Стерва - Джеки Коллинз

Хэл подозвал хорошенькую официантку-китаянку и заказал очередную порцию «Нэви грог». Он сочувствовал Нико, который нравился ему. Однако, если сюда приближается беда, лучше поскорей смотаться куда-нибудь подальше.

— Расскажите мне все подробнее, — попросил Хэл, выигрывая время на обдумывание предлога для внезапного исчезновения. — Кому вы задолжали? Какую сумму?

— Я не шутил с вами. Я должен семье Фоницетти пятьсот пятьдесят штук.

Хэл испустил тихий и долгий свист.

— Господи! Я знаю старого Джо Фоницетти. Вы хотите сказать, что они позволили вам убежать с таким долгом? Это невозможно.

— Возможно, если сначала вы проиграли собственные шестьсот тысяч. Хэл снова свистнул.

— Вы угодили в беду, мой друг. В большую беду. Китаянка принесла бокал и загадочно улыбнулась им обоим.

— Никогда не трахал китаянок, — рассеянно сказал Хэл, когда девушка ушла. — А теперь скажите мне, Нико, кто была девушка-гонец? Ее прислали из-за океана?

Нико покачал головой.

— Это была англичанка. Она сказала, что ее зовут Линн.

— Высокая? С хорошим телом? Нико кивнул.

— Вы ее знаете?

— Она танцевала на телевидении. Ей никак не удавалось перебраться в первый ряд, пока она не познакомилась с самим боссом.

— Кто он?

— Федерс. Линн — его правая рука. Крутая дамочка — мастер по дзю-до. Вам повезло, что она только трахалась с вами!

— Чудесно!

— Я бы хотел потолковать с Федерсом, — задумчиво произнес Хэл. — Возможно, мы бы что-то узнали…

— Что вам мешает это сделать? — спросил Нико.

— Сейчас наши отношения оставляют желать лучшего. На мне висит долг.

— Какой?

— Пять тысяч фунтов. Я возвращаю его по частям, чтобы не злить Федерса. Но он предпочел бы получить все сразу.

— Отдайте ему все. У меня есть такие деньги. Будем считать, что это гонорар за вашу помощь.

— Эй, Нико. Вы не обязаны так поступать.

— Знаю. Но если вы способны заключить какую-то сделку с Федерсом, попросить его договориться с Фоницетти… Может быть, они разрешат возвращать долг по частям… как это делаете вы… Что скажете?

Хэл медленно кивнул.

— Я сделаю все, что в моих силах. Нико похлопал его по плечу.

— Спасибо. Я буду благодарен вам за любую помощь.

Эффектные манекенщицы в потрясающем нижнем белье, покачивая бедрами, выходили на подиум.

Фонтэн демонстративно зевнула, сидя за столиком у сцены.

— Тебе не нравится? — обеспокоенно спросила Ванесса. Показ мод проводился ради сбора средств на благотворительные нужды, и женщина отчаянно хотела, чтобы он прошел успешно.

— Я никогда не завожусь, глядя на женские тела, — ответила Фонтэн. — Почему здесь нет ни одного мужчины-манекенщика? Ты только представь себе улыбающихся похотливых девятнадцатилетних юнцов в трусах!

— О, Фонтэн! Такая одежда пришлась бы тебе по вкусу.

— Хм… — Фонтэн обвела взглядом ресторан, где проходил показ. За столиками сидели скучающие женщины в дорогих модных нарядах. Такие же как и она сама.

Господи! Неужели в ее жизни будет только это? Шмотки и траханье. Она начала терять интерес и к тому и к другому.

— Я скоро должна уйти, — прошептала она Ванессе. — Мне надо встретиться с моим адвокатом. Старый зануда Арнольд грозит, что меня отправят на исправительные работы, если я в ближайшее время не раздобуду денег. Алименты этого скряги Бенджамина едва покрывают мои еженедельные расходы. Я просто должна поставить «Хобо» на ноги.

— Ты это сделаешь, — ответила Ванесса. — Когда ты стремишься к чему-то, то сметаешь все преграды.

— Знаю, знаю. Я всегда получаю то, чего хочу. Но неужели ты не видишь, что это — лишь видимость, которую я создаю?

Ванесса изумленно поглядела на подругу. Она завидовала той жизни, которую вела Фонтэн; ей и в голову не приходило, что эту женщину гложет чувство неудовлетворенности. Все завидовали Фонтэн — даже те, кто скрывал это. Она была красивой, свободной, расточительной; всем казалось, что она купается в деньгах.

Ванесса имела богатого мужа, четырех детей, избыточный вес и не могла потратить на себя ни единой минуты.

Фонтэн не знала отбоя от эффектных молодых людей.

Ванессе за долгие двадцать лет брака удалось завести лишь два романа.

— Мне так скучно! — призналась Фонтэн. — Хочешь, я поделюсь с тобой секретом, Ванесса? Пусть он останется между нами. Не вздумай поделиться им с кем-то.

Ванесса кивнула, ее глаза заблестели.

— Скажи мне! Скажи! — взмолилась она.

— Вчера ночью мне вдруг стало так скучно, что я трахнула моего шофера.

— Правда?

— Да, я сделала это. Признаюсь тебе — от этого моя скука только усилилась!

— Почему? — Ванесса нахмурилась. — Он оказался плох?

— У него есть все, что требуется, моя дорогая. Большой член, упругие яйца, красивое тело. Но какая это была СКУКА!

Ванесса поморгала. Фонтэн была самой бесстыдной женщиной, которую она знала.

— Дело в том, — продолжила Фонтэн, — что когда я была замужем за Бенджамином, все эти маленькие приключения возбуждали меня сильнее. А сейчас… все так чертовски предсказуемо.

— Я встретила одного человека… — начала Ванесса. Фонтэн, не слушая подругу, продолжала:

— Теперь появился этот человек из самолета — Нико. Он совсем не в моем вкусе, дорогая. Но я должна сказать, что с ним… все происходило иначе. Он был таким… Не знаю, наверно, мои слова покажутся тебе глупыми, но он оказался опытным и занятным. Возможно, я совершила ошибку, выгнав его.

— Мне так и не довелось его увидеть, — заговорила Ванесса.

К столику подошел Сэмми, и беседа оборвалась.

— Привет, девочки! Хорошо проводите время?

— Посиди с нами, — пробормотала Фонтэн.

— О, ее высочество сегодня в прекрасной форме. — Он налил себе вина. — Мои дорогие, посмотрите на новую коллекцию. — Он указал рукой на манекенщиц, демонстрировавших сейчас спортивную одежду. — Все, что вам понравится, — ваше.

— Ты сегодня сама щедрость, — заметила Фонтэн. — Почему?

— Потому что ты великолепна, моя дорогая. Немного старовата для меня… но…

— Заткнись, Сэмми, — мягким тоном произнесла Фонтэн.

— Не обижайся, моя дорогая. Я люблю двадцатилетних. Каждому свое. Ты ведь меня понимаешь?

Фонтэн невольно улыбнулась. Сэмми обладал подкупающей искренностью и обаянием.

— Твои шмотки не в моем стиле, — сказала она.