Праздник теней - Марина Серова

Бомжовка кивнула головой, поклонилась подобострастно и шаркающими шажками засеменила к Ильясовой машине.

Глядя на нее, Ильяс вздохнул. Зачем такие женщины живут, слушай? Дохлая, как селедка, высохшая, как огурец осенью… Не баба, а не поймешь кто… Он покачал головой. Уж у Максима-то, наверное, не такая дамочка на даче спрятана. Мысль о том, что с этой Клавдеиной подругой придется вместе ехать, Ильяса не радовала. Но деньги, которые он получал от Лабутца, были немалые. Ильяс сказал подручной своей Марине, что ему надо отлучиться и пошел вслед за мешковатой фигурой, бредущей перед ним с кошелкой, в которой виднелась кастрюля. По дороге в сумку заложили продукты, и, когда все дела были сделаны, они выехали с базара и помчались в сторону Пристанного.

* * *

Фред услышал голоса над головой. Так. Судя по шагам, шли сюда. Значит, сейчас они откроют дверь. Если ему повезет, он сможет вырваться. Он прислонился к стене.

Голоса приближались. Он уже мог слышать их разговор. Однако он не мог понять, о каком Саммаэле они разговаривают. Наверное, это их главарь, подумал Фред. Он не сомневался, что попал в лапы некоей странной банды. Правда, он не мог понять, зачем он им нужен. Он не богат. Не влиятелен. Если им хотелось его просто убить, то зачем они связали его и держали здесь? Как он вообще здесь оказался?

События прошлой ночи он помнил смутно. Ему стало плохо. Подвело сердце. Последнее время с ним это случалось довольно часто. Гораздо чаще, чем ему этого бы хотелось. Последнее, что он помнил, — два подростка и шприц. Подростки?! Саммаэль?!

Фред подскочил на месте. Ему сразу стало все понятно. И подростки и Саммаэль… Старший сын Бога. Брат Иисуса Христа. Так представляли сатану его адепты.

Сомнения растаяли в воздухе: Фред находился в руках сатанистов.

И Марик… Где же они его спрятали? Фред чувствовал, что эта роскошная вилла является темницей для таких, как они с Мариком.

Он затаил дыхание. Пытаясь слиться с стеной, прижался к ней… В двери заворочался ключ.

* * *

Ехали уже долго. Дорога была плохая, и мы подпрыгивали на кочках, как будто «Фольксваген» Ильяса был скакуном, а не автомобилем. Ильяс молчал. Изредка он поглядывал в мою сторону жалостливым взглядом. Видимо, мой убогий вид пробудил в его сердце человеческие чувства.

Ильяс вовсе не производил на меня впечатления монстра. Обычный тип. Впрочем, взглянув на Максима, я бы тоже не подумала, что мальчик развлекает себя черными мессами и прочей гадостью. Нормальный парень, основным увлечением которого должны были быть девушки. Дискотеки. Даже наркотики я бы поняла куда больше. Однако у парнишки были другие интересы.

— Не укачивает? — заботливо спросил Ильяс, глядя на меня искоса.

Я помотала головой.

— Нет…

— А то Клавдею тошнило постоянно… Каждый час останавливались.

Я пожала плечами. Клавдею не тошнило. Клавдея принимала допинг. Значит, место, куда она ездила, приводило ее в ужас. А ведь ее задачей было только накормить узника и убраться.

Что же она такое там видела? Отчего ее взгляд становился с каждым днем все отчаяннее? Напугать ее оказалось легко — значит, она жила со страхом в душе.

Мимо меня проносились чахлые придорожные деревья. Лишенные буйной зелени, они выглядели как осенние. А ведь еще только самое начало сентября.

* * *

Максим Лабутец посмотрел на часы. То, что он сейчас узнал, привело его в ужас. Ему было страшно, как никогда.

Нужно хоть что-нибудь попытаться сделать. Если исправить все до конца невозможно, то…

Он судорожно глотнул свежий сентябрьский воздух. Сегодня он понял, как он прокололся. Теперь спасти его и его брата — то, что он узнал нечаянно, изменило всю его жизнь — мог счастливый случай. Или чье-то вмешательство.

Максим посмотрел в небо. Нет, он не станет никому доверять жизнь своего братишки. Никогда. Он все сделает сам.

Он решительно подошел к автобусу. До его отхода оставалась минута. Максим успел запрыгнуть в него, и автобус, фыркнув, отъехал.