Три желания женщины-мечты - Дарья Донцова

— Так я тебе и поверил! — фыркнул грузчик. — Не, это сверх оплачивается!

— Пожалуйста, не спорьте, — дрожащим голосом попросила его Элла, — в доме горе, не надо скандалить. Олег, объясни ему.

— Сама ерундой занимайся, — отказался муж, — мне завтра рано вставать на съемку.

Элла растерянно посмотрела в спину уходящего супруга, но ничего не сказала.

— Точно знаю размер коридора, — завел Виктор, — в нем семнадцать моих шагов, сто раз их считал.

— Делать больше нечего? — пожал плечами Владимир. — Хорошо живешь, раз ерундой маешься. Дай-ка сам проверю. Куда идти?

— Налево, — подсказала Алла.

Арефьев двинулся в сторону кухни, грузчик семенил рядом.

— Эй ты, гномик? — рассмеялась Аллочка. — Шагаешь, словно ножки у тебя с мизинец размером.

— Пятьдесят восемь, — заявил Володя.

— Шестнадцать, — выдал свой результат Виктор, делавший размашистые шаги.

— Давай еще раз посчитаем, — предложил грузчик.

— Всенепременно, — кивнул Арефьев.

И на сей раз у замерщиков получился результат: шестьдесят два и четырнадцать.

— Надо в третий разок сгонять, — ажитировался Владимир.

— Лучше сантиметром воспользоваться, — подсказала Алла. — Элла, где он?

— На кухне в ящике с фольгой и пергаментом лежит, — прошептала невестка.

— Принесите наконец чаю! — закричала со второго этажа Елизавета Гавриловна. — С коврижкой! Устала ждать!

— Ой, ой, — испугалась Эллочка, — забыла про бабушку…

— Сейчас она тебе голову откусит, — радостно сказала Алла. — Раз на кухню собралась, захвати заодно сантиметр оттуда.

Жена Олега быстро притащила требуемое. Владимир и Виталий принялись измерять коридор, Алла шагала рядом, командуя:

— Аккуратно, не кривите ленту.

И тут снова раздался звонок в дверь.

— Откройте, пожалуйста! — крикнула из столовой Элла.

— Нам некогда, — возмутилась Аллочка, — мы делом заняты. Эй, Владимир, зачем широкую дугу закладываешь? Здесь под углом девяносто градусов поворот!

Я открыла дверь и увидела девушку лет восемнадцати.

— Иванова Анна Ивановна тут живет? — перекатывая языком жвачку во рту, осведомилась она.

— Сейчас уточню, — пообещала я и обернулась. — Алла, спрашивают Иванову Анну Ивановну.

— Ошибочка, — ответила та, — у нас таких нет.

— Точно по указанному адресу приехала, — возразила гостья, — доставка билета в Москву.

— Наверное, ей в пансион надо, — сообразила я.

— Не-а, там сейчас два мужика, — уточнила Алла. — Владимир, не жульничай!

— Тридцать восемь метров, — подвел итог грузчик.

— Ни фига, четырнадцать, — возразила Аллочка.

— Это почему? — возмутился грузчик.

— По кочану! Ты ленту перевернул.

— Где?

— Здесь!

— Чай принесут в конце концов? — вновь закричала издалека Елизавета Гавриловна.

— Уже лечу, — пообещала Элла, — коврижечку резала.

— Я не просила ее кромсать, — разозлилась старуха.

— Сорок метров, — раздалось из кухни.

— Двенадцать, — тут же возразил Виктор.

— Где Анна Ивановна? — заныла курьер. — Она билет в Москву заказала.

У меня закружилась голова.

— Девушка, вы ошиблись.

— Вот, гляньте, здесь название улицы и номер дома написаны, — засуетилась доставщица, — явилась точно по адресу.

Я взяла листок.

— Вроде верно.

— Супер! — обрадовалась курьер. — Держите. С вас триста рублей за доставку.

— Не собираюсь пока в столицу, — вздохнула я. — И, кстати, уже имею обратный билет.

— Сорок два метра! — донеслось из кухни.

— Одиннадцать!

— Отказываетесь? — напряглась девица. — Это не моя забота. Велели привезти, я выполнила свою работу честно. Оплачивайте!

— Элла! Почему в чае сахар? — загремела старуха.

— Ой! Ой! Перепутала! Принесла кружечку Олега, — закричала невестка, сбегая вниз по лестнице.

— Где твоя голова? — заорала ей вслед Елизавета Гавриловна.

— Сорок шесть метров, — провозгласил доставщик.

— Пятьдесят.

— О! О! Отлично! — обрадовался Владимир. — Полтинник это хорошо, согласен.

— Нет, нет, я оговорился, пятнадцать, — зачастил Виктор.

— Первое слово дороже второго, — уперся грузчик. — Значит, так, считаю… с вас шесть тысяч сто рублей.

— Как у тебя эта сумма получилась? — поразился Витя.

— На калькуляторе перемножил, — объяснил Владимир, — пятьдесят метров на тридцать рублей, выходит стока, скока сказал. Чаевых от вас фиг дождешься!

Арефьев откашлялся:

— В договоре сказано: оплата двадцать семь рублей двенадцать копеек за восемьдесят девять сантиметров пути.

— Округли для удобства, — не смутился посланец ресторана.

— Даже если вы правы, то, умножив пятьдесят метров на тридцать целковых, получим полторы тысячи, — рассердился муж Аллочки, — а у нас двадцать семь рубликов двенадцать копеечек.

— И не за метр, а за восемьдесят девять сантиметров, — подсказала жена.

— Вау! — заорал толстяк в комбинезоне. — Значит, вы мне больше заплатить должны.

— Почему? — растерялась Алла.

— Потому что восемьдесят девять сантиметров меньше, чем метр, — мрачно пояснил супруг.

— Если меньше, то зачем нам платить больше? — не сообразила Алла.

— Мммм, — простонал Витя, — как-нибудь потом объясню. Дорогая, может, тебе пойти принять душ?

— Нет, — отрезала Алла.

— Сейчас выясним, сколько раз восемьдесят девять сантиметров содержится в пятидесяти метрах, — пообещал доставщик. — Где мой калькулятор? О! Получается двести сорок три раза. Умножим на тридцать… имеем девять тысяч десять копеек. Последние я вам на бедность скину.

— Обманщик, — вскипел Арефьев, — всего-то… э… пятьсот сорок семь раз.

— Заметано! — закричал грузчик.

— Нет, нет, я не туда пальцем ткнул! — заорал Виктор. — Все, ты мне весь мозг вынес, уходи!

— Сам короб попрешь?

— Да!

— Покедова, жлобина.

— Стой!

Толстяк, успевший добежать до прихожей, притормозил.

— Чего еще?