Кресло на чердаке - Наталья Александрова

Чего? Вот в чем главный вопрос. «Где оно?» Что оно? Что этот тип искал?

Ладно, пока этот вопрос оставим. Искал, он, значит, искал неизвестно что, а тут приперся Багровский. Калитку этот тип не закрыл и дверь, наверное, тоже.

Ага, тут же сообразила Надежда, дверь изнутри туго закрывается, ее нужно сильнее прижать, а тип в твидовой куртке торопился, нервничал, вот и решил не заморачиваться. Тем более, он же не знал, что Надежда приедет. Он думал, в дом только Димыч наведывается раз в день.

В общем, Багровский вошел в дом, а этот, который в куртке, с перепугу ему по кумполу и стукнул. Да сразу насмерть. Ну а потом и Надежда явилась…

Он решил труп в доме не оставлять, чтобы полиция про это дело не узнала и не стала в этом доме крутиться, а перетащил его на соседний участок. И если бы новый хозяин заброшенного дома не захотел именно сейчас его сносить, то тело Багровского еще долго не нашли бы.

Значит, двое совершенно посторонних людей что-то искали в доме Александры Павловны. А дом-то оказался не простой, а с секретным ходом на чердак.

Тут Надежда заметила, как из тридцатой палаты вышел врач, и поспешила туда, чтобы узнать, как дела у Александры Павловны и когда ее выпишут.

Санитарка, протиравшая пол в коридоре, чуть не испепелила ее взглядом, пробормотав: «Ходют и ходют, только грязь разносят», но Надежда сделала каменное лицо и вошла в тридцатую палату.

Александра Павловна безмятежно дремала, сиделка снова что-то вязала. При появлении Надежды Николаевны она оживилась и, отложив вязание, проговорила:

– Ой, вы не посидите тут полчасика? Мне бы сходить поесть, да передохнуть немного…

– Да, конечно, посижу.

Сиделка накинула кофту и вышла.

Надежда опустилась на стул и задумалась. Значит, Эдуард Багровский и тот, второй мужчина не связаны между собой, они столкнулись в доме Александры Павловны случайно… И что это все означает?

Из размышлений ее вывел голос Александры Павловны:

– Надя, ты от меня ничего не скрываешь?

– Что? – Надежда вздрогнула от неожиданности. – Вы не спите?

Александра Павловна приподнялась на постели и пристально на нее посмотрела.

– Ты от меня точно ничего не скрываешь?

– О чем вы? – Надежда мысленно запаниковала. Ведь знала, что у Александры Павловны глаз-алмаз и надо быть начеку. Очевидно, она наблюдала за Надеждиным лицом, вот и сообразила кое-что.

– Рози здорова? Вы с ней ладите?

– Да все в порядке! – обрадованно замахала руками Надежда. – Замечательная у вас собака – ласковая, милая.

– У тебя какой-то озабоченный вид! Мне кажется, у вас что-то произошло.

– Ну, вчера произошел небольшой инцидент… – осторожно начала Надежда. – Ночью нас с Рози напугал странный шум – стук, грохот за стеной. Оказалось, что в дом залетела птица.

– Ну? – Александра Павловна оживилась и даже попыталась сесть на кровати, но поморщилась и оставила эти попытки.

Надежда поправила ей подушки и продолжила:

– Оказалось, что в стене гостиной есть потайная дверь. Мне пришлось ее открыть, чтобы выпустить птицу. То ли грач, то ли галка, я в темноте не разглядела, да и испугалась ужасно. В общем, я ее выпустила и, уж извините, зашла туда и поднялась на чердак. Там какая-то старая мебель…

– А-а, ну да, это от деда моего осталось…

– Семейные реликвии?

– Не то чтобы семейные… Я тебе разве не рассказывала про своего деда?

– Ну, вкратце. Вы говорили, что это был его дом, что он в нем многое сделал своими руками, но без подробностей.

– Ну да, ну да. Дело в том, что дед во время войны был водителем. Возил генерала Сердюкова. – Заметив недоумение в глазах Надежды, она пояснила: – Генерал Сердюков во время обороны Москвы командовал полком, потом дивизией, дошел до Берлина. Ну, и дед все время при нем был. Вроде как денщик, и вообще, незаменимый человек. Я же говорила, у деда были золотые руки. И, судя по всему, генерал его очень ценил. Они очень сдружились – сама понимаешь, вместе столько пройти, столько пережить. Ну, после войны дед демобилизовался, но связей с генералом не потерял. Он ему и в мирной жизни очень помогал – что нужно сделать, что привезти, что починить. Генерал из Германии много всего привез – и мебель, и вещи всякие, сама понимаешь – трофеи, а дед ведь до войны работал столяром-краснодеревщиком, так вот он многое отреставрировал. Довольно скоро генерал умер – ну, пожилой человек, раны, контузии… Так дед и вдове его помогал. Она долго одна жила, сын у них служил где-то далеко, в горячих точках бывал. Интересная была женщина, даже в старости. Знаешь, такая, со следами былой красоты. Я ее помню. В детстве дед как-то меня с собой к ней в гости брал. Так она мне альбом с фотографиями показывала – в молодости и правда красавица. Все смеялась, говорила, что муж ее только за красоту и держал.

Александра Павловна смотрела прямо перед собой, словно вглядывалась в прошлое.

– Дальше я смутно помню, – продолжила она. – Вроде бы сын у нее не то погиб, не то умер скоропостижно. В общем, дед ее сильно поддерживал, когда она болеть стала. А потом, когда она умерла, наследники решили все вещи на помойку вынести. Тогда ведь как рассуждали – все должно быть новое, современное, антиквариат не ценили. Ну, дед попросил отдать ему все, что не нужно, – они и отдали. Забирай, говорят, только сам вывози. Дед перевез мебель к себе и сложил на чердаке. Что-то успел отреставрировать, что-то не успел. Ну, вот эти вещи ты и видела. Вроде бы и ни к чему они мне, а выбрасывать не собираюсь, от деда память…

– Значит, это все из Германии? – У Надежды смутно замаячила какая-то мысль.

– Да. Если точнее – из какого-то замка в Саксонии, кажется, Нойештайн… Там размещался штаб той части, которой генерал Сердюков командовал.

– Нойештайн! – раздался голос из другого конца палаты.

Надежда удивленно повернулась.

Соседка Александры Павловны по палате смотрела на них с живейшим интересом.

– Инна Валерьевна, мы вас разбудили? – всполошилась Александра Павловна.

– Если днем спать, тогда ночью будет нечего делать. Извините, что вмешалась в ваш разговор, – проговорила она смущенно.

– Ничего, – ответила Надежда. – Судя по вашим словам, вы что-то об этом знаете?

Ответ ее очень интересовал. Ведь название замка Нойештайн ей уже встречалось не далее как вчера – именно в этом замке некогда находилось резное кресло, изображение которого Надежда видела в альбоме и которое минувшей ночью обнаружила на чердаке. Выходит, зря она ту книгу у старика не купила, поленилась тяжесть тащить…

– Дело в том, – ответила Инна Валерьевна, – что я работаю на историческом факультете университета, и сфера моих научных интересов – связи немецкой аристократии с нацистами. Так вот, замок Нойештайн в Южной Саксонии с шестнадцатого века принадлежал семейству баронов фон Штауфенберг. А после разгрома фашистов в этом замке какое-то время размещался штаб одной из советских дивизий. Я точно не знаю, но, наверное, именно той дивизии, которой командовал генерал Сердюков…