Стоя в тени - Шеннон Маккена

— К счастью для Куртца, его жертва не была богата. У ее матери, бедной библиотекарши, вышедшей на пенсию, не оказалось денег на адвоката. И дело замяли. Куртцу пришлось вернуться в Европу, где он восстанавливал здоровье на швейцарском курорте. Не отворачивайся, смотри мне в глаза, Эрин! — Он сжал ей пальцами подбородок.

Ей хотелось закричать, что он не вправе так обращаться с ней, но язык у нее прилип к небу. Онемев под его сверлящим взглядом, Эрин затаила дыхание. Коннор продолжал:

— Как известно, стоит лишь собаке разок до крови тяпнуть овцу за ногу, как она войдет во вкус и станет повторять это вновь и вновь. Ты слышала об этом?

— Нет, — прошептала Эрин, недоумевая, к чему он клонит.

— Откуда же тебе, горожанке, знать такие вещи! Но собаке это простительно, она ведь хищник по своей природе. Новаку же в ту ночь случайного убийства стало ясно, что это доставляет ему огромное наслаждение. И с тех пор он пристрастился к соитиям со смертельным исходом для своих доверчивых партнерш, словно наркоман, привыкший нюхать кокаин. Либо богач, коллекционирующий бесценные образцы кельтской культуры…

— Нет, это невозможно! — севшим голосом сказала Эрин. — Мюллер — известный меценат, он пожертвовал кучу денег на научно-исследовательскую работу…

— Ну как же ты не понимаешь, что я нервничаю не случайно! — выйдя из себя, вскричал Коннор. — Никто не хочет прислушаться к моим доводам, я бьюсь как рыба об лед, пытаясь убедить всех, что чую Новака за милю! За тобой охотится сексуальный маньяк, он почти заманил тебя в свои сети, а ты не желаешь в это поверить! Будь же наконец благоразумна!

В ответ Эрин истерически хихикнула и выпалила:

— Но почему именно я должна стать его главной жертвой? Разве мало в мире других красоток? Мама всегда говорила, что Бог наградил красотой Сидни, а мне даровал в утешение мудрость. Ей и в голову не приходило, что от этих ее слов Сидни будет чувствовать себя полной тупицей, а я — уродиной. Она говорила это из благих побуждений, без задней мысли.

— Ты действительно считаешь себя дурнушкой? — с удивлением спросил Коннор. — Клянусь, ты самая красивая девушка на свете!

Густо покраснев, Эрин воскликнула:

— Не смеши меня!

— Я говорю это вполне серьезно! — Коннор перенес тяжесть тела на колено, находящееся между ее полусогнутых ног, и юбка Эрин задралась до пупка. — Пожалуйста, Эрин, доверься мне и позволь закончить свою работу. В борьбе с силами зла у меня большой опыт! — искренне воскликнул Коннор. — Я профессионал!

От этих слов ее сердце наполнилось нежностью, ей захотелось обнять его и сказать: «Да, милый! Ты побывал во многих переделках, и я тебе верю. Огради же меня от этого жестокого мира! Всели в меня спокойствие и уверенность горячим поцелуем! Освободи меня своей любовью от страха и сомнений!»

Но в последний момент, собрав крохи здравомыслия, она заявила:

— Мне было бы легче обдумать твое предложение, если бы ты перестал давить на меня и мять мою одежду.

Коннор нахмурился и резко вскочил с кровати. Эрин скинула туфли и села, поджав под себя ноги. Коннор стал расхаживать по номеру, давая ей возможность заговорить первой. Она в очередной раз отдала должное его терпению. Ведь сколько времени он как тень следует за ней повсюду, не выпускает ее из виду, оберегает и охраняет, как самого дорогого человека на свете. Охваченная порывом благодарности, она воскликнула:

— Хорошо, будь по-твоему! Продолжай заботиться о моей безопасности. Я благодарна тебе за это.

Коннор с недоверием взглянул на нее и пробормотал:

— Всегда к твоим услугам.