Рэп для мента - Борис Седов

Роман медленно ехал на своем «Вольво» по Большому проспекту Петроградской стороны и поглядывал по сторонам. Спешить и впрямь было некуда — прекрасная солнечная погода не располагала к излишней активности, да и из запланированных на сегодня дел оставалось только одно — заехать минут на десять во дворец спорта «Юбилейный».

Романа давно уже приглашали выступить там с сольным концертом, однако он отказывался — смущала поганая акустика «Юбилейного», не зря прозванного в музыкальных кругах сараем. Однако как раз сегодня утром тамошний звуковик по прозвищу Лоцман позвонил Роману и заверил его, что приобретенный на днях комплект трехполосных акустических систем английской фирмы «Саундлайт» снял проблему. Лоцман врать не станет, но следовало убедиться во всем лично.

Запиликал примагниченный к приборной доске телефон.

Это была Лиза.

Торопливо поздоровавшись, она начала рассказывать о происходивших в Волгограде событиях. Слушая ее, Роман мрачнел с каждой минутой. Дело оказалось более серьезным, чем он предполагал. Тяжелая злость на уверенных в своей безнаказанности недоумков, посмевших позорить его имя, туманила мозг.

Вдруг Лиза оборвала разговор на полуслове, и из мобильника донесся ее крик. Все планы вихрем вылетели из головы Романа вместе с остатками благодушного настроения, и он резко вдавил в пол педаль тормоза.

Водитель громыхавшего сзади старенького «Форда» еле успел вывернуть руль, с трудом избежал столкновения и истошно загудел клаксоном.

Роман не обратил на это ни малейшего внимания и только сильнее прижал к уху трубку.

— Это вы попались! — слышал он голос Лизы. — Ну и что вы со мной теперь сделаете? Да вы за каждый мой волосок ответите! Вы что думаете — все вам вот так и сойдет с рук? Да ни за что! Крысы! Теперь будете отвечать перед Романом, да и не только перед ним!

Роман понял, что это говорится специально для него, и сжал зубы.

Лиза в беде! Ну почему, почему он согласился на эту ее безумную авантюру!

Роман зажмурился и замотал головой, однако быстро взял себя в руки.

Стоп! Время действовать, а не переживать.

Он быстро набрал знакомый номер.

— Миша, ты где, в «Пикселе»? Саня Боровик у тебя? Еду!

Роман нажал на газ, «Вольво» взвизгнул покрышками и сорвался с места.

Совещание у Арбуза было коротким.

Выслушав Романа, Арбуз с Боровиком переглянулись.

Арбуз пододвинул к себе телефон и встал, опершись руками о стеклянную столешницу.

— Думать тут нечего, — сказал он, — вылетаем на место, в Волгоград. Вы дуйте собираться, а я сейчас тут все организую. Через час встречаемся здесь.

— Спасибо, Мишка! — Роман пожал Арбузу руку и вышел, следом за ним сорвался с места и Боровик.

Арбуз взял трубку, помедлил с минуту.

— А ведь за этим волгоградским попугаем кто-то определенно стоит, — задумчиво произнес он, почесывая нос телефонной трубкой, — придется взять с собой бригаду посерьезней…

Хмыкнув, Арбуз покачал головой и нажал кнопку вызова.

Вывернув на Каменноостровский проспект, Роман поехал по нему в сторону Троицкого моста, с трудом подавляя в себе желание вдавить педаль газа до упора. И так времени в обрез, не хватало еще и на гаишников его терять.

До моста минут пять, потом по Дворцовой набережной еще столько же, потом налево по Вознесенскому, еще раз налево и к себе на Антоненко… Минут в пятнадцать можно уложиться. Дома минут пять, потом назад минут двадцать — нет, часа точно хватит, даже еще и с запасом.

Если, конечно, не случится ничего непредвиденного.

Случайно взгляд его упал на приборную доску. Черт, бензин на нуле, уже и лампочка зажглась! Как всегда, очень кстати. До Антоненко еще туда-сюда, а на обратный путь точно не хватит, придется заправиться. Хорошо, хоть бензоколонка под боком — аккурат при въезде на Троицкий мост, там, где поворот на Петропавловку, на Кронверкскую набережную.

Ага, вот и она, родимая, и очередь, слава богу, отсутствует. Вообще никого!

Почти не снижая скорости, Роман резко вывернул руль, скрипя тормозами, вписался в поворот, проскочил между поддерживающими навес бетонными столбами и плавно подкатил к ближайшей колонке, выкрашенной яркой яично-желтой краской.

Выскочив из машины, он срывающимися пальцами отковырнул крышку топливного лючка и быстро отвинтил пробку бензобака. Еще несколько секунд ушли на то, чтобы рвануть на себя шланг, воткнуть пистолет в горловину и нажать на скобу.

Ну, давай, давай!

Заправившись, Роман сунул пистолет в колонку, в два оборота закрутил крышку бензобака и побежал к сверкавшему чисто вымытыми стеклами желто-синему павильону — платить. Когда автоматические двери с тихим шипением открылись, он вспомнил, что не запер машину, приостановился было, оглянулся, однако махнул рукой и быстро прошел внутрь.

Все это видел смуглый низкорослый паренек в мешковатом джинсовом комбинезоне, присевший на корточки в кустах, обрамлявших бензоколонку. Кусты эти были его любимым наблюдательным пунктом — вся заправка как на ладони, очень удобно отслеживать такие вот случаи.

Паренька звали Гоша-маленький, и специализировался он на автомобильных кражах. Гоша-маленький окучивал бензоколонку у Петропавловки уже второй месяц и сегодня собирался сделать здесь последний заход — с охранниками проблем не было, он сразу с ними договорился и исправно отстегивал долю от своей добычи, но вот постоянные посетители уже могли заподозрить неладное.

Ничего, бензоколонок в Питере на его век хватит.

Гоша быстрой тенью скользнул к «Вольво» и присел на корточки перед водительской дверцей. Процедура оплаты в кассе занимает не меньше двадцати-тридцати секунд, этого времени для опытного человека вполне достаточно.

Гоша-маленький был человеком опытным.

Осторожно приоткрыв дверцу, Гоша лег грудью на кожаное сиденье, быстро осмотрелся и протянул руку к бардачку.

Движение это оказалось последним в его многогрешной жизни.

Сиденье вдруг подпрыгнуло и расплющило его о потолок. В то же мгновение из-под сиденья вырвался огненный гейзер, разорвал тщедушное тельце Гоши маленького на куски и выплюнул обугленные останки через разом лопнувшие стекла. Грохота взрыва Гоша-маленький уже не услышал.

Зато его услышал нетерпеливо переминавшийся около кассы Роман.

Взрыв был настолько силен, что кассовый павильон содрогнулся. Вперемешку со стеклами посыпались с витрин пластиковые канистры с маслом и еще какие-то мелкие автомобильные причиндалы, а массивные холодильники с пивом и прохладительными напитками закачались, захлопали стеклянными дверцами, и из них, прыгая по полу, словно мячики, посыпались бутылки и банки.