В каменном мешке - Михаил Серегин

Худощавый продолжал махать ножичком, но спасатель даже не сбавил скорость. Небрежно отмахнувшись от правой руки бандита своей левой в толстой теплой куртке, Боря нанес без замаха короткий прямой удар прямо в лицо. Худощавому показалось, что его на полном ходу сбил автомобиль. Под фейерверк полетевших из глаз искр он отлетел назад метра на два.

Второй бандит, который выглядел немного покрепче и пошире в плечах, кинулся в схватку с таким жаром, что проскочил мимо рук Мостового и вцепился в его куртку, пытаясь ударить кулаком в лицо. С таким же успехом можно прыгать на медведя гризли в Скалистых горах. Боря, не успев поймать своего противника, успокоился тем, что противник сам повис на нем. Одной рукой спасатель перехватил правую руку бандита, которой тот тыкался в его лицо, а второй рукой схватился за горло. Под стальными пальцами Мостового лицо противника начало синеть, а глаза вылезать из орбит. Спасатель оторвал тело бандита от земли и отшвырнул в сторону. Потрогав оцарапанную щеку, Боря стал примеряться, как бы аккуратнее огреть парня кулачищем по голове, чтобы он больше не рыпался. В этот момент сзади раздался звонкий срывающийся голос:

– Всем на землю, стрелять буду! На землю, руки за голову!

Мостовой оглянулся на Ольгу, которая бежала к нему и делала вид, что достает из-под куртки пистолет. Сказал же сидеть в машине, умилился Боря, глядя, как Синицкая храбро рвется ему на помощь. Вот сорвиголова!

Бандиты все же воспользовались тем, что спасатель отвлекся. Между Мостовым и краем пропасти было небольшое понижение уровня местности, по которому можно было проскочить в сторону машин, оставленных на заснеженной дороге. Оба парня приняли одно и то же решение, только худощавый после страшного удара кулаком двигался не очень уверенно. Бросившись бежать по краю пропасти, они не заметили снежного козырька, нависающего над обрывом. Снег ухнул под ногами, и оба тела тут же исчезли. Дикий удаляющийся вопль пронесся, отдаваясь эхом. Синицкая зажала уши руками и села в снег. «Опять я напортачила, дура, – прошептала девушка. – Куда я лезу все время?!»

Мостовой кинулся к краю обрыва и посмотрел вниз. Синицкая с большим удивлением услышала его спокойный и чуть насмешливый бас:

– Везучий ты, парень. В отличие от своего дружка.

Ольга непонимающе посмотрела на Бориса. Тот стоял на самом краю пропасти и, засунув руки в карманы куртки, смотрел куда-то вниз. Оттуда раздавались странные звуки, похожие на всхлипывание. Вскочив, Синицкая бросилась к Мостовому. Худощавого спасло то, что стена обрыва в этом месте не была отвесной. Кое-где на скалах прицепились корявые кустарники и маленькие деревца. Бандит с ободранными до мяса пальцами висел на небольшом уступе метрах в пяти ниже спасателей, цепляясь за камни. Он смотрел вверх дикими глазами и издавал странные звуки, похожие одновременно и на стоны, и на плач. Он, кажется, еще не верил в чудесное спасение, а истошный вопль товарища еще стоял в его ушах. Худощавый наверняка даже не чувствовал боли в окровавленных руках. А ведь он проехал на них несколько метров вниз, судорожно пытаясь ухватиться за что-нибудь во время падения.

– Боря! – в ужасе вцепилась Ольга в рукав Мостового. – Он так долго не продержится!

– Да и хрен с ним, – спокойно, но громко ответил Боря. – Пусть подыхает вместе со своим дружком. Пойдем отсюда.

В глазах бандита промелькнул такой животный страх, какого Ольга еще ни у кого не видела в своей жизни.

– Помогите, – с хрипом выдавил из себя висевший над пропастью парень.

– Дуй за веревкой, – шепнул Мостовой Ольге и уже громко, с удивлением в голосе, ответил бандиту: – Помочь тебе? С какой стати? Ты же, гад, на меня с ножом кидался. Убить меня хотел. Ведь убил бы, а?

– Помогите, прошу… – почти рыдая, снова попросил худощавый.

Спасатель видел, что ноги парня упираются в чуть выступающие камни. Да и пальцами, пусть и изодранными до костей, он все же цеплялся. Теоретически так провисеть можно долго, но в таком психическом и физическом состоянии, в котором находился бандит, он долго не выдержит. Борис оглянулся на Ольгу, которая уже приближалась к «Газели». «Минут пять, пожалуй, еще повисеть ему придется», – подумал спасатель.

– Ладно, не трусь! Вытащу я тебя, только стой и не дергайся. Вытащу, но ты мне все расскажешь как на духу! Понял?

– Да…

Ольга упала два раза, так она торопилась принести веревку. Когда наконец девушка добежала до обрыва, дыхание у нее было, как после трехкилометрового кросса. Боря взял веревку из ее рук и стал делать на конце петлю.

– Боря, он не сможет сам обвязаться, – прошептала Ольга так тихо, чтобы парень не услышал ее и не стал паниковать. – Спусти меня, а я продену веревку ему под мышки.

– Не дури, – буркнул Борис. – Он так будет цепляться за жизнь, что утащит вниз и тебя, и меня. Не волнуйся, все будет хорошо.

Сделав петлю, Мостовой снова подошел к краю обрыва.

– Эй, ты! Я сейчас спущу тебе конец веревки с петлей. Ты медленно отпустишь одну руку и проденешь кисть в петлю. Когда буду тянуть, то помогай мне второй рукой и ногами, понял?

– Я не смогу, – всхлипнул парень в ужасе, что ему придется оторвать одну руку от спасительного камня.

Веревка зазмеилась вниз, и петля на ее конце остановилась около лица бандита. Он смотрел на нее, как на ядовитую змею, и весь трясся. «Этого еще не хватало, – подумал Мостовой с неудовольствием. – От такой трясучки он точно полетит вниз». Борис велел Ольге отойти назад метров на пять, перекинуть веревку через плечо и подстраховать его, когда он станет тянуть парня наверх.

– Тебя как зовут, орел? – как можно спокойнее спросил Мостовой.

– С-са-аша…

– Слушай меня внимательно, Саша, и верь мне. Я таких, как ты, тысячами вытаскивал, и никто еще не упал. Стоишь ты прочно, надежно. Очень медленно расслабь правую руку и сразу поймешь, что держишься и без нее. Ну, давай! Чуть расслабь пальцы правой руки!

Бандит облизнулся, и его дрожащие пальцы стали медленно и неуверенно разжиматься. Наконец он понял, что сможет ухватиться за веревку. Чтобы этот бедолага не делал лишних резких движений, Боря тихонько спустил петлю еще ниже, к самой правой руке парня. Тот быстро и судорожно стал совать кисть правой руки в петлю, но никак не попадал. Он так разнервничался, что на миг потерял равновесие и чуть не отшатнулся назад. Из-под его ног посыпались мелкие камешки. Парень заорал страшным голосом и снова вцепился в скалу. За спиной в ужасе вскрикнула Оля, решив, что парень все же сорвался и полетел вниз. Неврастеники, скрипнул зубами Мостовой.

– Спокойно, Саша, только спокойно, – снова начал говорить Борис уверенным голосом. – Ты всем телом начал двигать, а тебе нужно только продеть руку в петлю, и все. Понимаешь? Смотри, петля легла на твою кисть. Теперь медленно расслабь пальцы правой руки, расслабляй. Хорошо, теперь чуть приподними кисть, еще чуток. Осторожно!

Парень, обрадовавшись, что его рука наконец оказалась в веревочной петле, с такой силой вцепился в нее, что опять потерял равновесие. От испуга он оторвал вторую руку от камней и схватился ею за веревку. Ноги его соскользнули с карниза. Боря взревел, как буйвол. Он предвидел, что сейчас произойдет. Правая нога спасателя уже прочно уперлась в камни, а сильные руки держали веревку, перекинутую через плечо, чтобы увеличить площадь трения во время возможного скольжения.