Рекрут - Владимир Престолов

Глотов хихикнул, отшвырнул ручку в сторону, подошел к маленькому мутному зеркалу, косо висевшему на стене, и посмотрел на свое отражение:

— Свет мой, зеркальце, скажи…

«А что если это был человек, перепутавший адрес, или какой-нибудь бомж решил попросить кусок хлеба? — подумал участковый. — Интересная версия — бомж! Ведь, смотри, как ловко он полез на чердак, а потом сиганул в подвал, как в родное гнездышко! Хорошо, проверим и этих…»

Глава 14

Участковый Глотов совсем запарился. Побывав в телеателье, он навел там справки о вызовах и заказах, но фамилии Лефтовой не значилось. В службу быта покойница тоже не обращалась.

Старлей несколько раз звонил приятелю в судмедэкспертизу, но ему ответили, что интересующий его человек находится в очередном отпуске, но выйдет на работу в ближайшие дни, а точнее, в четверг. Глотов попытался дозвониться эксперту домой, но абонент постоянно хранил молчание, и участковому ничего не оставалось делать, как терпеливо ждать его появления на работе.

Александр Глотов чертовски устал, но сегодня еще нужно было зайти в домоуправление, навести кое-какие справки да подскочить к старому дворнику, который уже должен был проспаться, если, конечно, не надрался снова.

Участковый заходил в ЖЭС, как к себе домой. Сергей Викторович Науменко, начальник местного домоуправления номер восемнадцать, был его давнишним приятелем, с которым они частенько встречались не только по служебным делам, но и за рюмочкой водочки, обсуждая некоторые житейские проблемы.

— Можно? — поинтересовался Глотов, открывая дверь в кабинет начальника ЖЭСа.

Рыжеволосый, круглолицый, весь в веснушках мужчина зрелого возраста радостно засиял в добродушной улыбке.

— Кого я вижу! — приветствовал хозяин кабинета и, выйдя из-за стола, поздоровался за руку с Глотовым. — Какими судьбами?

— Да вот, решил заглянуть, — сняв фуражку, тяжело вздохнул старший лейтенант.

— Присаживайся, — пригласил гостя домоуправ, указывая на стул, стоящий у стола.

— Спасибо.

— По делу или как? — поинтересовался Сергей Науменко.

Глотов устало опустился на стул и бросил красную папку на стол приятеля.

— Да как тебе, Сергей Викторович, сказать, — угрюмо произнес старлей, — и так и эдак…

Вид у гостя был явно расстроенный.

— Случилось что? — спросил Науменко.

Глотов откинулся на спинку стула и, ослабив галстук, расстегнул ворот рубахи.

— Дом шесть по переулку Багратиона твой? — начал разговор участковый, хотя прекрасно знал, что этот переулок относится к восемнадцатому ЖЭСу.

— Мой… а что?

— Помнишь старушку-пенсионерку, которая нам с тобой столько кровушки попортила?

— Лефтову? — усмехнулся Науменко.

— Да.

— А как же, — вздохнул домоуправ и сел за стол, — я ее, наверное, и на том свете вспоминать буду. Ох, и надоела она мне, все кишки выела!

Начальник раскрыл шкафчик, достал бутылочку «Боржоми», открыл ее и предложил гостю.

— Водички?

— Нет, — отказался Глотов, — спасибо.

— Или водочки? — улыбнулся рыжий приятель.

— Не до того! — замахал рукой старлей, закуривая сигарету. — Так что там Лефтова? — Сергей Викторович отхлебнул из бутылки спасительной водицы и крякнул от удовольствия. — Ну и вредная пенсионерка, — выдохнул он, — сегодня такой погром устроила здесь с утра. Вроде бы и смирная с виду, интеллигентная, а права свои знает…

— Так что же, — нетерпеливо перебил собеседника участковый, даже привстав со стула от нетерпения.

— Ну что, — ухмыльнулся Науменко, — требовала ремонта, жаловалась на плохую сантехнику, трубы… Да всего и не перечислишь сейчас.

— А ты?

— А что я? — развел руками домоуправ. — Ей через день-два съезжать на новую квартиру, а она свое…

— И все? — словно на допросе продолжал спрашивать старший лейтенант у приятеля.

— Все, — заподозрив неладное, заморгал лупатыми глазами рыжеволосый начальник, — я ее к мастеру направил, чтобы разобрались с ее проблемами и починили…

— Ага, — довольно хлопнул себя по колену Глотов, — значит… Как фамилия мастера?

— А что случилось? — насторожился встревоженный домоуправ. — Зинаида Петровна Горохова.

— Бюрократ ты, — серьезным тоном произнес Глотов. — Из-за тебя человек себя жизни лишил.

Науменко от удивления даже привстал — дело принимало серьезный оборот.

— Лефтова?

— Она самая, — как можно серьезнее, произнес Глотов, — оставила предсмертное заявление, что мол так и так, Науменко Сергей Викторович, такой сякой, берет взятки, бюрократ эдакий, не выполняет своих прямых обязательств по отношению к квартиросъемщикам, пропивает стройматериалы и строит дачу на двадцатом километре…

Лицо начальника ЖЭСа мгновенно побагровело, шея пошла пятнами, пальцы рук нервно забегали по столу.

— И про любовницу твою упомянула, — добавил Глотов.

Науменко попытался улыбнуться.

— Не может быть, — не поверил он, — это розыгрыш, Сашка, знаю я тебя.

— Какой розыгрыш? — строго ответил участковый. — Пенсионерка выбросилась из окна четвертого этажа.

— Шутишь? — открыл рот Науменко.

— Какое там шутишь! — повысил голос старлей, сдерживая кашель. — Вот заявление покойной…

Глотов подал лист исписанной бумаги приятелю. Тот недоверчиво взял «заявление».

— А вот санкция на твой арест, — казенным тоном произнес участковый Глотов.

Если до этого момента у Сергея Викторовича еще теплилась надежда на то, что Сашка дурачится, то после упоминания о санкции на арест у рыжеволосого поплыло все перед глазами.

Глотов так вошел в роль, что уже не мог остановиться. Старлей давно знал Сергея Викторовича, знал, что он трусоват, очень мнительный и вдобавок ко всему до чертиков боится своей супруги, а потому никогда не упускал случая, чтобы подколоть приятеля или подшутить над трусливым простачком.

— Так что, гражданин Науменко, — подчеркнуто официально произнес старший лейтенант и, встав со стула, нахлобучил фуражку, — прошу…

— Что, товарищ старший лейтенант? — заикаясь промямлил растерявшийся домоуправ.

— Попрошу вас, — повторил Глотов и махнул рукой, — раз такой случай… Наливай!

— Что наливай? — упал на стул Науменко.

— Водочки, дорогой, — рассмеялся шутник, — лекарства для храбрости…

Глава 15

Рабочий день в ЖЭСе подходил к концу, стрелка часов неукоснительно приближалась к шести часам. Многие работники ЖЭСа уже покинули свои рабочие места, другие были готовы к старту.

Зинаида сидела за столом и, казалось, никуда не торопилась. Она работала над сметой. Вернее, делала вид, что работает, а сама то и дело посматривала через окно на улицу и прислушивалась к торопливым шагам в коридоре.

Настроение было паршивое и, что самое жуткое, внутри скулило тревожное предчувствие. Рабочий день заканчивался, а ее болван Пастухов так и не появился на рабочем месте. На столе скопилась целая куча заявок, а этот пустозвон даже не соизволил позвонить в ЖЭС.

Зинаида знала, что стоит Михаилу встретиться со своими старыми дружками, на следующий день жди сюрприза: или будут продолжать кутить, или вляпаются в какое-нибудь грязную историю.

Вот и теперь