Плевое дело - Марина Серова

Подойдя вплотную, Овалов, не здороваясь со мной, шагнул в сторону, открывая моему взору тщедушную фигуру Бориса Евгеньевича.

— Доброе утро, — вежливо завел разговор Крымов.

Меня это приободрило.

— Рада видеть вас в добром здравии, Борис Евгеньевич, — улыбнулась я. — Как долетели?

— Сносно, — ответил он. — Давайте по делу.

Вот и все. Дружеской беседы не получилось. Однако я ожидала этого и не растерялась.

— Не станем же мы говорить о деле прямо здесь, — резонно заметила я. — При таком скопище народа.

— Каковы ваши предложения?

— На стоянке у меня машина. Пойдемте?

Он молча направился к выходу. Остальные двинулись за ним.

Все произошло совсем не так, как я предполагала. Я думала, что Борис Евгеньевич сядет со мной на переднее сиденье, а его верная охрана расположится сзади. На самом же деле один из амбалов забрал у меня ключи от машины и сел за руль. Другой рядом с ним. На заднее сиденье залезли Крымов, я и Овалов. Причем Виктор сел между мной и Борисом Евгеньевичем.

— Повторите, — распорядился Крымов.

— Что конкретно вас интересует?

— Для начала имена или клички тех, кто участвовал в расстреле моих курьеров.

— Руководил операцией некто Стакан, — начала я.

Крымов взглянул на Овалова. Тот кивнул.

— Дальше.

— В живых, кроме самого Стакана, остались двое. Валерка-шофер и какой-то курчавый парнишка в джинсовом костюме, — отчиталась я.

Крымов опять перевел взгляд на своего первого помощника.

— Курчавый — это Кент, — сказал тот. — Водилу я не знаю.

— Вы сказали, что они остались в живых? — обратился ко мне Борис Евгеньевич. — А что остальные погибли?

— Да. Барс положил их.

Крымов сощурил глаза.

— Откуда вы знаете?

— Я сама видела.

— Допустим. — Он закурил сигарету. — Где мешки с товаром?

— Не знаю. Стакан их забрал, а взамен привез другие с землей.

— Где найти Стакана и его дружков? — Крымов был настойчив, но я тоже не лыком шита.

— Давайте сначала обсудим с вами взаимовыгодные условия.

— Чего вы хотите?

— Карат похитил мою подругу и просит с ее отца выкуп, — сказала я. — Мне бы хотелось вернуть ее в отчий дом без денежных потерь. Я сдаю вам Карата и его людей со всеми потрохами, а вы узнаете у них, где они прячут девушку.

— Как ее зовут? — спросил Крымов.

— Лариса Задунаева.

Очередной брошенный взгляд на Овалова, а тот в ответ только пожал плечами.

— Хорошо, — согласился Крымов. — Я верну вам подругу. Давайте адреса.

— Адресов у меня нет, — ответила я. — Поедем вместе.

Крымов размышлял минуту, затем произнес:

— Поехали.

— Куда? — задал вопрос Овалов.

Я назвала свою улицу, номер дома и объяснила, как проехать. Парень, сидевший за рулем, все так же не произнося ни слова, тронулся с места.

— Вы не хотите объяснить нам, кто вы? — задал вопрос Борис Евгеньевич после недолгого молчания.

— Нет. Не хочу, — отважно парировала я.

— Вы смелая девушка, — причмокнул языком Крымов.

— Какая есть, — ответила я. — Только вам мое имя все равно ничего не даст. И уж тем более биография.

Борис Евгеньевич издал что-то похожее на смешок. Овалов тоже улыбнулся.

— А как получилось то, что вы наблюдали смерть моих курьеров?

— Я следила за Стаканом, — уверенно бросила я.

Больше вопросов со стороны Бориса Евгеньевича не последовало. Мои взаимоотношения со Стаканом его не волновали. Может, я его любовница, желающая убедиться в своей единственности и неповторимости. Узнав о том, что жестоко обманута, я решила сдать разом всю компанию своего любовничка. С «бригадиром» Каратом в придачу. Именно такую бы версию я, наверное, рассказала бы, продолжи Крымов свой допрос.

В гробовом молчании мы доехали до моего дома.

— Остановите здесь, — сказала я, когда мы подъехали к повороту, ведущему в родной двор.

Машина остановилась, и я, не спросив разрешения, покинула салон. Осторожно выглянула из-за угла и осмотрела двор. Собственно говоря, и осматриваться-то было нечего. «Рафик» стоял рядом с моей «девяткой», и в нем, помимо Валерки, расположились еще пять субчиков. Стакан так же, как и его «Опель», отсутствовал.

Я вернулась к ожидавшим меня украинцам.

— Там шесть человек Карата. В темном «рафике». Среди них тот самый Валерка.

— А Стакан и Кент? — спросил Овалов.

— Их нет.

— Ладно. Садись в машину, — велел он.

Я нырнула к ним на заднее сиденье.

— Готовы, ребята? — поинтересовался Овалов. И сам извлек из наплечной кобуры «кольт».

— Готовы, — ответил впереди сидящий и тоже вооружился.

Водитель молча кивнул. Может, он вообще глухонемой. Хотя вроде слышит.

— Только у меня одна просьба, — поспешила вмешаться я. — Там рядом с «рафиком» моя «девятка». Не заденьте ее, пожалуйста. Она мне очень дорога.

— Не волнуйся, — успокоил меня Овалов. — Мы из гранатомета палить не собираемся. Пригнись, Борис, — добавил он, обращаясь к Крымову. Моя безопасность его нисколько не волновала. Оно и понятно, сама напросилась.

Сидящий за рулем молчун ударил по газам, и мы на всех парах влетели во двор. Ребята в «рафике» ничего не успели сообразить. Наша машина резко затормозила рядом, и Овалов дважды выстрелил. Двое из пассажиров «рафика» откинулись назад с простреленными головами. Тут же с переднего сиденья выскочил из машины один из крымовских мордоворотов и истошно закричал:

— Руки за голову, суки!

После этого он хладнокровно застрелил третьего противника, дернувшегося было к выходу.

Валерка вылез первым. Увидя меня в столь грозной компании, он вытаращил глаза. За ним из «рафика» появились и двое других.

— Он? — спросил меня Овалов, дернув стволом в сторону водителя-преферансиста.

Я кивнула.

Из нашей машины вылез Крымов. Двое его телохранителей уже обыскали противников и извлекли у них пушки.

— Где Стакан? — Крымов вплотную приблизился к Валерке.

— Не знаю, — забожился Валерка. — Он мне не докладывает.

По каким-то причинам Овалов ему не поверил. Подойдя к Валерке, он коротко без замаха врезал ему рукояткой «кольта» в переносицу. Брызнула кровь, и несчастный шофер, вскрикнув, схватился руками за лицо.