Нефть в обмен на девушку - Алексей Митрофанов

План, предложенный Барри, понравился Филатову своей простотой и надежностью. Ведь чем сложнее система, тем вероятнее сбой. Встреча должна была состояться в два часа практически в центре Бангкока – на реке Чао-Прая. Точное местоположение дома, где хранились ПЗРК, Барри называть не стал. И это даже обрадовало Филатова – зачем ему знать место дислокации секретного объекта ЦРУ? Да, сегодня они с Барри союзники, а завтра? Волку положено оберегать свое логово. Так что, излагая план действий, американец ограничился словами о небольшом баркасе, который будет подниматься вверх по течению реки.

– А где будем в это время мы? – спросил Филатов.

– В отеле «Ориентал», – Барри показал место на карте. – Он стоит на берегу, есть прямой выход к реке. Туда ты пригласишь Аббаса, и, если все будет нормально, мы спустимся на пирс и сядем в проходящий мимо небольшой баркас. Там будут мои люди.

– Дальше понятно: Аббас смотрит товар, после чего мы договариваемся о встрече с Тинни.

– Причем не только ты должен ее увидеть, но и она тебя, – уточнил Барри. – Пусть знает, что в любую секунду может начаться операция по освобождению. Иначе в критический момент она примет своих освободителей, то есть нас, за конкурирующую банду.

– Потом мы высаживаемся на берег, а катер уплывает в неизвестном направлении. Так?

– Точно! В Бангкоке столько каналов, что проследить, куда делся катер, без обширной агентурной сети нельзя. А у Аббаса такой сети здесь нет.

Они обсудили мелкие детали операции, и Филатов позвонил Аббасу. Тот сразу снял трубку, как будто сидел с телефоном в руках.

– Отель «Ориентал», – не представляясь, сказал Филатов, едва услышав ненавистный голос, – сегодня в два часа.

– Хорошо, я буду, – ответил Аббас. Барри тут же позвонил какому-то Чуану и распорядился отгрузить два мешка риса.

– Аббас может прослушивать телефоны? – удивился Филатов.

– Здесь, в Таиланде? Вряд ли. Пойдем пообедаем? А то у меня, честно говоря, с шести утра одна работа и никаких удовольствий.

«У него какие-то проблемы, – подумал Филатов, – возможно, связанные с ПЗРК. Ведь, если они вдруг попадут к Аббасу, Барри конец. Причем конец полный и окончательный…»

Ресторан, куда предложил сходить Барри, находился на самом верхнем этаже – стеклянная стена от пола до потолка.

– Местечко не для слабонервных, – заметил Филатов, осторожно заглядывая в обрывающуюся у самых ног пропасть.

– Ты про это? – Барри легонько стукнул кулаком по стеклу, и оно загудело. – А мы в Америке привыкли к высоте, хотя стараемся жить на земле…

За обедом обсуждали вторую часть операции – освобождение Тинни. И снова Филатову показалось, что Барри чего-то не договаривает. Сразу вспомнился разговор в аэропорту, и Филатов окончательно решил сходить на встречу – вдруг неизвестный что-то ему разъяснит? Тем временем принесли двух огромных омаров с бодро торчащими усами и страшными клешнями. Барри велел официанту привести блюдо в удобоваримый вид, а Филатов, вооружившись щипцами, взялся за разделку сам.

– Самое главное – не спугнуть Аббаса в момент твоей встречи с Тинни, – сказал Барри, наблюдая за манипуляциями умелого тайца. – Он должен быть уверен, что за тобой никто не стоит и ты заинтересован в обмене. Иначе может сорваться вся операция.

– Этого допустить нельзя. Если что-то пойдет не так, Аббас в лучшем случае опять спрячет Тинни. Кстати, я в прошлый раз давал тебе фотографию…

– Как же я мог забыть! – Барри вытащил из кармана конверт и передал Филатову. – Возвращаю в целости и сохранности.

– Удалось что-нибудь выяснить? – оживился Филатов.

– Эксперты распотрошили изображение до молекул, но определили только одно – снято, скорей всего, в Египте.

– Как я и говорил! Любите вы, американцы, валить все беды на Сирию…

– Это ты верно подметил. Так вот, им удалось разобрать название детской книжки, которую читает на фотографии твоя дочь. Оказалось, сказка на арабском языке, издана в Каире в прошлом году. Это первое. Второе – сама фотография. По бумаге и особенностям печати они установили, что сделали ее на территории Египта.

– Признаки косвенные, но убедительные, – Филатов достал из конверта фотографию и долго смотрел на нее. – Только нам от них легче не стало…

Закончив обед, спустились вниз и вышли на многолюдную, шумную улицу. Только сейчас, когда утренняя прохлада уступила место полуденной жаре, Филатов осознал, что он в тропиках. Воздух был горячим и влажным как в бане, а солнце, хоть и скрытое облаками, припекало вовсю. Мелькнула мысль – надо бы пойти пиджак снять, но Барри уже остановил такси.

«Ориентал» сразу понравился Филатову – это было помпезное здание колониальной архитектуры, похожее на престарелого английского лорда. Судя по табличке при входе, отель принимал гостей уже 125 лет. Внутри все было выдержано в том же стиле – персонал в форме строгого покроя, тяжелая мебель, массивные колонны. В дальнем углу, там, где за окном виднелась река, был устроен бар. И в баре Филатов увидел Аббаса. Но что это?! Рядом с ним – Филатов вздрогнул от неожиданности – сидел Кеган! Тот самый Рудольф Кеган, старый приятель, следы которого затерялись много лет назад где-то в Южной Америке!

Барри заметил реакцию Филатова и вполголоса спросил:

– Что-то не так?

– Аббас уже здесь, – так же тихо ответил Филатов. – Он не один.

– Вижу. Знаешь второго?

– Да. Но, что он здесь делает, понять не могу.