Знаки судьбы - Чжоу Хаохуэй

Уже через десять минут Ло Фэй, Инь Цзянь и Цзэн Жихуа неслись в полицейской машине к интернет-кафе «Безумный мир». За рулем сидел Инь Цзянь.

– Начальник Ло, я знаю, сейчас не самое лучшее время об этом говорить, но вам нужно кое-что знать, – сказал Цзэн Жихуа, глядя Ло Фэю в глаза. – Речь идет о смерти У Иньу.

– У вас есть зацепка? – с интересом спросил Ло Фэй.

– Зацепкой я это не назвал бы… – Цзэн Жихуа слегка замялся. – В силу, так сказать, общеизвестности.

Ло Фэй вздохнул: опять эти «вокруг да около»…

– Давайте прямо. Что случилось?

– Тот фальшивый полицейский, что разговаривал с У Иньу в больнице, на поверку оказался интернет-журналистом. А учитель У в результате того интервью покончил с собой.

– Откуда эта информация? Интервью что, уже в Сети?

– Оно стало вирусным! «Эвмениды убивают снова: кровавый конец посрамленного учителя». Ну как, звучит?

Спереди вполоборота повернулся Инь Цзянь:

– Что за бесстыжий урод мог такое написать? Это ж чистый самопиар, а не журналистика!

– Но и это еще не всё. – Цзэн Жихуа мрачно усмехнулся. – Он опубликовал аудиозапись того интервью; с полдесятка новостных сайтов уже расшарили его. Одно прослушивание «последнего послания», как его именуют, выкладывают все – вот, мол, почему У Иньу покончил с собой.

Ло Фэй покачал головой:

– Блогер зашел настолько далеко?

– А вот я вам немного проиграю. – Цзэн Жихуа достал MP3-плеер. – Послушайте.

Он включил внешний динамик.

Из устройства донесся тихий вкрадчивый баритон (голос был слегка замедлен):

– То есть, согласно вашему рассказу, убийца отпустил девушку, потому что вы согласились отрубить себе руку. Вы наконец-то обрели внутреннее мужество и поняли, что значит по-настоящему соответствовать обязанностям учителя. Я вас правильно понял?

– Ну… Э-э…

– Хорошо, я выражусь проще. Считаете ли вы себя героическим человеком? Ответственным учителем?

– Я… Наверное, раньше я таким не был. Но после того опыта полагаю, что… что я могу быть таким человеком.

– То есть вы считаете, что достойно повели себя в данной ситуации? А как насчет тех двоих молодых людей? Им ведь было всего по шестнадцать-семнадцать лет; даже не взрослые, а фактически школьники.

В ответ напряженный, задышливый всхлип. Прошло несколько секунд, прежде чем интервьюер заговорил снова:

– В отель «Ваньфэн» вы пришли потому, что убийца обещал вернуть вас на должность преподавателя?

– Да, – уныло ответил У Иньу.

– И после всего, что случилось, вы по-прежнему верите, что сможете учительствовать?

У Иньу не ответил.

– Лично мне кажется, что вы не годны даже ступить на порог этой школы. Так зачем же вы отправились в отель? Не потому ли, что преподавание для вас – не более чем ремесло? И вас больше заботит получение зарплаты, чем выполнение своего служебного долга?

– Я… Я не хочу на это отвечать, – сказал У Иньу дрожащим голосом.

– Это почему же? Неужто не находите в себе мужества? Задумывались ли вы о том, что если б не пошли в тот день в отель – или изначально вообще не избрали себе учительское поприще, – то ваши ученики остались бы живы? Не делает ли это вас, с учетом всего этого, ответственным за их смерть?

Слышно было, как всхлипывающий тоскливый шепот бедняги У Иньу переходит в безысходный плач.

– Мерзавец, – нахмурившись, процедил Ло Фэй. – Задавать такие вопросы старику, тем более перенесшему накануне тяжелейшую травму… Он же его намеренно провоцировал.

Цзэн Жихуа приостановил запись.

– Вы правы. Но, с репортерской с точки зрения, взвешенное интервью в дружественном тоне никогда не получило бы столько откликов. Возможно, он рассчитывал, что У Иньу выйдет из себя, сорвется и интервью от этого будет, так сказать, с перчиком…

– Гнусь какая! – Ло Фэй сплюнул, его лицо исказилось от гнева. – Что нам известно об этом писаке?

– Да толком ничего. – Цзэн Жихуа качнул головой. – Все эти интернет-журналисты пишут под псевдонимами. К тому же вы слышали, как он изменил свой голос в записи? Ведь не идиот: принял меры предосторожности, чтобы его нельзя было выследить…

– Пусть пока побудет у меня, – сказал Ло Фэй, забирая плеер у Цзэн Жихуа. – Не верю, что этот деятель так уж неуловим, как вы предполагаете.

Цзэн Жихуа развел руками:

– Ладно, предположим, что мы его выследили. Дальше что? К Эвменидам он нас не приблизит.

Инь Цзянь ударил кулаком по рулю.

– Он нарушил закон, черт подери! Ваш так называемый журналист выдавал себя за полицейского! Давайте сначала задержим его, а уж там решим, что с ним делать.

– Спокойно, Инь Цзянь. – Ло Фэй похлопал своего чрезмерно усердного коллегу по плечу. – Сейчас не время. Сосредоточимся на реальных целях.

Инь Цзянь, стиснув зубы, замолчал.

– Мы тут животы надрываем, гоняясь за Эвменидами, – строптиво заметил Цзэн Жихуа, – и вдруг какая-то хрень вроде этой… Злость разбирает такая, что впору пожелать каких-нибудь Эвменид им на голову.

Прозвучало, что и говорить, шокирующе. Но, как ни противно признавать, понять эти слова было можно. И даже в чем-то согласиться с ними.