Непорядок вещей - Рут Ренделл

Именно в этот момент человек по имени Карл Микс обнаружил, что кого-то из детей не хватает. Например, его сына.

— Где мой Скотт? — вскричал он.

— Где мой Гари? — поддержал его Джон Кинан.

Бренда Босворт спрыгнула с плеч носильщиков, огляделась, и, не обнаружив своих детей, возопила:

— Они там! Педофил забрал их!

Юные Босворты, Кинаны и Хебдены, а также Скотт Микс сидели в доме Краунов, и хотя входная дверь осталась незапертой, они предпочли остаться, грызть чипсы, найденные на кухне, и смотреть порнуху из коллекции Колина Крауна. Никто не знал, что они там, а сам Колин об этом забыл. Поэтому он тоже заорал, что Смит забрал детей, и тоже бросил кирпич. Этот попал прямо в переднее окно дома № 16. За ним на окна обрушился град из кирпичей, а когда они закончились, в ход пошли камни с клумб. Кто-то в толпе услышал крик в доме Смита. Кричала Сьюзан, но Линда Микс утверждала, что узнала голос своего сына Скотта. Толпа ринулась на штурм калитки, смяла ее вместе с хилой проволочной сеткой и навалилась на дверь тараном из человеческих тел.

Полиция прибыла в тот момент, когда дверь не выдержала натиска. Полицию вызвала Сьюзан после первого брошенного кирпича. Она бы позвонила и раньше, но ее жених заявил, что не допустит, чтобы кто-то из его семьи позвал фараонов. Что обо всем этом думал Смит, неизвестно. Он сидел молча в кресле с высокой спинкой и время от времени наливал себе еще чаю. С девяти утра до трех дня он выпил пятнадцать чашек.

Полицейские разогнали толпу, арестовали за нарушение общественного спокойствия и нанесение ущерба Джона Кинана, Бренду Босворт и Мирослава Златича. Также они вызвали плотника, чтобы он поставил на место дверь и заколотил досками разбитые окна. Сержант Джоэл Фитч долго обсуждал сложившуюся ситуацию с обитателями дома № 16, говорил об их будущем. Вернее, он говорил в присутствии Смита, а уж слушал его Смит или нет — это другой вопрос. Намерен ли он здесь оставаться или, может, планирует переехать, а если так, то куда? И не считает ли он, что в данном положении полицейский участок — для него лучшее, хотя, разумеется, временное убежище. А если так, то, очевидно, ему придется выехать из Кингсмаркэма, потому что в здешнем участке всего две камеры, где уже сидят Джон Кинан и Мирослав Златич. Бренду Босворт пришлось отпустить, иначе ее малыши останутся без присмотра.

Этих малышей, а с ними крошек Кинанов и Хебденов, несколько часов не могли найти. К моменту возвращения Дебби, Колина и Лиззи дети из дома куда-то подевались, а также пропало все съедобное в доме и пятьсот пачек сигарет, которые Колин купил в «дьюти-фри» во время поездки во Францию. Как потом выяснилось, дети отправились купаться на Кингсбрукскую плотину.

Когда все улеглось, Ширли Митчелл вышла во двор и собрала в пакет для мусора то, что оставила толпа у нее на газоне: пакеты от чипсов, обертки от шоколада и жестяные банки из-под кока-колы. И некому было выслушать ее сердитое брюзжание о бескультурии и равнодушии к окружающей среде.

Поздним вечером из дома № 16 по Оберон-роуд вышел мужчина с чемоданом. Жених Сьюзан Смит, — а это был он, — спешил на последний лондонский поезд. Он собирался пожить в Белхэме у приятеля. Когда «буря стихнет», сказал он Сьюзан, возможно, он вернется, но теперешняя ситуация для него невыносима.

Вексфорд узнал о случившемся из девятичасовых новостей. Основной видеоматериал предоставил анонимный любитель. Инспектор подумал, что в репортаже напрасно показали фотографию Томаса Смита, взятую из «галереи уголовников», на которой человек выглядит отпетым негодяем. Возможно, конечно, Смит таковым и является, подумал он со вздохом. Не хотелось бы с ним встречаться, но, видимо, вскоре придется.

Вид дома № 16, даже после того, как его более-менее привели в порядок, глубоко потряс Дору. Когда она только приехала в Кингсмаркэм, нельзя было даже представить себе подобное. Тихий, спокойный городок, законопослушные граждане.

— Не то чтобы все, — заметил Вексфорд.

— По крайней мере, Рег, не так, как сейчас, и ты это знаешь.

— Согласен. Но что делать с этим стариком, Смитом? Посадить навечно в тюрьму?

— Может, так будет лучше. Меня бросает в дрожь при одной мысли о нем.

— При мысли о нем всех нас бросает в дрожь, — ответил Вексфорд.

По кварталу Мюриэль Кэмпден поползли слухи. Знаете, сколько Ширли Митчелл получила за видео — пять тысяч фунтов; нет, десять тысяч; как же, не больше пятисот; да ничего ей не дали. И та пленка явно не ее, а профессионального оператора, который спрятался в квартире Кинанов. А Тони Митчелл, узнав о пленке, разбил камеру свояченицы, в результате они с Ширли развелись.

Смит похитил детей, а Колин Краун их освободил. Нет, похитили одних Босвортов, а освободил их Мирослав Златич. Смит покончил с собой. Нет, он только собирался, как говорила Сьюзан. А Бренде Босворт, словно ее и не арестовывали, все пророчили медаль «За храбрость».

Подобные сплетни росли, как снежный ком. Но в понедельник утром по кварталу пошла гулять более важная и серьезная новость. А именно, что накануне в половине десятого вечера из дома № 16 по Оберон-роуд вышел не жених Сьюзан, а сам Смит. Сосед Кинанов клялся, что уверен в этом, поскольку лично видел Гари Уиллса в окне его спальни в десять утра. Кто-то из старожилов квартала Мюриэль Кэмпден также подтвердил, что узнал Смита, так как его походку и манеру нести чемодан в левой руке он откуда угодно различил бы.

Никто не знал, куда он подался, и домыслы продолжали множиться.