Альбом страсти Пикассо - Ольга Тарасевич

Почему-то сегодня люди не хотели сидеть за столом и есть мясо. Вот чудики!

Сначала я понял, что та девушка, которая за домом лежала, – с ней что-то не в порядке, она как-то тревожно пахла; и мне стало так страшно – страшнее, чем в ветлечебнице. Я и завыл. Но тогда Лика поняла меня быстро. А теперь я ей говорю: внимание, посмотри на меня! Смотри на меня, любимая моя глупая хозяйка! Если бы она на меня посмотрела – я бы ее в подвал привел. Ну то есть цокольный этаж они это называют… а по мне – так подвал, хороший такой, прохладненький. Там у Лики погреб есть. Смешной этот ее друг, Андрей. Зачем Лике погреб, она и огурцы закатывать не умеет. Очень жаль, кстати, потому что соленые огурцы – это что-то… я иногда их ворую украдкой; хозяйкина мама, бабушка наша, ей банки передает, а я потом тырю, очень вкусно… Так вот, вместо закаток у Лики в погребе пока находится только ерунда всякая по мелочи – лук, картошка, морковка. А сегодня там еще и человек оказался.

Крышка погреба была не закрыта. А почему? Андрей не захлопнул, он на днях лестницу оттуда вытащил. У меня же хозяйка – невысокая, а там лестница была с таким огромным расстоянием между ступенек, что Лика все время падала в том погребе. И пожаловалась Андрею… И Андрей лестницу вытащил, чтобы ступеньки переделать… Это, конечно, хорошо, что он так Лику любит и о ней заботится. Она прямо подобрела после знакомства с ним; действительно, он – классный мужик, как отрежет кусище мяса – у меня аж сердце замирает: неужели все мне?! И ведь мне!

Да, но крышку погреба он зря не закрыл. Сегодня в погреб какой-то парень упал. Выбраться не может. Нет, он живой, с ним все в порядке, пахнет, как обычный человек. Думаю, даже руки-ноги себе не переломал. Но надо же его оттуда вытащить! Как он сам выберется без лестницы? И вот я подхожу к Лике и ясно объясняю: «Уу-у-у, пойдем». Не понимает. Из цокольного этажа выть смысла нет – не услышат, я пробовал. А, ну ладно. Сейчас доем эти паскудные сухари и опять к Лике пойду. Может, поймет, что я не о еде ей толкую?..»

Расправившись с кормом, собака с шумом похлебала воды. И потом снова ткнулась в Ликины руки широким рыжим лбом.

– Уу-у… – заскулил Снапи, пытаясь поймать взгляд своей хозяйки.

Что же она такая непонятливая! Сидит на кухне как к стулу приклеенная и идти никуда не хочет.

О, вот Андрей появился! Может, хоть он будет посообразительнее?

– У-у-у, – снова простонала собака, пытаясь заглянуть Андрею в глаза.

Тот по-своему расценил издаваемые звуки, почесал пса за ушами, а потом подошел к хозяйке, обнял ее.

– Прямо не верится, что кто-то из наших гостей смог убить молоденькую девушку, – прошептала Лика и всхлипнула.

– Успокойся, пожалуйста. Теперь уже ничего не изменишь.

– Слушай, я сейчас валерьянку давала нашей соседке, Лене. Девушка вся прямо трясется от страха. На какой-то момент я сама перепугалась. Вдруг показалось, что это она – убийца.

– Лена-то? Да брось ты, она весит, как ты, килограммов сорок. И глаза у нее добрые. Просто, наверное, перепугалась. Нервы…

– Глупые такие мысли в голову лезут… Слушай, а вдруг это маньяк какой-то взял и прибежал на наш участок? И убил Таню.

– Лик, ты в это веришь? Девушку даже не ограбили, наверное. Хотя что с нее взять… Но все равно, я обратил внимание – часы у Тани неплохие, Rado, с бриллиантами. Однако их ведь не украли.

– А маньяки ничего и не воруют. Хотя могут и прихватить личные вещи жертвы, платочек там или еще что-нибудь. Слушай, а ведь это идея! Андрей, а гаражные ворота были задвинуты?

– Не до конца. Так больше машин на парковку помещалось.

– То есть теоретически незнакомый человек мог пройти на наш участок?

– Теоретически да. Но практически – маловероятно, у нас же поселок охраняемый; мы даже список гостей передавали, чтобы ни у кого проблем с проездом не было. Хотя системы видеонаблюдения нет. Не все владельцы участков могут себе позволить такое. А те, у кого денег куры не клюют – не при Валерии Палыче, конечно, сказано будет, – не хотят части неплательщиков на себя взять. Жлобство, конечно. Этот поселок вообще очень старый. И тут много домов, которые совсем простенькие, используются только летом как дачи. Конечно, такие люди не хотят платить за дорогую систему… Они и за охрану не платят, и забор тоже без их финансового участия ставили.

– Жаль, что камер нет. Это значит, что если к нам проникал маньяк – то его изображения не сохранилось.

– Лика, во-первых, ты, мне кажется, слишком стремишься применить свои писательские навыки к этой ситуации. Во-вторых – я взрослый сильный мужчина, но даже мне перелезть через наш забор было бы очень сложно. Он высокий, гладкий, без каких-либо дополнительных причинадлов такую высоту не возьмешь. Вдоль забора – дома, с окнами, разумеется. Так что твой маньяк незамеченным не останется. Сейчас же теплынь, все люди за городом сидят, кто на грядках копается, кто шашлык делает. С вечера у нас в поселке включается освещение, под покровом темноты не проберешься… Хотя, как я понял из слов врача, Таню убили скорее часов в пять-шесть вечера, еще светло совсем было.

– Тогда, получается, убийца – точно кто-то из числа приглашенных. Но кто? У тебя есть версии?

Андрей пожал плечами и вздохнул:

– Я только могу сказать, что Гарик тут ни при чем, я его хорошо знаю. Может, кто-то из сотрудников ресторана?

– Официанты и официантки, конечно, так и шастают со строительными ножами!

– Ну не знаю… Может, на участке он валялся; кто-то из строителей обронил? Хотя, конечно, такой яркий корпус по-любому бы в глаза бросился. Мы бы его еще раньше заметили, когда Даринкины игрушки перед приходом гостей собирали.

«Хватит им уже болтать, – решил Снап, резво вскакивая с пола. Он подошел к сидящим за барной стойкой хозяевам, прижался мордой к Ликиному платью. – Сейчас снова скулить буду. А если опять не поймут – уже прямо и не знаю, что делать. Хотя… Есть у меня одна идея! Может, мне их попугать?»

Он набрал в легкие побольше воздуха и выдал пронзительно-жалостливое:

– Вау-у-у! Вау-у-у!

Хозяева взволнованно переглянулись и вопросительно уставились на собаку.

Ну наконец-то! Дошло до них!

Вильнув хвостом, Снап устремился вперед…

* * *

– Константин Павлович, есть! Конечно, отпечатки не очень четкие. Но я уверен, что их можно снять без проблем.

– Отлично, – важно кивнул Костя Загуляев, в глубине души сожалея, что в этот самый момент его, одетого в форменный синий костюм следователя, не видят знакомые кореша из Улан-Удэ.

Конечно, после окончания универа в самой Москве зацепиться не удалось; не тот уровень связей. Но следственный отдел области – это тоже очень даже неплохой вариант.

А самое главное – тот самый «Загуляй-раздолбай» из далекой Бурятии здесь является самым молодым следователем. Однако как же почтительно криминалист обращается к молодому да раннему, все чин чинарем, по имени-отчеству. А почему? Да есть за что уважать! Это тамошним дружкам Загуляй-раздолбай, а вот в следственном отделе он, несмотря на несолидный возраст, уже на хорошем счету. Потому что работы не боится, потому что голова на плечах имеется. За примерами далеко ходить не надо, только в этом году успехи можно перечислять и перечислять – поймал психопата, пытавшегося насиловать дачниц; алкоголика-бомжа, устроившего поножовщину после совместного распития спиртных напитков, тоже на чистую воду вывел. Только вот с наркоманами беда. Заняться в местном городке молодежи нечем, так парни с девчонками ширяются, а потом своими противоправными действиями статистику портят…