Посольство - Лесли Уоллер

– Да, конечно. Черт, а как его зовут?

– Ты что, не можешь найти файл без имени? Что у вас за система поиска информации? Неужели нельзя по ключевому слову? – спросил Нед. – Протесты? Жалобы? Псих? Макс, может, у вас в конторе есть код для входа в систему получше? А, Макс?

Гривс медленно покачал головой из стороны в сторону.

– Ты не понимаешь, Нед. В этой конторе на компьютере работаю я. Именно меня послали на компьютерные курсы, именно я ставлю все информационные программы.

Нед помолчал.

– И ты вводишь свои досье только по фамилии объекта?

– Разве есть другие способы?

На этот раз молчание Неда длилось гораздо дольше: он просчитывал стоимость четырех или пяти терминалов и главного компьютера, полностью ориентированных на работу в этом офисе.

– Слушай, Нед, – взорвался Макс. – Дай мне его имя, и я всю его жизнь открою тебе через долю секунды.

– Прекрасно.

– Бернсайд! – воскликнул Макс.

– Что?

Гривс весело забарабанил по клавиатуре. Как он и предсказывал, не прошло и секунды, как на экране монитора появился текст из трех строчек. Яркие зеленые буквы. Нед прочитал:

«Бернсайд, Амброз Э.

– так начиналось досье, –

возраст 66 лет; мужчина; нынешний адрес: 60, Гудж-стрит, И-си-2, Лондон; по учетам не проходит».

– А что еще? – спросил Нед.

– На этого типа нет файлов ни здесь, ни дома, Нед.

– Восхитительно, – ответил Нед. – Если на человека нет файла, вы не можете выдать ничего больше, чем вот это?

– Я сам проводил его домой и узнал фамилию от домохозяйки. Это просто ночлежка над пабом со странным названием. Никто в пабе не знает о нем ничего, кроме того, что он ходит с чудным плакатом. Он редко заходит в паб, ни с кем не разговаривает. У меня это заняло полдня. Публика там все время меняется. Студенты из Лондонского университета, люди, которые пользуются Британским музеем. Короче, это Блумсбери.

– Спокойно, Макс.

– Я спокоен, – уверил его Гривс. – Я проверил его по всем учетам и здесь, и дома. Все запросы пришли пустые.

– Хорошее здоровье?

– Я это говорил? – простонал Макс. – Он может оказаться хоть оживленным Сталиным. Единственное, что я могу сказать точно, что по учетам он не проходит.

– А ты знаешь, Макс, Амброз Э. Бернсайд был известным юнионистским генералом во время гражданской войны.

Гривс долго, не мигая смотрел в глаза Неда. Потом выдавил:

– Может, родственник?

– Может, правнук? – добавил Нед.

– Может быть.

– А может, вымышленное имя?

– О черт, Нед.

Мужчины помолчали.

– Вырубай свой бездарный компьютер, Макс, – вздохнул Нед. – Во что нам эта штуковина обошлась? Полмиллиона? Так частная промышленность обдирает дядю Сэма? В два раза больше рыночной цены? Самое последнее слово в программном обеспечении не позволяет обнаружить обманщика, не способного провести и двенадцатилетнего школьника.

– Такие штуки случаются, Нед. Ты же знаешь.

«Хорошо, что хоть твоя башка не оказалась в моем холодильнике», – добавил про себя Нед. Он нацарапал адрес Бернсайда на клочке бумаги со стола Гривса.

– Спасибо за помощь, Макс.

Гривс кашлянул, когда Нед повернулся, чтобы выйти.

– Нед, я управленец, а не оперативник. То есть, когда мне приходится следить за кем-то вроде Бернсайда, хорошо, если я не потеряю его на первых же поворотах.

– Ладно, Макс, не заискивай.

– Слушай, когда ты попросил о помощи, я сделал все, что мог. – Гривс держал руку вверх. – Это немного, согласен. Но теперь нужна твоя помощь. Мне нужен человек по имени Тони Риордан. Американец, биржевой делец. Я искал его в компьютере пятью разными способами, но ничего не вышло.

– Что, есть пять разных способов написаний этой фамилии?

– Может быть. Это тебе ничего не говорит?

Нед покачал головой.

– А может, его настоящее имя Ам…

– …броз Э. Бернсайд. Очень смешно. Я жду, когда дома, в бюро, будет утро. Может, у них что-нибудь на него есть?

– Сейчас здесь без четверти десять утра, так? Значит, в Вашингтоне без четверти пять. Утра ждать еще долго. Попробуй связаться по телексу с ночными дежурными.

Нед вышел от Гривса и направился в офис Джейн. Он шел, не переставая удивляться, сколько должностей в госучреждениях занимают добродушные идиоты вроде Макса Гривса. На них нельзя сердиться. Но невозможно добиться и нормальной работы. А уж если заставишь, они наделают такую кучу ошибок, что не разгребешь.

Секретарши Джейн не было на месте. Нед прошел мимо ее стола и постучал в открытую дверь.

– Мисс Вейл. У меня есть жалоба на одного из ваших людей, мэм.

– В чем дело, полковник Френч? Сэр, как же вы меня напугали.

Они молча глядели друг на друга. Наконец Нед прошел в кабинет.

– Стой там. Ты слишком соблазнительно выглядишь. Так и хочется откусить кусочек, – сказала Джейн. – А я собираюсь на десятичасовое совещание.

– Даже и перекусить за это время не удастся.

– Конечно. Так что за жалоба?

– Я знаю, что Максом Гривсом ты не руководишь, но…

– Такой приятный молодой человек. Но только от сих и до сих. – Джейн коснулась ушей. – А так – чистая сметана.

– Что за увлечение съестным?

– Ничего. А как насчет ленча?

– Думаю, что мог бы предложить арахис, если, конечно, гостиница обновила запасы в холодильнике.

– Как всегда?

– Давай на полчаса позже, чтобы нарушить традицию.

Она кивнула, глядя ему за спину.

– Аманда, ты закончила с этим ксероксом?

– Я как раз туда иду, – ответила секретарша.

Нед подождал, пока ее каблучки не застучали в коридоре, потом он сделал воздушный поцелуй, повернулся и вышел так, чтобы это видела Аманда.

* * *

– Да, Джок, – говорил П. Дж. Р. Паркинс кому-то на другом конце провода. – Не стоит ее пересылать. Я стер уже. Там интересно было только имя – Тони Риордан.

Он сидел в кресле так, будто его смастерили вместе с креслом.

– Да-а? – спросил шотландец с обычным раздражением.

– Риордан, – повторил Паркинс.

– И что, мне подключаться? – спросил Джок кисло.

– Если нет, значит, я тоже могу ошибаться.

Возникла неловкая пауза. Паркинс напомнил о себе: