Ливень - Сандра Браун

— А потом вы забирались на этот дуб? — с улыбкой спросила Элла.

— Сразу, как только сняли гипс. Иначе это был бы слишком сильный удар по моему самолюбию.

Элла снова повернулась к кровати и постелила чистую простыню.

— Мистер Рейнуотер…

— Да?

— Я должна извиниться перед вами за вчерашнюю сцену. — Она даже спиной ощутила взгляд Дэвида. — Ну за то, что я сбросила зубочистки на пол, и за все, что наговорила. Поверьте, я сказала это сгоряча. Даже не знаю, что на меня нашло…

— Вы в последние дни сильно нервничали. Я полагаю, переживали из-за того, что произошло на ферме у ваших друзей.

Элла закончила менять постельное белье. Она выпрямилась и повернулась к Рейнуотеру.

— Все верно. Но дело не только в этом. — Молодая женщина на мгновение опустила голову, но тут же вновь взглянула ему в глаза. — Моя вспышка во многом объяснялась завистью.

— Завистью?

— Да. Завистью к тем успехам, которых вам удалось добиться в занятиях с Солли. Ведь, что бы я ни наговорила вчера, это действительно большие успехи.

Чувствуя, как краска приливает к ее лицу, Элла вновь повернулась к кровати и взялась за подушку. Молодая женщина взбила ее и положила по центру изголовья.

— Не знаю, как далеко вам удастся продвинуться в занятиях, но даже нынешние результаты свидетельствуют о моей собственной несостоятельности.

Элла застелила кровать покрывалом, аккуратно отогнув его на две трети около подушки. Довольная наведенным порядком, она обернулась… и замерла. Дэвид Рейнуотер стоял прямо перед ней. На ногах у него не было ботинок — одни носки, поэтому Элла не слышала, как он встал со стула и подошел к кровати. И вот теперь они стояли почти вплотную друг к другу.

— У вас нет никаких причин для зависти. Если мне и удалось чего-то добиться от Солли, это только потому, что у меня достаточно свободного времени. Вы — другое дело. У вас так много забот по хозяйству! И все это ради того же Солли, — он сделал паузу и все-таки закончил свою мысль: — Вы жертвуете собой ради сына.

Элла могла бы возразить, что это вовсе не так, но не хотела развивать данную тему. Вдруг бы Рейнуотер заговорил о той стороне ее жизни, которой она, по его мнению, пожертвовала ради Солли? Слишком опасной была такая беседа — особенно с этим человеком… и уж тем более здесь и сейчас.

Немного помолчав, она вернулась к разговору о Солли:

— Вы уделяете моему сыну так много внимания. Это очень великодушно с вашей стороны.

— Дело не в великодушии. Я просто вижу ситуацию такой, какая она есть.

Элла отвела взгляд в сторону.

— Так вы принимаете мои извинения? — спросила она.

— Конечно, хотя в них вовсе не было необходимости.

— Спасибо.

Она уже собралась было поднять с пола грязные простыни, как вдруг Рейнуотер шокировал ее еще больше — взял за руку. Эллу это настолько испугало, что она невольно глянула на их руки… и тут же начала сравнивать — длину и форму пальцев, размер ладоней. Она вдруг ощутила, с какой силой рука Рейнуотера сжимает ее собственную. Элла подняла голову и посмотрела ему прямо в глаза.

— Это ужасно, что вы видели меня таким беспомощным, — тихо сказал Дэвид.

— Вам было больно.

— Держались вы очень спокойно.

— Увы, мое спокойствие было кажущимся.

— Протерли мне лицо…

— А чем я еще могла вам помочь?

— Не знаю, но мне действительно стало полегче.

— Я очень рада.

— Благодарю вас.

— Не стоит благодарности.

Так они стояли еще несколько минут — держась за руки и не сводя друг с друга глаз. Затем Элла выдернула свою ладонь и стала торопливо собирать грязное белье. Уже стоя в дверях, она сказала:

— Я скажу, чтобы Маргарет принесла вам обед в комнату.

— Не надо. Я спущусь в столовую.

— Мистер Рейнуотер, вам нужно отдыхать.

— Я спущусь вниз.

Так он и сделал.

На первый взгляд этот приступ прошел без серьезных последствий. Элла не знала, принимал ли Рейнуотер болеутоляющее (по ее предположениям, это был морфин) и делал ли уколы, однако его самочувствие улучшилось. Уже на следующий день Дэвид возобновил занятия с Солли, правда, предварительно обговорив это с Эллой.

— Я не хочу, чтобы вы снова разбрасывали наши учебные пособия.

Сказано это было с такой поддразнивающей улыбкой, что Элла ничуть не обиделась.

— Обещаю, что не стану швыряться зубочистками. Можете заниматься с Солли в любое удобное для вас время.

С тех пор эти занятия не прекращались ни на один день.

А еще Рейнуотер стал часто уходить из дома. Даже если он предупреждал Эллу заранее, то сообщал только то, когда вернется назад. Дэвид ни разу не упомянул о том, куда и зачем ходит. Впрочем, завтракал и обедал он по-прежнему в пансионе. Может быть, он ездил в Вако, где имелся кинотеатр, но зачем делать из этого тайну?

Иногда Рейнуотер уходил ненадолго, а иногда покидал пансион сразу после ланча, а возвращался уже затемно. Конечно, он мог распоряжаться своим временем, как ему было угодно, однако Эллу мучило любопытство, в котором она готова была признаться только самой себе.

— И что, по вашему мнению, происходит? — спросила у нее однажды Маргарет.

Обе они находились в это время в большой гостиной — передвигали мебель, чтобы как следует вымыть полы и плинтусы. Минутой раньше мимо них прошел Рейнуотер и сообщил только то, что постарается вернуться к обеду. Понаблюдав в окно за тем, как отъехала его машина, Маргарет и задала Элле свой вопрос.

— Что значит происходит? — переспросила хозяйка с напускным равнодушием.

— Я спрашиваю, что происходит с мистером Рейнуотером? Куда это он вдруг повадился?

— Не знаю, Маргарет. В конце концов, это его личное дело. Уж никак не мое и не твое, — попробовала улыбнуться Элла.

Служанка старательно терла мокрой тряпкой плинтус.

— Может быть, он завел себе в городе подружку?

— Может быть.

Маргарет, фыркнув, покачала головой:

— Ох уж эти мужчины!

Элла предпочла на это ничего не отвечать.

Через несколько дней, зайдя на почту, она увидела там Лолу Томпсон. Лола держала за руку сына, дочка цеплялась за ее юбку, и при этом подруга Эллы перебирала целую пачку писем, которые только что достала из своего ящика.

На приветствие Эллы Лола, как всегда, ответила широчайшей улыбкой.

— Я получила письмо от кузины. Она снова беременна. Представляешь? И к чему им в такое время еще один ребенок? — Изнывая от жары, Лола обмахивалась конвертами, как веером.