Несветская львица - Марина Серова

– Оружие где? – с ходу спросил Ясенев.

Алексей непонимающе уставился на него.

– Ка-какое оружие? – спросил он, подрагивая, но не от страха, а от холода.

– «Сайга» где?! – повторил Ясенев с раздражением.

– Приятелю дал… – почесав затылок, сказал Алексей. – А что? Да я вам сам ее отдам! Не нужно мне ничего от вас!

– Я тебе ничего и не предлагаю, – холодно проговорил Аркадий Николаевич. – Какому приятелю? Имя, адрес?

– Вы что, прямо сейчас собираетесь за ней ехать? – Алексей явно недоумевал, с чего это дяде вздумалось среди ночи изымать карабин. – Да я вам завтра сам ее привезу. Или отец…

– Понятно, дурака включил, – кивнул Аркадий Николаевич. – Дескать, я не я…

Алексей хмуро посмотрел на него и проговорил в сторону:

– Если вы про звонок, то признаю, что был не прав.

– Да если бы про звонок! – воскликнул Ясенев, хлопая от возмущения ладонью по рулю.

– Минуточку! – вмешалась я. – Алексей, что вы делали после того, как покинули вечером дом дяди?

– К Витьку поехал, – пожал плечами Алексей. – Слушайте, а где Наташка? – вдруг встрепенулся он.

– С Наташей все в порядке, – сказала я.

– Чего не скажешь о тебе, – сейчас же добавил Аркадий Николаевич. – Тебе предъявят обвинение в покушении на убийство!

Алексей потер глаза и уставился на дядю. Челюсть его невольно отвисла.

– Это за что? За одни слова, что ли? Ну, это у вас не выйдет! Тут даже вы с вашим влиянием ничего сделать не сможете! Ну, признаю, наговорил лишнего! Так я же ничего не сделал!

– Значит, по твоей просьбе стрелял твой дружок, которому ты дал ружье, – тут же сделал вывод Ясенев.

– Чего? – В голосе Алексея звучало возмущение. – Это еще что за наезды? Никого я ни о чем не просил!

– Так, короче, я устал с тобой торговаться, – заявил Ясенев. – Сейчас мы тебя везем в полицию, и пускай там с тобой разбираются!

И он решительно нажал на газ.

– В какую еще полицию? За что? – Алексей закрутил головой и принялся апеллировать ко мне: – Послушайте, это бред какой-то! Вы что, думаете, вам все позволено, да? – это относилось уже к Аркадию Николаевичу. – Вы чего беспредел творите?

– Кто еще творит… – устало продолжал Ясенев, упрямо гоня машину вперед.

Алексей еще несколько раз по дороге пытался вступить в диалог, но Ясенев сжал зубы и не реагировал на него. Чувствовалось, что он все-таки крепко зол на племянника. Доехав до Кировского РУВД, Ясенев вышел из машины и, достав свой сотовый телефон, с кем-то коротко переговорил. Вскоре после этого из дверей здания показался мужчина в форме с капитанскими погонами. Ясенев шагнул ему навстречу и произнес несколько фраз, рукой показывая на племянника. Алексей сидел тихо, стреляя глазами по сторонам.

– Ясно, – сказал капитан и, приоткрыв дверцу, кивнул Алексею в сторону дверей в РУВД: – Пошли!

Алексей медленно вылез из машины, бросил взгляд на своего дядю, стоявшего рядом.

– Э-э-эх… – протянул он, качая головой, и пошел вслед за капитаном.

Я посмотрела на Ясенева. По лицу Аркадия Николаевича прокатилась тень. Выражение его было таким же, как при визите в квартиру брата, – чувство неловкости и даже вины. Однако он не стал отменять своего решения, быстро сел в машину и завел двигатель.

– Не похоже, чтобы он врал, – заметила я, когда мы немного отъехали.

– Разберутся, – не разжимая губ, бросил Ясенев. – Я Боровскому позвонил, полковнику, пока вы за Алешкой бегали. Он сказал – привози, разберемся. Найдут его дружка, проверят ружье… Бить не станут, я договорился. И вообще все будет нормально. Если не он – отпустят. Хотя я просто не представляю, кто еще…

* * *

Когда мы приехали в Белогорское ущелье, было уже шесть часов утра. Ясенев был бледным, а под глазами – темно-серые тени. Он часто зевал и, судя по всему, валился с ног, что было неудивительно: рабочий день, начинавшийся в восемь утра и заканчивавшийся после девятнадцати часов, предшествовал длинному вечеру, в течение которого Аркадию Николаевичу пришлось стать участником многих событий. Сейчас визит в дом Ясенева его брата с сыном казался совсем далеким, словно произошел неделю назад.

Когда мы прошли через ворота к дверям дома, я обратила внимание, что все окна темны. Однако не успели мы разуться, как по лестнице спустилась Лариса, следом за ней Вика, а потом показалась и Алевтина Робертовна. Вид женщин говорил о том, что и они провели практически бессонную ночь.

– Ну слава богу! – только и произнесла Лариса, прижимая руки к груди.

Она не стала приставать, чтобы мы рассказали ей о событиях прошедшей ночи, только в глазах ее застыл вопрос. Вика тоже ни на чем не настаивала. Самой решительной и любопытной показала себя Алевтина Робертовна.

– Аркадий! – став возле окна, проговорила она с обидой. – Ну можно же, по крайней мере, позвонить!

– Отойди от окна, – мягко отстранив мать, проговорил Ясенев.

– Аркадий! – повторила Алевтина Робертовна. – Мы волновались!

– Извини, мама, но раз я не позвонил, значит, мне действительно было не до того! – сквозь зубы произнес Аркадий Николаевич. – Сейчас могу только сказать, что все закончилось благополучно, волноваться совершенно незачем, и предлагаю всем отправиться спать. Во всяком случае, я собираюсь сделать это немедленно.

– А… во сколько тебя разбудить? – решилась спросить Лариса.

– Я сам поставлю будильник, – коротко произнес Ясенев.

– Значит, ты не пойдешь на работу? – спросила Вика.

– Нет, детка, – через силу улыбнулся Ясенев. – Я чертовски устал и могу себе позволить такую роскошь. Впрочем, после обеда я намереваюсь все-таки поехать в офис. Все, а теперь спать, спать!

И он, расстегивая на ходу пиджак, пошел вверх по лестнице. Взоры всех женщин обратились на меня.

– Могу только подтвердить, что поводов для волнений нет. Так что успокойтесь и действительно ложитесь спать, – посоветовала я.

– Да я уж теперь не засну! – махнула рукой Лариса.

– Я тоже, – поддержала ее дочь.

– Ну, как знаете. А я с вашего позволения прилягу на пару часов. Вика, ты, надеюсь, никуда не собираешься в такую рань?

– Нет, до вечера я точно буду дома, – сказала Вика. – Мне нужно подготовить курсовую, я давно собиралась…

– Вот и славно, – сказала я. – Пойду наконец-то приму душ.

Хоть мне здорово хотелось спать, все-таки душ принять было необходимо после лазания по горам и прочим не блещущим чистотой местам, и я из комнаты направилась в ванную с полотенцем наперевес. Сразу же залезла в ванну и включила воду. С удовольствием проводя по телу мыльной мочалкой, я глянула вниз, ожидая увидеть серо-черные струйки, так как полагала, что успела основательно изгваздаться за эти несколько часов…