Убийство в снежном городе - Юлия Евдокимова

– Я сначала в больнице работала, как такового гинекологического отделения у нас нет, но ставка положена. Ну, а год назад ушла вот сюда… по семейным обстоятельствам. – Поделилась врач.

Она была очень приятной женщиной, высокой, что называется статной, в отличие от худенькой Сони, все достоинства были при ней.

– Ну, очень интересная женщина, – с легкой завистью подумала Соня.

– И что, вы здесь одна? Я очень удивлена, что всего две женщины сидели в конце приема. Тут весь город сидеть должен.

– Так прием закончился, на сегодня записи больше нет. Когда медосмотры начинаются, особенно если школьников или студенток колледжа присылают, тут толпа, и пообедать некогда. А сейчас февраль, людям на улицу лень выйти, но это затишье обманчиво.

– А карты у вас оцифрованы? Или все вручную?

– Ну, что вы, мы, конечно, не в Италиях, – обиженно ответила женщина, – но все в компьютере, сейчас и фельдшеры в деревнях уже все на компьютерах пишут.

– Чем плоха компьютеризация – если кому-то надо, данные могут украсть.

– У нас такого никогда не было.

– Уверены? Иногда это незаметно случается.

– Может это у вас так бывает, а у нас тут хакеров не водится. Да и в любом случае меня бы взламывать не стали.

– Почему?

– У меня муж в полиции, майор. Это все знают, и никто не стал бы связываться. Городок маленький, кто ж будет рисковать. Да и зачем!

– Погодите… а я, наверное, слышала про вашего мужа. Он когда в колледже учился, был в краеведческом кружке, правда?

– Ну, надо же, только приехали, и уже про все знаете. Когда это было! Много лет назад. Руководительницу их жалко, мне она ничего плохого не сделала, а многие позлорадствовали, настигла, мол, карма Онисью Федосеевну.

– Ваш муж и детей и вас заразил интересом к истории? У вас же есть дети? Вот этого я как раз не знаю, – засмеялась Соня.

– Да вроде никогда на эти темы не разговаривали. Я знаю только, что музей первый благодаря им открыли, а больше и не вникала. А дочкам вообще история не интересна, все в телефонах сидят. А почему вы вдруг заинтересовались?

– Да просто так.

– А просто так – давайте-ка раздевайтесь. Раз уж пришли, я должна вас осмотреть, заодно и узнаете, как работают коллеги в маленьких городах. Раздевайтесь-раздевайтесь, я вас без осмотра не отпущу!

***

Программист из отдела информатики (именуемого отделом борьбы с компьютерными преступлениями, хотя таковых в Городенце не имелось) не обманул, буквально через день список из ста фамилий лежал на столе начальства. Правда с группой крови было сложнее, не по всем лицам из «ручного» списка она была известна, поэтому списка оказалось два. В первом, без учета группы крови, было сто фамилий, во втором всего тридцать.

С них и решили начать более тщательную проверку, не исключая и оказавшегося в списке майора Анатолия Панкова из городского управления полиции.

Начали с последнего убийства. С соседками Онисьи Федоровны поговорили еще раз, уже предметно спрашивая, знакомы ли они с мужчинами из списка, не видели ли кого-то из них в тот день. Все отрицательно мотали головой. Но женщина из дома на другой улице, со стороны заднего двора Онисьи, вдруг вспомнила:

– Видела Толика Панкова, я из магазина шла, а он за угол заворачивал. Но сказать, что точно от Онисьи, не могу, не видела.

– А почему раньше не говорили?

– Так вы про чужих спрашивали и подозрительных, а он из полиции.

Панкова пригласили на допрос. Он долго возмущался, что работника полиции могли заподозрить в совершении преступления:

– Соседка все перепутала, я заходил к Онисье за день до ее убийства, помог сумку из магазина донести, мы ж давно знакомы.

С соседкой поговорили еще раз. Женщина смутилась:

– Да не могла я ошибиться, если б не убийство, то и спутала бы, а тут такое событие. Хотя… – задумалась она, – Вот теперь уже боюсь утверждать. Память уже не та, вдруг в другой день и правда было, а я человека оговорила.

На момент убийства трех девушек Панков алиби предоставить не смог.

– Дома я был… где ж еще… а потом я первым приезжал на место преступления, вы забыли? Меня вызывали, и я прямо из дома ехал, даже если не дежурил. Ну, вы даете, как вы могли меня подозревать? А по поводу той девушки, что под машину попала, я же тоже сразу приехал… А до этого… ну, только между нами… у знакомой я был… она точно подтвердит.

Знакомая подтвердила.

Не прекращая проверки людей по списку, подняли всю информацию по майору. Вспомнили, что год назад он чуть не вылетел из органов из-за драки, которую устроил в городской больнице, орал, обвинялзаведующего отделением, что тот изнасиловал его жену. Драка была нешуточной, еле разняли. Жене пришлось уволиться, Панков запретил ей работать в больнице. Он поверил врачу, уверившему обманутого мужа, что все было по взаимному согласию.

Больше никаких проступков за майором не числилось, в жестокости обвинить его никто не мог. Все наоборот: не слишком привлекательный внешне Панков обладал каким-то особенным мужским обаянием, многие сотрудницы отдела вздыхали по харизматичному офицеру. Не удивительно, что после измены жены он и сам завел подругу, ходили сплетни, что не одну, но обид на него никто не держал.

В свои выходные и в отпуске Панков подрабатывал, возил туристов и местных то в Нижний, то во Владимир, даже в Москву несколько раз ездил.

– Анализ на ДНК берите, нет вопросов, – благодушно согласился майор. – Но не забывайте, что я первый приезжал на место преступления, там и следов, и частичек моих много должно быть, я и тела осматривал.

Панкова отпустили, даже извинились: – Сам понимаешь, никого пропустить не имеем права.

Тот покивал: – Да ладно, что уж, я все понимаю.

– Андрей Иванович… вы только не ругайтесь, – зашел в кабинет начальника один из следователей. – Помните, мы опрашивали врачей по поводу девушек?

– Конечно, и что?

– Мы когда с гинекологом говорили, то знали, что она одна из наших, поэтому особо не наседали с вопросами, а сейчас я задумался, вдруг это не совпадение, а таким образом он и узнавал про невинность девушек?

– Кто узнавал?

– Майор Панков. Гинеколог- его жена.

– Она же вроде в больнице работала.

– Так уже год, после того скандала с дракой, она ушла в поликлинику на прием. Коллеги Панкова говорят, что он тогда ходил чернее тучи, но потом вроде все наладилось, простил жену.

– После того, как весь город узнал, что он