством облегчения закрыл за ним дверь. Опозоренным он себя не чувствовал. В его возрасте нельзя вестись на детские глупости. Избежал драки, значит, победил. Нужно рассуждать мудро.

— Он же теперь как банный лист привяжется! — Яна закатила глаза, изображая досаду и возмущение.

— Главное, не раздеваться. Чтобы он к голой заднице не прилип.