Гоните ваши денежки - Наталья Александрова

— Вообще-то их два, — уточнил Маркиз. — Один впереди, другой сзади, для тех, кто сидит на заднем сиденье. Но, во-первых, это очень дорогая машина…

— Но ты же всегда говоришь, что мы хорошо зарабатываем!

— Но как раз сейчас у нас проблемы с выполнением заказа, и пока мы несем сплошные убытки. Но главное — это даже не цена. Эта машина слишком заметна, а при нашей профессии нужно держаться в тени, по возможности не выделяясь из толпы. Как говорил один мой знакомый, нам не нужна скандальная известность.

— Фу, как скучно! — пробормотала Лола, зажмурившись.

За таким увлекательным разговором они и подъехали к воротам клиники.

Остановившись в поле зрения видеокамеры, Леня посигналил.

Видимо, «Бентли» произвел впечатление на охрану клиники, и ворота открылись.

Леня въехал внутрь и оказался на асфальтовой площадке перед шлагбаумом. Впереди, за оградой из густой металлической сетки, виднелся двухэтажный бело-желтый особняк. Около шлагбаума стоял плечистый мужчина в черной униформе, отдаленно напоминающей форму американской полиции.

— Вам назначено? — осведомился он, подойдя к «Бентли» и заглянув в салон.

То, что он там увидел, должно было ему понравиться.

За рулем сидел мужчина тридцати пяти — сорока лет в отлично сшитом сером итальянском костюме, с приятной, но незапоминающейся наружностью. Руки его покоились на кожаном руле, на левом запястье красовался золотой швейцарский хронометр. Рядом с водителем восседала элегантная дама в умопомрачительном костюме жемчужно-серого шелка. Несомненно, этот костюм вышел из мастерской одного из лучших итальянских модельеров. На руках у дамы сидела собачка древней мексиканской породы чихуахуа в чудесном серебряном ошейнике со стразами и скромной курточке из искусственной крокодиловой кожи (натуральную кожу, как и натуральный мех, Пу И не носил из этических соображений).

— Мы хотели бы поговорить с вашей администрацией по поводу госпитализации нашей… гм… родственницы, — заявил Маркиз, строго взглянув на охранника.

— Вас немедленно примут, — ответил тот с легким, но не чрезмерным подобострастием.

Должно быть, он оценил и машину, и часы на Лениной руке, и покрой Лолиного костюма.

Посетители вышли из машины, и охранник проводил их к крыльцу клиники, где передал с рук на руки своему коллеге. Тот, с тем же подобострастием на лице, все же двумя едва заметными движениями проверил, нет ли у Лени оружия, затем пропустил обоих посетителей через контур металлоискателя (гораздо более чувствительный, чем в международном аэропорту) и только тогда пропустил в холл, где их уже дожидалась девушка в белоснежной униформе медсестры.

Она приветствовала посетителей и провела их по выстеленному зеленым ковром коридору к кабинету с медной табличкой:

«Главный врач В. В. Черепов».

— Какая неприятная фамилия! — шепнула Лола своему спутнику.

Медсестра открыла дверь, и Лола с Маркизом оказались в просторном светлом кабинете. За массивным письменным столом восседал крупный мужчина с густыми темными бровями и спадающей на плечи гривой серебристых волос. Одет он был в тщательно накрахмаленный белоснежный халат.

Приподнявшись из-за стола, хозяин кабинета вежливо улыбнулся вошедшим. В этой улыбке не было подобострастия, это была сдержанная улыбка знающего себе цену человека.

— Здравствуйте! — проговорил он глубоким бархатным голосом. — Меня зовут Вацлав Владиславович, я — главный врач этой клиники. Присаживайтесь, господа…

Леня и его спутница опустились в два кожаных кресла, стоящих перед столом главного врача. Кресла были довольно низкими, так что теперь господин Черепов смотрел на них несколько свысока.

— Чем я обязан вашему визиту? — осведомился он, выдержав приличную паузу.

— Меня зовут Леонид… Леонид Маркони, — представился Леня. — А это моя супруга Лика. Мы хотели бы поговорить по поводу моей тещи, Ликиной мамы…

— А что с ней? — осведомился врач.

Лола достала из серебристой сумочки от Гуччи кружевной платочек, поднесла его к сухим глазам и произнесла трагическим тоном жертвы внеочередной налоговой проверки:

— Моя мама… она последнее время стала совершенно неуправляемой! Понимаете, у нее много свободного времени. Раньше она проводила это время как все приличные женщины — посещала косметолога, массажиста, салон красоты. Но с недавних пор у нее появились очень странные знакомые…

Лола замолчала, и главный врач решил прийти ей на помощь:

— Сектанты?

— Если бы! — Лола выразительно подняла брови. — Сектанты — это полбеды. Во всяком случае, это встречается в кругу наших знакомых. Например, мама банкира Задуваева — ну, вы его наверняка знаете, это владелец «Минус-банка», — так вот, его мама посещает церковь Свидетелей Второго Пришествия. Ну, конечно, она делает в их кассу большие пожертвования и круглые сутки распевает какие-то странные гимны, но это еще полбеды. Или Амалия Кукшина, теща хозяина сети магазинов «С приветом», увлеклась уфологией. Ну, эти вообще безобидные, наблюдают за летающими тарелками и обмениваются фотографиями зеленых человечков. Но моя мама… — Лола снова поднесла к глазам платочек. — Она… мне даже стыдно это говорить! — Она связалась с «зелеными»!

— То есть с экологами? — уточнил главный врач. — А что же в этом такого ужасного?

— Как?! — воскликнула Лола. — Неужели вы не понимаете?! Во-первых, они все как один ужасно одеты, плохо причесаны и никогда не посещают стоматолога. То есть водить с ними знакомство совершенно неприлично для обеспеченной дамы. Во-вторых, они то и дело против чего-то протестуют, что-то отстаивают — какие-то скверы, парки, сады. Недавно устроили форменный митинг в защиту серых китов! Ну, сами посудите — это не лезет ни в какие ворота! Из-за них маму один раз отправили в отделение полиции! Вы представляете, что было бы, если бы об этом узнали деловые знакомые Леонида или, еще хуже, мои подруги? Наша репутация была бы погублена!

— Да, действительно, это очень неприятно! — согласился врач.

— Мало того — мама все время дает какие-то интервью!

— Пока теща перечисляла этим бледно-зеленым деньги, я не возражал, — вступил в разговор Леонид. — В конце концов, близкая родня, а я человек не бедный, и два-три миллиона в месяц не нанесут урона моему бюджету. Но эти интервью, эти пикеты, в которых она участвует, могут причинить серьезный урон моей деловой репутации. Короче, доктор, на вас все наши надежды. Мы слышали, что вы помогаете обеспеченным людям в сходной ситуации…

— Разумеется, мы вам поможем! — воскликнул главный врач. — Это наш святой долг! Мы для того и существуем, чтобы помогать людям в трудных житейских ситуациях…

— Обеспеченным людям, — добавил Маркиз.

— Разумеется, — главный врач доверительно понизил голос. — Конечно, наши услуги стоят недешево, потому что мы предоставляем своим пациентам самый лучший уход. Их кормят деликатесами, которые готовит прекрасный шеф-повар, палаты только одноместные, и оборудованы они не хуже, чем номера в лучших отелях, я уж не говорю о нашем прекрасном медицинском обслуживании…