Игольное ушко - Кен Фоллетт

Фабер отправился удить рыбу.

Он устроился на палубе длинной тридцатифутовой лодки, наслаждаясь лучами весеннего солнца и передвигаясь по каналу со скоростью примерно три узла в час. Одной рукой он лениво держал румпель, другой – удочку, заброшенную в воду с кормы.

За весь день Фабер не поймал ни одной рыбешки.

Кроме рыбной ловли, он еще наблюдал за птицами – из интереса (Фабер действительно интересовался птицами, это было его хобби) и в качестве предлога иметь при себе бинокль. Сегодня, например, он увидел гнездо зимородка.

Люди с лодочной станции в Норвиче с радостью сдали ему напрокат лодку сроком на две недели. Дела шли плохо, у них имелись две лодки, одна из которых не использовалась со времен бегства англичан из Дюнкерка. Фабер решил все же поторговаться насчет цены – просто так, ради формальности. В итоге он получил в придачу ящик консервов.

Фабер привез с собой из Лондона рыболовные снасти, в близлежащем магазине купил корм. Ему пожелали удачи, заметив, что погода для рыбалки отменная. Никто так и не удосужился взглянуть на его удостоверение.

Пока все шло хорошо, но предстоял более сложный этап, ибо определить, какими силами располагает Паттон и располагает ли он ими вообще, – действительно трудная задача. Прежде всего необходимо найти эту проклятую армию. В мирное время военные ставят свои указатели на дорогах, тогда, конечно, проще. Теперь же дорожные знаки убрали – не только армейские, вообще все.

Самым элементарным решением в данной ситуации было бы сесть в автомобиль и ехать за первой же попавшейся военной машиной – пока она где-нибудь не остановится. Однако у Фабера не было своего авто. Штатскому почти невозможно нанять машину, но даже если вдруг повезет, существовали огромные трудности с бензином. Кроме того, штатского, который гоняется по селам за военными машинами и высматривает армейские лагеря, непременно арестовали бы.

Оставалось только воспользоваться лодкой.

Несколько лет назад, еще до запрета на продажу географических карт, Фабер обнаружил, что водная сеть в Британии довольно широкая – на тысячи миль. В XIX веке к рекам добавилось много каналов. В некоторых районах водных путей почти столько же, сколько дорог. Одним из них был Норфолк.

Вариант с лодкой обладал целым рядом преимуществ. Человек на дороге так или иначе куда-то идет, на реке же он просто плавает. Если незнакомец спит в машине – это сразу кажется подозрительным. Тот, кто спит в лодке, не вызывает никаких подозрений, потому что это вполне естественно. Кроме того, водный путь, особенно канал, совершенно свободен для передвижения. Там не бывает никаких «пробок» или часа пик.

Однако были и недостатки… Аэродромы и казармы большей частью располагаются вблизи дорог, независимо от местонахождения водных путей. Приходилось вести разведку на местности ночью, оставляя лодку у берега, топать по холмам при тусклом свете луны, предельно уставать. Ночью он мог легко пропустить то, что искал, из-за темноты или недостатка времени.

Когда Фабер возвращался, пару часов спустя после рассвета, он обычно спал до полудня, затем опять плыл, иногда останавливаясь, чтобы взобраться на ближайший холм и оглядеться.

Иногда встречались шлюзы, одинокие фермы, прибрежные харчевни. Тогда он останавливался, разговаривал с людьми, надеясь обнаружить хоть малейшие признаки близкого скопления военных и техники. Пока это ему не удавалось.

Фабер уже начал сомневаться, не ошибся ли он в выборе района. Он пытался поставить себя на место генерала Паттона и думал: если я планирую высадиться во Франции восточнее Сены с базы в Восточной Англии, то где создам такую базу? Ответ был очевиден – Норфолк, одинокая сельская местность, много ровной земли, где самолетам удобно взлетать и садиться, близко к морю, переброска войск займет минимальное количество времени. К тому же в заливе Уош удобно сосредоточить флотилию. И все же это были его личные соображения, а они, возможно, ошибочны в силу любых неизвестных ему причин. Может, стоит поискать в другом районе, например в Фенсе?

Впереди был шлюз, Фабер приспустил парус и замедлил ход. Плавно проскользив, лодка уперлась в шлюзовые ворота. Сторож, видимо, находился на берегу. Фабер рупором приложил руки ко рту и изо всех сил крикнул:

– Эй, есть здесь кто-нибудь?

Ответа не последовало. Ему говорили, что сторожа – такой тип людей, которых бесполезно подгонять, они все равно не торопятся. К тому же сторож сейчас наверняка пьет чай, а это для него святое дело, пока не закончит – не тронется с места.

Какая-то женщина вышла на крыльцо домика и кивком головы дала понять, что приглашает его зайти. Он помахал ей в ответ, причалил к берегу, привязал лодку и вошел в дом. Сторож сидел за кухонным столом.

– Вы не спешите? – спросил он Фабера.

– Нисколько. – Тот улыбнулся.

– Мэвис, поставь гостю чашку чая, – обратился сторож к жене.

– Нет, нет, не надо. – Фабер вежливо отказался.

– Да будет вам, чай отличный, только что заварили.

– Спасибо. – Фабер сел к столу. Маленькая кухня выглядела уютно, чисто, чай подали в красивой фарфоровой чашке.

– Рыбачите? – спросил сторож.

– Не только рыбачу, но и наблюдаю за птицами. Правда, вскоре думаю причалить и провести пару дней на берегу.