Женщина-загадка - Марина Серова

Лара и Катя посмотрели на меня с интересом, видимо, пытаясь решить, насколько я могу быть в курсе дела, а скорее оценивая, насколько безопасно откровенничать со мною на подобные темы. Вывод был сделан не в мою пользу: сестрички промолчали, вновь уставившись в мониторы. Я еще некоторое время постояла в дверях. Внимания к своей персоне я так и не дождалась и была вынуждена ретироваться.

Закрыв дверь, я попыталась все это проанализировать. На первый взгляд все девушки были спокойными и немногословными. Они упорно делали вид, что по горло заняты работой. Ядовитый тон Кати можно списать на усталость. Или на ее негативное отношение к Агейкину. Видно, он своими доносами начальству уже успел насолить девушкам. А может, причина в чем-то другом? Хотя Наташа Жебрак казалась более угрюмой, нежели остальные. Не так-то просто в женском коллективе понять истинную причину плохого настроения кого-либо из его членов. Причина могла быть и вполне нейтральной. Например, девушка колготки порвала! Придется мне отложить решение этого вопроса до более подходящего времени. Придя к этому выводу, я направилась к кадровику.

Первым, что я увидела, войдя в кабинет, была сутулая спина Сенечки. «Снова здорово! – невесело подумала я. – Опять придется с этим шизофреником время терять!» Обернувшись на звук моих шагов, Сенечка соскочил со стола, на котором восседал в ожидании меня.

– А я услышал, что вы в агентстве, и поспешил сюда!

– У вас появились новые сведения? – Я решила просто потянуть время, может, Юрик меня спасет?

– На самом деле я надеялся, что новые сведения появились у вас! – слова эти Сенечка произнес с апломбом.

Подумать только! Сенечка ждет от меня отчета! Что ж, придется его разочаровать.

– Пока что у меня нет такой информации, которой я могла бы поделиться с вами. Прошу меня простить, но мне нужно работать, – этими словами я недвусмысленно намекнула Сенечке – ему лучше уйти. Но намеков Сенечка не понимал. Он продолжал стоять посреди комнаты, вопросительно глядя на меня.

– Что-то еще? – вынуждена была спросить я.

– Когда его арестуют? Вы обещали! – Сенечка намеренно приводил себя в возбужденное состояние.

– Позвольте, – возмутилась я, – ничего подобного я вам не обещала! Я лишь сказала, что факты, изложенные вами, выглядят впечатляюще. И пообещала разобраться в этом деле. Когда я сказала хоть слово об аресте вашего шефа?!

– Но ведь это само собой разумеется. Если человек виновен в смерти девушки, его должны арестовать!

Кущин мне изрядно надоел, и я решила избавиться от него раз и навсегда.

– Послушайте, вы, «жених» несостоявшийся! А может, это вы пугали девушку странными предметами из ее прошлого? Может, это вы установили на ее компьютере угрожающую заставку? Может, это вы выкрали фотографию девушки и подбросили Алисе деревянного солдатика? И подсунули ей адское зелье? Отвечайте! Вы имели сколько угодно возможностей проделать все это. И мотив у вас, кстати сказать, точно такой же, какой вы приписали шефу. Может, вы просто хотите свалить на него свои грехи?!!

К концу моей тирады Кущин был уже белее мела. А я, как всегда, решила воспользоваться ситуацией и попытаться выведать полезную информацию. Из недавнего разговора за закрытыми дверями я сделала вывод, что одна из девушек намекала на определенные отношения, связывающие другую сотрудницу с шефом. Мне во что бы то ни стало нужно было выяснить имя фаворитки Лисицкого.

– Вы прекрасно знаете, что у Лисицкого есть любовница. И это отнюдь не Алиса! Почему вы скрыли это от меня? – сердито спросила я.

– Это не имеет значения. Лисицкий закрутил роман с Катей, только чтобы досадить Алисе. Ведь она не отвечала взаимностью на его грязные домогательства! – изрек Сенечка.

– С чего вы взяли, что домогательства Лисицкого – такие уж грязные? – перешла я на шутливый тон. Я выяснила, что хотела.

– Не смейтесь надо мной! – визг Кущина действовал мне на нервы.

– Как давно у Лисицкого возникла связь с Катериной? – спросила я резко.

– Не знаю… Может, с год, может, больше. Мне это неинтересно!

– Последний вопрос. Катерина имеет влияние на шефа?

– В каком смысле? – переспросил Кущин.

Смена темы ему явно пришлась по душе. Он даже выглядел теперь более адекватным.

– Может ли Катя повлиять на решения, принимаемые шефом? – перефразировала я вопрос.

– Вряд ли. Шеф не влюблен в Катю, если вы понимаете, что я имею в виду. У них простая интрижка. Служебный роман. Так сказать, от скуки.

Я решила на прощание подбодрить Сенечку:

– Большое спасибо, Семен. Вы мне очень помогли. Поверьте, рано или поздно я найду истинного убийцу Алисы. Вам нужно только набраться терпения и ждать. Пообещайте мне, что вы так и сделаете.

Кущин хотел было что-то ответить, потом, передумав, просто кивнул. В этот момент в дверном проеме показалась физиономия Юрика, на которой отражалось неприкрытое любопытство.

– Я не помешал? – шутливым тоном спросил Юрик. – Танюша, вам просили передать: шеф вернулся и ждет вас у себя.

– Спасибо, Юрочка. Передайте шефу: через пять минут буду у него, – в тон Юрику ответила я.

Он скрылся за дверью. Кущин подошел ко мне вплотную. Опасаясь очередного взрыва эмоций со стороны нервного Сенечки, я попыталась отодвинуться как можно дальше. Увы! За моей спиной была стена. Но мои опасения оказались напрасными: Сенечка просто протянул мне руку. Я ответила на его рукопожатие. Попятившись к двери, Сенечка вышел, так и не произнеся больше ни слова.

Через пять минут, идя к кабинету Лисицкого, я попыталась сосредоточиться на первоначальной цели своего визита сюда. За последний час у меня появилось столько новой информации, требующей анализа, что я никак не могла вспомнить ни одного из тех вопросов, которые намеревалась задать владельцу агентства.

Лисицкий сидел за столом с весьма хмурым видом. Судя по всему, он опять был недоволен моим поведением. Сейчас степень его недовольства возрастет.

– Добрый вечер, Анатолий… – Я сделала вид, что пытаюсь вспомнить отчество.

– Добрый ли, Татьяна Александровна? – Лисицкий заменил вопросом ответ.

– Не очень-то, – призналась я.

Мы немного помолчали.

– Татьяна Александровна, ответьте: для чего вы все время выводите из равновесия меня и моих сотрудников? – прервал Лисицкий молчание.

– Орловский парень уже настучал? – не дожидаясь его ответа, я продолжила: – Работа у меня такая, Анатолий! Задавать неудобные вопросы и тем самым выводить из равновесия собеседника. Вот и вам сейчас я буду вынуждена задать эти самые «неудобные» вопросы!

Лисицкий вздохнул. Было видно, что он смертельно устал.

– Если надо – задавайте. Только, прошу вас, как можно короче. Невыносимо хочется домой.