Черные георгины - Ребекка Занетти

Лорел внимательно осмотрела верхние доски, которые, похоже, требовали замены.

– Я слышала, у Томми есть проблемы с поведением.

Джейсон вскинул бровь.

– Глупые слухи в маленьком городке. Верить им не стоит. – Он перевернул страницу и продолжил рисовать. – Быть сыном мэра тоже нелегко.

Хейли хлопнула его по руке.

– Не говори так. Мэр и его жена многое для нас сделали, присылали нам клиентов и практически приняли Дэйви, который просто прелесть.

– Приняли Дэйви? – спросила после паузы Лорел.

– Нет, – покачал головой Джейсон, не отрываясь от блокнота. – Мама Дэйви работает в службе домашней уборки в Сиэтле. Пыталась найти работу здесь, но безуспешно. Ей нелегко, но она, по-моему, добрая женщина. Дети проводят много времени друг с другом. Они учатся в старшей школе. Это нормально.

Хейли кивнула, а Лорел задумалась.

– Кто-нибудь из вас знает доктора Шарлин Рокс или доктора Шэрон Лэмбер?

Хейли замерла.

– Их обеих убили.

Лорел повернулась к ней:

– Откуда вы знаете?

– Я подписана на «Час убийства», программу в рамках потоковых новостей. Сегодня утром они много об этом говорили. Похоже, у нас снова появился серийный убийца. Я помню, что видела вас в новостях после убийств на Сноублад-Пик. Вы ищете еще одного серийного убийцу?

– Два убийства – еще не серия, – сказала Лорел. Очевидно, бывшая Гека накануне вечером выдала в эфир свою историю. Что он ей сказал? Как мог довериться ей после ее предательства? – Вы знали жертв? – Насколько близко Томми знал обеих?

– Я работал в офисе, но слышал часть подкаста. – Джейсон покачал головой. – С сестрой мэра я не встречался, но в прошлом году, после смерти Харви, мы отремонтировали офис доктора Рокс. Она наняла его, но разрешила нам завершить работу. Она ведь психиатр, если не ошибаюсь?

– Не ошибаетесь, – сказала Лорел. – Томми там тоже работал?

Джейсон вздохнул.

– И Томми, и Дэйви. Ребята помогали с расчисткой старого офиса. Мы работаем с несколькими подрядчиками, и им часто требуется помощь, а нам нужны деньги для бизнеса. Но в отношении Томми вы ошибаетесь. Он хороший парень.

– Это правда, – согласилась с ним Хейли. – Предупредительный, всегда вежливый. Если вы слышали о нем что-то плохое, это неправда.

В голове у Лорел уже выстраивались связи.

– А как насчет доктора Эбигейл Кейн? Вы делали для нее что-нибудь? – Она уже решила в ближайшее время поговорить со своей сводной сестрой.

– Никогда о ней не слышала, – сказала Хейли. – Еще одна жертва? Выходит, их не две, а уже три?

– Нет. Просто любопытно, – сказала Лорел, стряхивая снег с джинсов.

Дверь открылась, и мальчики протопали внутрь.

– Я сделал замеры снаружи, – сказал Томми, показывая блокнот. – Теперь мы сделаем замеры внутри, если вы не против. – Одна щека у него покраснела, как будто от меткого попадания снежком.

Дэйви вытер лицо, и с его куртки посыпался снег.

– А потом возьмемся за вас двоих. И безо всякой пощады.

Томми фыркнул и отошел в дальний угол.

– Да, безо всякой пощады.

* * *

Ближе к вечеру того же дня Лорел проехала по подъездной дорожке к дому Эбигейл; код для въезда она узнала месяц назад, так что звонить заранее не пришлось. Ветер наконец утих, небо расчистилось и поголубело, и солнечные лучи искрились на снежных насыпях. Подъездная дорожка и пешеходный переход были расчищены, поэтому она без труда подошла к входной двери и позвонила. Звонок гулким эхом разнесся по всему дому.

Дверь открылась.

– Лорел. – Эбигейл стояла на пороге в костюме для йоги и куртке на молнии. – Что ты здесь делаешь? – Ее рыжевато-каштановые волосы были собраны в пучок на макушке.

– У меня к тебе пара вопросов. – Лорел хотела застать сестру врасплох. – Надеюсь, не помешала.

– Насчет этого можешь не беспокоиться, – спокойно сказала Эбигейл. – Входи. – Она пошире открыла дверь, приглашая Лорел.

Лорел бросила взгляд на дальнюю стену с высокими окнами, открывающими вид на Сноублад-Пик, и сняла куртку и ботинки.

– Ты расчистила дорожку?

– Нет, этим занимается ассоциация домовладельцев. – Эбигейл повесила шерстяное пальто сестры. – А почему ты спрашиваешь?

– Просто интересно. – Позже нужно будет связаться с ассоциацией.

Эбигейл закатила глаза и прошла по белой плитке в сверкающую чистотой кухню.

– У нас здесь снегоуборочная машина «Филипс», и приятный мужчина по имени Брут раз в день убирает мою подъездную и прогулочную дорожки. Ему около шестидесяти, и он приносит мне домашнее вино, хочу я этого или нет. Компания, занимающаяся уборкой снега, принадлежит Бруту и трем его братьям, Джо, Джейку и Джону. Брут, по всей видимости, появился на свет вне плана, и его предприимчивая мать, отбросив всякую осторожность, решила не использовать букву «Джей» в имени сына. – Она открыла шкафчик и достала бутылку красного вина. – Теперь ты знаешь все, что тебе нужно знать о моей дорожке?

В общем-то, этого было достаточно.

– Скажи, пожалуйста, ты или твои соседи пользовались услугами «Гринфилд аркитекчер энд лэндскейпинг» или «Харви Брюэрстон» для расчистки подъездных и прогулочных дорожек?

– Ни разу за все годы, что я здесь живу, – ответила Эбигейл, открывая бутылку.

Вот и все, была идея – и нет.

– Мне не нужно вино.

– Вино никому не нужно. – Эбигейл достала два больших бокала и наполнила каждый более чем щедро. – Вино – это чисто желание. Это каберне «Леонетти», и оно стоит больше, чем ты зарабатываешь за неделю. Пожалуйста, хотя бы попробуй и насладись им.

Ароматное каберне волновало и манило. Лорел вздохнула и подтянула к высокой гранитной барной стойке серебристый табурет.

– Я здесь по делу, Эбигейл. – Тем не менее она приняла бокал и с удовольствием вдохнула густой, насыщенный запах. Эбигейл и в самом деле знала толк в вине и умела его ценить. Это и впрямь оказалось восхитительным. Лорел сделала глоток и ощутила что-то вроде взрыва вкуса на языке. Ее взгляд зацепился за дорогой серебряный чайник рядом с аптечной баночкой с чаем ее матери.

Эбигейл проследила за ее взглядом и кивнула.

– Я подписана. Тема городов в этом году – умная маркетинговая идея. Твоя?

– Нет. – Лорел сделала еще глоток.

– О… Ну что, вы нашли убийцу, который теперь преследует меня?

Лорел поставила бокал на стойку.

– Нет. Расскажи мне, в чем проявляется слежка, если не считать цветов на лужайке перед твоим домом.

Эбигейл вздохнула.

– По правде говоря, мне это трудно объяснить. Что, как ты понимаешь, мне в новинку. Я ведь могу объяснить почти все. – Она приложилась к бокалу. – Цветы – очевидный знак. Насчет других я не знаю. Иногда возникает ощущение, что за мной кто-то наблюдает, а иногда мне кажется, что что-то не так. Например, я подхожу после занятий