Нефть цвета крови - Алексей Макеев

Однако в тресте Олю ожидала неудача, точнее то, что на журналистском жаргоне называется облом. На входе в автобазу треста имелась проходная, где дежурили не один, а сразу два вахтера. Ольга попыталась пробиться сквозь этот заслон, изложив легенду о написании газетного материала о трудовых подвигах водителей треста, однако это не помогло. Стражи проходной заявили, что пропустить девушку могут только по распоряжению начальника автобазы или его заместителя. Оля была готова и на это, и, когда вахтеры поставили перед ней телефон, стала названивать руководителям базы. Но ей не повезло: ни того, ни другого на месте не оказалось.

Она еще немного покрутилась возле ворот базы, надеясь по своей тактике подцепить «языка», однако люди, выходившие из ворот, были как на подбор хмурыми, не склонными к разговорам. Делать нечего: оставалось отправляться на «толкучку». Тем более что время приближалось к семи.

Когда Оля прибыла на место встречи водителей, «вечеринка» была уже в разгаре. Под открытым навесом пивной с кружками в руках стояли два десятка посетителей, еще столько же толкалось поодаль, возле самых упорных продавцов запчастей.

Она медленно прошлась среди людей у лотков, потом подошла к столикам, приглядываясь к лицам собравшихся, стараясь не показать этого. Ее внимание привлек здоровяк, стоявший возле одного из столиков. Девушка подошла поближе, обошла вокруг столика… Ей сразу бросился в глаза пластырь на носу водителя и перебинтованная правая рука. Волосы у незнакомца были цвета спелой пшеницы.

«Он! Точно он! Этот самый Семен, он же Боксер. Что ж, надо познакомиться поближе…» Как начнется знакомство с Семеном, Ольга уже решила, следовало только дождаться, когда компания за столиком поредеет и разговоры на какое-то время утихнут.

Чтобы не маячить на виду, она тоже купила бутылку пива и встала в сторонке, наблюдая за людьми у столика. Ждать пришлось долго – уже стемнело, на углу загорелся одинокий фонарь. Однако Оля усвоила уроки своих друзей-оперативников и помнила, что в сыскной работе главное – терпение.

Ожидая, когда можно будет подойти к Семену, она заметила, что к лоткам приблизилась еще одна группа водителей, и среди них – ее знакомый таксист Костя. В свое время он дал ей немало ценных сведений о нравах и обычаях приозерских таксистов. Девушка решила воспользоваться случаем и после нескольких минут легкого трепа спросила, не знает ли ее знакомый вон того верзилу с забинтованными пальцами.

– Семена, что ли? – спросил Костя. – Знаю, конечно. Пару лет в одном таксопарке работали. Потом он решил с этим делом завязать, на грузы перешел. А ты что, хочешь с ним материал делать? Не советую.

– Это почему же?

– Мужик жутко подозрительный и слегка безбашенный, – объяснил Костя. – И потом, он это… как это называется… не тщеславный, вот. Не любит, когда о нем пишут. Кроме того, ему все равно, кто перед ним – мужик или девушка, как ты. Не клюет он на это.

– А на что же он клюет? – поинтересовалась Ольга.

– На большие бабки, – ответил Костя. – Но не просто из жадности. У него мечта есть. Он как-то раз по пьяни со мной разговорился. Рассказал, что мечтает заработать столько, чтобы перейти из работяг в хозяева. «Дело, – говорит, – я вот так знаю, людей держать умею. Мне только денег не хватает. Вот заработаю на пару «КамАЗов» – и все у меня пойдет как по маслу. Вот увидишь – через пару-тройку лет фирма Семена Кузнецова будет первой в области! Буду по заграницам ездить, где-нибудь в Альпах виллу куплю…»

– Значит, фамилия у него Кузнецов? – уточнила она.

– Точно, – подтвердил Костя. – Что, все-таки хочешь с ним беседовать? Не убедил я тебя?

– Не то чтобы беседовать, а просто меня просили ему кое-что передать, – ответила Оля.

– Ладно, дело твое, – сказал таксист. – Только смотри, не говори, что я о нем что-то рассказывал.

– Не буду, – пообещала девушка.

Собственно говоря, беседовать с водителем Семеном было теперь необязательно: все необходимые сведения о нем Оля уже получила. А поскольку она легко могла установить таксопарк, в котором ее знакомый Костя работал вместе с Семеном, то могла получить там и недостающую информацию: адрес, год рождения и все прочее. Благоразумие подсказывало, что самое правильное теперь тихо удалиться, не привлекая к себе внимания, однако Ольга медлила, словно всерьез намеревалась выполнить то, о чем говорила Косте, и пообщаться с подозрительным водителем. Но, скорее всего, здесь сказывалась свойственная девушке склонность к приключениям, которая брала верх над благоразумием.

Она еще колебалась – уйти или остаться, когда собеседники Семена, один за другим, распрощались и ушли. Водитель остался за столиком один. Медлить было нельзя. Ольга решилась и подошла к столику:

– Добрый вечер!

– Добрый, коль не шутишь, – буркнул Семен.

Начало не располагало к дальнейшей беседе, но Ольга не привыкла отступать.

– Скажите, вы случайно не Семен? – спросила она.

– А ты случайно не лейтенант? – вопросом на вопрос ответил ее собеседник, полностью оправдывая данную ему характеристику.

– Нет, я не лейтенант, – сказала Оля, стараясь не замечать грубости. – Просто я знакомая Равиля, и он просил меня вас найти и кое-что передать.

– Во как! – удивился водитель. – Вроде у меня с Равилем никаких таких дел не было. И что велено передать? Ежели пулемет или план, как взорвать баню, то не возьму – я на больничном. Вон, видишь – в носу ковырял, сразу и нос, и ковырялку сломал. А если деньги, то давай. Но только железными десятками – на них, я читал, метку поставить нельзя.

– Именно что деньги, – ответила Оля. – Равиль просил передать, что была зарплата, и он ее за вас получил. Но сегодня он приехать не может, будет завтра. Просил, чтобы завтра в это время вы были здесь. Он придет и все отдаст.