В плену Левиафана - Виктория Платова

Если бы Алекс жил в Городе на Побережье и вдруг по какой-то причине решил покинуть его, птица за пазухой привела бы его именно сюда. И не столь важно, что вместо замка его встретил полуразрушенный дом: горы сто´ят того, чтобы в них остаться.

Навсегда.

Примерно так думал Алекс последнюю треть пути — вплоть до того момента, как оказался на плато и наконец-то увидел вновь отстроенный «Левиафан». Еще во время подъема он пытался представить себе облик дома: уж не украсил ли его Лео башенками в готическом стиле — в полном соответствии с рисунком на карте-птице? Такой вариант полностью исключить нельзя: Лео, несмотря на свою рассудочность и основательность, — эксцентричный парень. Слишком эксцентричный для тихого и патриархального К.

Слава богу, башни, бойницы, фамильные гербы и прочие атрибуты средневековых замков отсутствовали. Перед глазами Алекса предстал самый обычный дом в традиционном альпийском стиле. Не зря Лео говорил о прочности фундамента: стены, сложенные из грубо отесанных камней, были оставлены в неприкосновенности. Во всяком случае, оба этажа выглядели так же, как летом (с поправкой на вставленные окна и дверь), но к ним прибавилась деревянная мансарда под шатровой, с широким навесом крышей. Вдоль мансардного фасада, во всю его длину, шло окно, а на коньке крыши Алекс заметил фигуру из дерева.

Очевидно, это и был Левиафан, морское чудовище с телом змеи и головой дракона, — таким, во всяком случае, он виделся снизу, с плато. Но желание рассмотреть его в подробностях у Алекса не возникло.

Переведя взгляд левее (туда, где летом валялась груда досок), он обнаружил небольшой, сложенный из камней домик в одно окошко, видимо, хозяйственная постройка. У правой стены возвышалась поленница.

— Ну как? — раздался за спиной Алекса голос Лео.

— Внешний вид впечатляет.

— Надеюсь, внутренности впечатлят тебя еще больше. Давай разгружаться.

«Давай разгружаться» относилось к наполненной коробками и пакетами клети. Очевидно, она прибыла на плато задолго до того, как здесь появились Алекс и Лео. И уже успела покрыться тонким слоем снега: снегопад начался минут десять назад, когда они еще поднимались по тропе. Теперь он почти сошел на нет. В воздухе кружились одинокие снежинки, и Алекс поймал себя на странном, едва ли не детском чувстве: ему вдруг захотелось запрокинуть голову и ухватить губами хотя бы одну. «Рождественская дурь», сказала бы Кьяра. Почему он вдруг вспомнил о Кьяре?

Потому что они говорили о Кьяре с Лео, стоя у кованой скамейки с надписью «LEVIATHAN», за несколько минут до того, как пошел снег.

— Как собираешься встречать Рождество? — спросил Лео.

Как обычно, хотел сказать Алекс, что означало поездку в Верону, где не всегда можно застать Кьяру, но родителей застанешь обязательно: оба они такие же домоседы, как и Алекс. Кьяре же совершенно наплевать, что Рождество — праздник семейный, она так и норовит улизнуть из дома на рождественские каникулы, хотя подарки оставляет исправно. Последнее, что было найдено в Алексовом многолетнем, фиолетовом с белым рождественском носке — амулет, привезенный Кьярой из Тибета: маленький серебряный бочонок на кожаной нитке с громким названием «мантровый барабан». По уверениям сестры, если вращать его по часовой стрелке, все желания обязательно сбудутся.

— …Еще не знаю, — ответ Алекса прозвучал уклончиво.

— Разве ты не собираешься в Верону, к родителям и сестре?

Удивительно, что Лео помнит о разговоре полугодовой давности и помнит, что у Алекса есть сестра и родители, живущие в Вероне.

— Вряд ли я застану там Кьяру…

— Кьяра — твоя сестра, так? Ты, кажется, говорил, что она работает репортером уголовной хроники?

— Точно.

— Необычная профессия…

— Почему?

— Необычная для женщины, я имею в виду.

— А Кьяра и есть необычная. Не такая, как все. Она любит экстремальные путешествия и уже успела побывать там, куда нормальному человеку и в голову не придет сунуть нос.

— Ты имеешь в виду Тибет? Непал? Сейчас там пасутся все кому не лень. Тибет и Непал кишат праздношатающимися европейцами…

— Ты там тоже отметился?

— Было дело, — улыбнулся Лео.

— Вообще-то я имел в виду не Непал и не Тибет, — Алекс запоздало обиделся за сестру. — А… Африку к примеру. Те места, куда белые не заглядывают. А еще Амазонку.

— Видимо, твоя сестра и вправду необычная.

— А еще она очень красивая.

Последнее замечание Алекса не вызвало у Лео никакой ответной реакции, но на какую реакцию тут можно рассчитывать? Что Лео немедленно попросит Алекса познакомить его с сестрой? От такого развития событий попахивает пошлостью, а Лео совсем не пошлый человек, в нем чувствуется скрытое благородство и аристократизм. И… Лео обязательно понравился бы Кьяре, он не похож ни на одного из ее воздыхателей. Конечно, Алекс видел далеко не всех — всего лишь нескольких, но и этих нескольких ему хватило за глаза. Смазливцы, самовлюбленные павлины и напыщенные дураки.

Ложные нарциссы, вот кто они такие, хотя подобное сравнение оскорбительно для любимого цветка Алексова детства.

— Ты, наверное, очень привязан к сестре?

— У нас сложные отношения, но я привязан к ней, да. Жаль, что видимся мы нечасто.

— Разве она не приезжает сюда?

— Уже много лет. Она ненавидит К. Никогда не вспоминает о нем и считает его дырой.

— Даже несмотря на то, что здесь живет ее брат?

— Даже несмотря на это. А ты? Уезжаешь на праздники?

— Куда же мне уезжать? Я дома.

— Ждешь гостей?

— Может быть.

На этом разговор о Кьяре и предстоящем Рождестве закончился, и они продолжили восхождение. А Алекс к тому же озаботился очередным «может быть», что оно означает на этот раз? И кто они, потенциальные гости Лео? Кем бы ни были, в число приглашенных Алекс точно не войдет. Иначе Лео воспользовался бы возможностью и пригласил его. Но приглашения не последовало, мечтам о дружбе вновь не дано осуществиться.

Но это не мешает Алексу с энтузиазмом разгружать клеть. Он снимает коробки и перетаскивает к крыльцу, то же самое делает Лео.

Последнюю ходку Алекс сделал один: Лео уже открыл входную дверь и скрылся внутри, прихватив часть вещей. Алекс последовал за ним с микроволновкой в руках.

— Я могу войти? — запоздало крикнул он с порога.

— Конечно, — раздался голос Лео.

Он шел издалека, от лестницы, по которой в прошлый раз у Алекса не хватило мужества подняться. Но самого Лео он так и не увидел и поэтому сосредоточился на созерцании зала. Ничто здесь больше не напоминало о разрухе полугодовой давности. Перекрытый заново дубовый пол поблескивал, перед тщательно отреставрированным камином лежал огромный персидский ковер, а на каминной полке выстроились в ряд несколько фотографий в рамках.