Невеста вечности - Татьяна Степанова

И Страшилин занялся уличными камерами, не откладывая дела в долгий ящик. Катя лишь дивилась – как быстро, оперативно и слаженно он все сумел организовать. Ведь обычно все мероприятия оперативно-технической проверки – это не так уж и скоро, это дорого, в этом всегда задействовано немало сотрудников.

Но у Страшилина, видимо, имелся дар пробивать для следствия нужные вопросы. По пути с Трубной в главк на Никитский он названивал по телефону на Петровку, 38, в техническое управление, в территориальные управления центра столицы.

Потребовалось всего два часа – и вот они из главка уже отправились к спецам в технический отдел обработки видеоинформации, потому что записи с камер Трубной площади и всего прилегающего к ней района, датируемые днем и вечером убийства в «Маяке», были уже изъяты и подключены к специальной поисковой программе.

Кате всего дважды приходилось посещать технический отдел обработки информации, и она всегда поражалась – как там все наворочено и укомплектовано.

Когда они со Страшилиным приехали, компьютер уже вовсю обрабатывал видеоряд в рамках заданного периода времени.

Катя смотрела на стену из мониторов – там все быстро мелькало. Хотелось закрыть глаза, но…

– Время 17.30 указанного числа. Камера подъезда дома на Трубной, – сообщил сотрудник отдела, – взгляните-ка на этот монитор.

На экране черно-белое изображение с уличной камеры. Катя увидела: вот дверь подъезда, того самого, который они посещали сегодня днем, открывается и…

Хрупкая женская фигурка в куртке, в накинутом на голову капюшоне худи появляется в поле зрения объектива.

– Укрупните, – попросил Страшилин.

Компьютер максимально укрупнил изображение – лицо.

– Елена Уфимцева собственной персоной. Капюшончик на глаза как надвинула, а? – Страшилин засунул руки в карманы брюк, расстегнув пиджак. – Так, пошла запись, и куда она, интересно, направилась тем вечером?

Изображения замелькали на мониторах, выстроился видеоряд – фигурка в куртке быстро пересекает двор дома и направляется в сторону Цветного бульвара.

– Тут изображения с камер домов и цирка на Цветном, – сообщил оператор, снова укрупняя видеоряд. – Вот она, ваш объект, – вот, вот и вот, идет вдоль Цветного бульвара.

– Там у нас станция метро, – сказал Страшилин, – ну-ка глянем камеры у метро.

Снова включился в обработку компьютер и выстроил на мониторах новый видеоряд.

– Ваша фигурантка входит в метро «Цветной бульвар», время 17.45.

Катя увидела на центральном мониторе укрупненное изображение – как обычно, много народу у выхода из метро, но компьютер, отсортировав видео, сам делает пометку, выделяя в толпе фигурку в куртке и капюшоне.

– Вот она, заходит в метро. Так, что делаем дальше? – Страшилин раздумывал лишь секунду. – Сейчас же связываемся с управлением полиции на метрополитене. Нам нужно отсмотреть их камеры за тот вечер.

Тут Катя подумала: ой, на это уйдет неделя. Мыслимо ли это – отсмотреть пленки метро, пропускающего вечером в час пик миллионы пассажиров?

– Придется немного подождать, я сейчас свяжусь с ними и все организую, – сказал ей Страшилин. – Вы, Катя, пока отдохните.

Катя подумала: где отдохнуть? В опертивно-техническом отделе на стуле?

Она вышла в коридор, у нее слегка кружилась голова – к работе компьютеров с видеорядом надо привыкнуть, потому что все стремительно меняется – возникает, исчезает, мелькает, укрупняется, убыстряется, затем замедляется и маркируется специальными видеопометками.

Она сидела в коридоре и мечтала: вот сейчас он там всех настроит, зарядит, даст следственные поручения, и они вернутся в главк. Через несколько дней придут результаты по запросу и…

– Так и есть, придется подождать до вечера, – объявил Страшилин, выходя в коридор с сигаретой. – Метро предоставит отсмотренные пленки к шести часам.

– Сегодня? – Катя чуть не упала со стула. – Андрей Аркадьевич, как вам это удалось так быстро…

– А, ерунда.

– Нет, это невозможно. Так не бывает, это за гранью фантастики.

– Я им наврал, что у нас срочный запрос ФСБ, возможно, лицо подозревается в террористической деятельности. – Страшилин глянул на часы. – Тут у них сносный буфет. Можем пока пообедать.

Они спустились в буфет. Катя могла, конечно, и в главк вернуться, и даже домой уехать – она мало верила, что полиция метрополитена сделает все так быстро. Это же титанический процесс! Но ей стало адски любопытно – чем же все-таки кончится сегодняшний авральный видеопоиск.

И как это Страшилину удается по телефону так беспардонно лгать насчет запроса ФСБ? Как ему это с рук сходит?

– Девчонка наврала нам, как и остальные свидетели, – подытожил Страшилин, уплетая в буфете яичницу с перцем и помидорами.

Катя взяла себе два сэндвича и кофе.

– Утверждает, что никуда не ходит. А сама куда-то отправилась в тот самый вечер на метро, – сказала она. – Квартира у нее похожа на помойку. Такое ощущение, что девчонка даже мусор не выбрасывает, живет как затворник. Но нет, оказывается.